Дипломатия: Античность (1 ход)

23.07.2009 20:39

Летом на Олимпе жарко. В принципе, там жарко всегда. А в дни, когда Зевс ругается с женой, жарко вообще экстремально (летает посуда, бьются горшки, мечутся молнии ну и прочие прелести совместной жизни двух божественных существ). Но всё это либо преходяще, либо непостоянно, либо дело житейское и вполне понятное, а вот летний зной, он стабилен и до одури непонятен.
Так вот, сидел как-то летом Зевс в одной пещерке на северном склоне горы. Там и тень чуть поувереннее, и Гера не так часто заглядывает. Сидел он, значит, с Гераклом, потягивал божественный нектар (исключительно «целебной его силы ради и ни каплей больше»). Поскольку силы у Геракла и без нектара дай бог (любой из пантеона) стаду быков, напитка ему не полагалось. Оставалось только принюхиваться да облизываться. Ах да, ещё мух от отца отгонять. Надо заметить, что для его грубых пальцев задачка выглядела значительно серьёзнее противоборства с каким-нибудь среднестатистическим немейским львом. В общем, тянулась обычная послеобеденная олимпийская сиеста. Как вдруг какой-то шум привлёк внимание отдыхающего и отгоняющего мух. То ли камнепад пошёл в долину, то ли Посейдон опять продулся в кости Аиду – шум одинаково мог происходить по обеим причинам.
- Сынок, слетай узнать, в чём там дело?
- Дык я это… летать не умею. И сандалеты с крылышками Персей увёл. Одолжи свою коляску.
- Ещё чего. Она – строго для служебного пользования. Давай живчиком, по-молодецки. Ты ж у нас чемпион.
Недовольно ворчащий Геракл, поплёлся к выходу на солнцепёк. На полпути он остановился и предпринял последнюю отчаянную попытку облегчить задание, хотя бы уменьшить жару:
- Бать, а может дождичек вызовёшь? С молнией и всё как положено, а? А то печёт.
- Нет,- решительно возразил Зевс,- дождичек нельзя. Во-первых, у меня сейчас послеобеденный сон, во-вторых, нельзя этих смертных баловать. Ишь ты – дождичка им без соответствующих жертвоприношений. Сегодня им дождик без заклания скотинки, а завтра совсем на богов наплюют. Кому мы тогда нужны станем? Ты уж давай так как-нибудь, без дождичка.
Мда-а, суров божественный отец. Гераклу можно лишь посочувствовать. Можно, конечно, но нужно ли? Впрочем, ближе к делу, то бишь к соседнему склону Олимпа. Что вызвало шум, потревоживший сиесту верховного божества? Геракл, вся сила которого ушла в мускулы в ущерб всему остальному, сразу понять не смог. Возможно, мы поймём это гораздо быстрее его, ведь благодаренье богу (любому из пантеона) силой такой мы не награждены. Можно надеяться, что компенсируется этот недостаток развитием других частей организма, например, мозга. Надеяться, конечно, можно, но нужно ли? Это уж кому как приятнее.
Увидел Геракл едва ли не всё население Олимпа. В центре сборища на камне восседал проныра Аид, остальные толпились вокруг. Аид:
- Повторяю ещё раз для опоздавших. Там,- он небрежно показал пальцем куда-то вниз, в долину,- живут смертные. А почему, я вас спрашиваю, они живут? Не хватит ли? У меня вон Харон без работы мается. Скажи, Харон,- обратился Аид к согбенному бородатому оборванцу, опирающемуся на весло. Тот испустил какой-то неопределённый звук, сопровождаемый редкостной вонью.- Вот! Что и требовалось доказать.
- Тык за чем дело стало? – подал голос здоровенный мужик в шлеме и доспехах, но без набедренной повязки.- Пройтись войной и всё!
- Арес, ты в военном деле конечно авторитет, но не мог бы ты в данный момент заткнуться и чем-нибудь прикрыться заодно? – отмахнулся от воинственного племянника Аид. Тот покраснел и спрятался за большим круглым щитом.- Войну мы устроим обязательно. Только хотелось бы обстряпать это дельце повеселей. Как-нибудь нетрадиционно.
- А как? Как? – послышались ото всюду вопросы.
- А вы спросите меня – как!
- Тык мы и спрашиваем, глухая тетеря! Как?
Аид выдержал эффектную паузу и выдал:
- Устроим тотализатор!
- Чё? Голову что ль напекло?
- Эх вы, темнота олимпийская. Объясняю. Вы делаете ставки на этих,- он опять махнул в сторону долины,- смертных царей. Кто из них которым по счёту попадёт в лодку Харона. Угадали – получай выигрыш, не угадали – звиняйте, не ваш день. Было ваше – стало наше.
Некоторое время божественное собрание переваривало информацию. Кто чесал в затылке, кто в других местах. Которые докумекали первыми, пояснили своим более туповатым коллегам. Особо оживились востроносые богини, Афина, Артемида, Диана, Ника и проч. Запрыгали, в ладоши захлопали:
- Ой, девочки, тотализатор! Ой, как интересненько, как классненько. Просто прелесть!
Аид погрозил им:
- Эй, девчонки, посерьёзнее. И это самое… без вашего фирменного жульничества. А то знаю я вас, станете как под Троей одному копьё под руку совать, второму колесницу подпячивать. Играть без мухляжа. Никаких подыгрываний своим скаковым лошадкам. Пойманный за руку штрафуется в пользу меня.- Тут он заметил мнущегося позади толпы Геракла.- Опа на, а ты чего здесь? Ты же как есть с Зевсом должен находиться?
- Меня батя прислал послушать что тут к чему. Дюже шум его беспокоит.
- Упс, наше почтение. Умолкаем, умолкаем. Пусть отдыхает, старик. Ребята, короче, кто согласный, подходи по одному записываться. Делаем ставки, господа боги, делаем ставки, кто первым пойдёт в гребцы к Харону.

- О солнцеликий сын Ра, да будет твое правление вечным и да приумножится сила и блага Египта – пробубнило тело распростертое на полу .
- Опять, тебя еле слышно, так проявляешь свое неуважение к сыну Ра? – с этими словами стража стоящая по бокам трона напряглась, а худощавый крокодил с интересом начал наблюдать за беседой из бассейна
- О величайший и милостивый повелитель, смиренно прошу твоего прощения – уже громче протараторило побледневшее тело .
- Так уже лучше. Что же, докладывай, что произошло в моих владениях.- у фараона сегодня было отличное настроение.
Тело главного советника уже начало возвращать свой прежний цвет, правда, недовольный всплеск в бассейне немного замедлил этот процесс .
- О солнцеликий сын Ра, земли твои обширны и богаты, армия сильна и могуча, казна… продолжал заливатся соловьем советник. – Правда, сейчас возникла небольшая проблема…
- Воруют-с - филосовски закончил за советника Фараон. – и скольких мне еще кинуть крокодилам? Вот моя высочайшая воля.
- Подготовь список казнокрадов. Крокодилы проголодались. После потратим деньги на армию, пока их не разворовали . Не забудь, организовать торговлю с Эфиопией.

Царь Пергама Никомед Очередной (номер его порядковый потерялся во тьме веков) проснулся недовольный. Гм, зря он этак-то вчера на чесальщика пяток напустился. Не виноват же тот в самом деле, что ножку царственную кобыла отдавила. Сунулся чесать по приказу и сделал царю больно. Ну, выдрать бы его как сидорову козу, ну в темницу засадить на хлеб и воду. Это как бы нормально было бы. Так ведь нет – приказал тиграм скормить беднягу. Вот кто теперь, спрашивается, будет царю пятки чесать? Нехорошо как вышло.
Никомед потянулся к колокольчику. Не достал. Перекатился со спины на жирное пузо. В пузе что-то хрюкнуло. Царь замер. Неужто съеденный вчера за ужином поросёнок? Нет, не может быть. Потянулся к колокольчику, опять хрюкнуло. Да громко так, с перекатами. Угу, значит, к омовению ещё и вазу ночную потребовать. Позвонил. Через секунду в покое появился статный чернобородый мужчина, одетый в дорогие ткани. «Эк у меня слуги-то, совсем заворовались, паразиты»,- успел подумать Никомед, а мужчина широко улыбнулся и поприветствовал владыку:
- Превед, Никомед.
- Ты чего несёшь, ущербный? Лучше принеси-ка мне…
- Я чаю, ты меня не узнал,- ещё шире расползся в улыбке чернобородый.
Никомед решил, что с него хватит:
- Так, всё. Надоел. Отрубить ему голову.
- Вот, это по-нашему,- одобрил чернобородый.- Не зря я на тебя поставил, парень.
- Да ты кто такой?
- Честь имею рекомендовать себя: Аид, владыка подземного царства, олимпийский бог и прочее.
Никомед от удивления даже сел без посторонней помощи, что удавалось ему крайне редко (вернее, никогда). Он вытаращился на… Аида?.. и пробормотал:
- Побожись.
- Чтоб я сдох,- побожился бессмертный.
- Эва! – в царском брюхе удивлённо хрюкнуло. Однако удивление очень скоро сменилось тревогой:- А ты зачем пришёл ко мне? Я вроде того… в загробный мир ещё не собираюсь.
- А никто, как правило, сам не собирается,- философски возразил Аид.- Обычно всех собирают родственники, плакальщицы, жрецы и погребальщики.
- Мне рано, я ещё мавзолей не достроил,- заволновался Никомед.
- Любопытно. Зачем тебе мавзолей?
- А куда, спрашивается, я всё это дену? - Никомед обвел руками просторную залу, богато уставленную золотыми статуэтками, посудой с вкраплёнными драгоценными камнями, парчовыми занавесями и прочей разнообразной роскошью.- Всё с собой заберу. Ничегошеньки этим наследничкам не оставлю.
- Уважительная причина,- согласился Аид.- Впрочем, свет Никомед, я и без неё не по твою душу алчную пришёл. Хочу я, дорогой мой, помочь тебе прославиться. Царём царей стать хочешь?
- Не очень,- признался Никомед.- Мне бы нового чесальщика пяток…
Гм, да, вот такого вот облома, прямо скажем, Аид не ожидал. Жирный ленивый индюк! И на него он поставил, надеясь сорвать куш на явном аутсайдере. Видимо, аутсайдер слишком уж явный.
- Ну как знаешь,- пожал плечами бог.- Тогда давай прощайся с жизнью.
- В каком смысле? – захлопал глазами Никомед
- В прямом. Не хочешь быть царём царей, я себе другого кого-нибудь подыщу. Ну а тебя сейчас прямо в загробный мир и заберу. Не зря же я мотался туда-сюда. Ты как считаешь?
Ответом ему стало очередное, на этот раз продолжительное, хрюканье где-то в недрах царственного чрева. Липкий пот заструился по жировым складкам царя, обильно смачивая постель.
- Я это…- залепетал несчастный.- Если так… то я, пожалуй… лучше уж царём царей.
- Ну вот и ладненько,- хлопнул его по плечу Аид. Брызги пота запятнали стену.- Тогда для начала тебе нужно сделать вот что,- бог наклонился и начал шептать инструкции своему подопечному.

. После разрушения Трои Эней сотоварищи, долго скитались по средиземноморью, пока не прибыли наконец в Лаций, где и основали город – Альбу-Лонгу. Потомок Энея Нумитор – четырнадцатый царь Альбы, был свергнут подлым братом своим Амулием. Чтобы лишить Альбу законных владык, Амулий посвятил дочь Нумитора, прекрасную Рею Сильвию, в жрицы богини Весты. Но коварным планам Амулия не суждено было сбыться – к Рее Сильвии приходил бог Марс, и она родила двух близнецов Ромула и Рема. Разъяренный Амулий приказал бросить корзину с царственными близнецами в Тибр. Но боги были на стороне братьев – воды Тибра выбросили корзину на берег, где их вскормила своим молоком волчица:

. Детей подобрал царский пастух и вырастил их. Рано или поздно, но тайное становится явным, и братья узнали тайну своего рождения. Собрав своих друзей и последователей они свергли Амулия, и вернули царство своему деду Нумитору. А затем основали на Палатинском холме, на берегу Тибра, новый род – волей жребия род получил имя Ромула. После ссоры братьев Ромул убил Рема и стал первым царем Рима. Он поделил граждан на патрициев и плебеев, и создал сильную армию:

. Следующий царь Рима учредил культы богов, ремесленные и жреческие коллегии.
…
. Тарквиний Древний возвел в Риме цирк, Капитолийский храм, и провел канализацию – клоаку.
…
. Сервий Туллий провел общественные реформы, и обнес город крепостной стеной.
…
. Тарквиний Гордый, убийца Сервия Тулла, был изгнан за тиранию, и в Риме была объявлена Республика.
…
. Сто лет назад на Капитолии был возведен храм Юпитера, а низина между холмами стала общей базарной площадью – форумом:

. Община римлян возглавляется Сенатом – советом старейшин трехсот родов – отцами. Холмы и укрепления обеспечивают надежную защиту Рима, сочные пастбища – позволяют заниматься скотоводством, в устье Тибра добывается соль, примерно в это же время в устье Тибра основана первая колония Рима – Остия, морские врата Рима. На склонах гор в Лации раскинулись обширные виноградники. Реформы Сервия Туллия, сплотили римских граждан, и позволили Риму выставлять 193 центурии воинов…

. Первый консул Рима Сервий Латуллий отбросил в сторону архивные записи.
. - Мда – думал Латуллий – как все эти записульки связаны с действительность?
Вчера консул вернулся из поездки по своим новым владениям. Действительность никак не хотела соответствовать трактатам историков. Альба-Лонга была, виноградники были, а всего остального – нет. Не было ни Сената, ни Форума, ни солеварен, скотоводство в полном упадке, даже гребанной клоаки не было!
. – Где, где я спрашиваю, двести центурий!? – крикнул в пустоту Латуллий – Ладно хоть Рим стоит там, где ему положено.

. Но криком и причитаниями делу не поможешь – работу надо работать, и консул углубился в нее родимую:
. Рассыльные сбились с ног отправляя депеши по всем куриям. В первую очередь нужно решить вопрос с продовольствием, город вымрет, если его срочно не решить, но решения не было, т.к. в Этрурии и Апулии уже не осталось ни скотоводства, ни земледелия, порта не было, как впрочем, и Остии: – Пока не найдем нормальную еду – трескать дерево, лес еще, слава богам, остался.
. Но тяжелее всего пришлось посольской курии – дипломатическая переписка была очень интенсивной. Наконец основные распоряжения были уже благополучно выполнены, но толку от них было мало – не было главного, в Римском государстве, не было плана, плана выхода из того тупика, в который оказался загнан Рим а не того, про который некоторые могут подумать.
. - Да в не простое время я стал консулом, – размышлял Латуллий. – Впору на меч бросаться.

. Одним тихим вечером, на конной прогулке за южными вратами Рима, внимание консула привлек увлекательнейший бардак в привратных стойлах:
. Во дворе один знатный гражданин, судя по виду всадник, орал на конюха, хозяина конюха по близости еще не было. Латуллий, повинуясь внезапному порыву, прошел во двор. Выяснилось следующее: один горячий жеребец попортил кобылку – любимицу всадника. Виновник порчи находился рядом. Консул уже утратил интерес к происшествию, и собрался уходить, как его взгляд пересекся, со взглядом жеребца. В глазах жеребца горел неукротимый огонь, всем видом жеребец явственно говорил глупым людишкам: Все – дело сделал, теперь хоть на котлеты.

Посмотрев еще с минуту на жеребца Латулий усмехнулся - как будто пелена спала с глаз:
. - Ну что же… – пронеслось в голове консула. Решение проблем, которые одолевали его уже несколько месяцев, пришло неожиданное, но от того не менее желанное. Латулий отдал распоряжение выкупить жеребца и заплатить всаднику, за кобылу.
. –Что, наглец, еще повоюем! – сказал он жеребцу.
. На следующий день в Капитолийский холм напоминал растревоженный муравейник. Время спокойствия и застоя закончилось.

Давным-давно, в далекой-далекой античности была маленькая, но очэнь гордая горная страна Македония. И не было в ней порядка и стабильности, так как не было ни единой сильной централизованной власти(да и просто власти как таковой считай что не было). Кого хотели того и становили на царство сильнейшие кланы. Все надежды были на молодого и агрессивного наследника престола Филиппа, второй носящий данное имя. Но не суждено было Филиппу создать новую Македонию, отразив угрозу нашествия варварских племен вернулся блестящий военачальник Шурикус. Правда вернулся он с толпой непонятных всадников, сильно смахивающих на тех самых варваров которых он должен был победить, как он объяснил все они его родственники. И затребовал он в награду за его победу – что бы Македония признала его своим царем, все его родственники в свои 5000 глоток шумно его поддержали. Так Шурикус стал Шурикусом I Незабываемым. Потому как великих было много и всегда, а он может великим и не был – но кто слышал о нем, тот уже вовек не забудет. В быту прост и незатейлив(все его понимали с полуслова, не говорил «да» просто проходи целый и невридимый, «нет» - в зависимости от настроения - бодрый тычок в ухо, сердито пнуть печень, добродушный копнячок по коленке), всегда милосерден(предоставлял выбор - яма с волками, кол, или вип-вариант разорвать лошадьми(так как лошадей было мало, их ценили и берегли от стрессов)). И как такого правителя народ мог не полюбить, а если и не мог любить, то такое состояние обычно длилось недолго.
Через месяц после воцарения Шурикус выступил с обращением к македонянам(хотя все их называли македонцами, но само название именно македоняне).
- Дорогие мои македоняне, в это самый день вы становитесь свидетелями рождения новой Македонии, которая покажет всему миру чего стоят настоящие македоняне. Которые еще не забыли что такое эллинский дух, поэтому пришел час показать всему миру и самим себе о гордости грецкой культуры, стойкой аки одноименный горех и развитой аки бицепс на спине Геракла. Сплотимся же братья, яркий пример этому мои родственники стоящие за спиной, мои верные гейтары(пер. сотрапезники). Надеюсь немало из вас Я смогу назвать пезетером. Ведь только стойким духом и верностью отчизне мы сможем выстоять против орд варваров, этих невеж не знающих что такое фаланга и кто такой Гомер. На сегодня все, завтра всех жду с обязательными благотворительными взносами на развитие державы. Третий ил можете отпускать задние ряды.
Уже отходя от трубуны он обратился к своему советнику Велизарию(скифу из новоявленных родственников царя) :
- Эх не научились еще мои македоняне службу любить, но ничего у них еще все впереди …
И загадочно улыбнулся.

Пояснения к терминам.
Главной ударной силой македонской армии являлись гетайры («сотрапезники») — отряды тяжёлой кавалерии, в которых служили представители македонской знати. Ила гетайров — аналог эскадрона. Македонская ила строилась клиньями. Во время сражения все илы гетайров располагались на правом крыле македонской армии. Самая крайняя ила, стоявшая справа, носила название «царская» и имела двойную численность, так как пополнялась царскими телохранителями. Возглавлял эту илу сам царь.
Основа тяжелой пехоты македонской армии Шурикуса состояла из пезетеров («пеших друзей»), иначе — фалангитов.

Облик Афин изменит варвар с Севера, пришедший по воле мудрой Афины, и начнется новая эпоха для греков...
Пожилой мужчина читал свиток, который ему передали служители культа Афины. Его лоб расчертили глубокие морщины, которые говорили не столько о преклонном возрасте мужа, сколько о тяжелых мыслях, беспокоящих его уже некоторое время. "неужели, Афина, наконец, проявила свою волю?" - задал старец себе вопрос, хотя ответа и не требовалось. Он слишком хорошо знал это пророчество, которое ему поведал в свое время его дед.
В очередной раз глянув в свиток, он со вздохом отбросил его в сторону и перевел взгляд на пламя горящего в лампе масла.

"Да, этот мир меняется", - тихо, едва слышно произнес он.

А в это время, молодой светлокожий человек, с необычными для Греции светлыми волосами стоял посреди харама Афины Палады и широко улыбался. Он прошел испытание кровью, и жрецы признали его новым царем Царства Греческого, владыкою Афин, Атики и Эвбеи.

- И вручаем тебе наше царство и наши жизни, и...
Иеремз Каанян украдкой зевнул. Церемония возведения на царство длилась уже несколько дней и он под устал. К тому же монотонный голос Верховного Жреца так и навевал... навевал... навевал...
-!!!!! Правитель Армении, ИЕРЕМЗ КААНЯН!!! - неожиданно басом проревел Верховный Жрец на ухом царя.
...
"Вот ведь паскуда" - думал Царь, удаляясь в свои покои и задумчива почесывая в ухе, - "Чуть не оглох. А ведь кажется ткнешь в Жреца - рассыпется. Вот что значит горный воздух и здоровое мясное питание - ему 150 лет, а вопит как дикий буйвол в период случки".
...
Придя в покои Каанян сбросил мантию и подошел к окну - перед его взглядом раскинулась Армения. "Моя! Теперь вся моя!"
- Не все так просто.
- А! ЧТО! КТО! Ой! Мля! Что! - царь от испуга опрокинул на себя чашу с вином и уронил скипетр в окно. У дверей на него с усмешкой смотрел небольшой человечек в греческой тоги.
- Кто ты! - важно сказал царь, оправившись от испуга.
- Я, Мельхиадит, Ваш Советник.
- Главный?
- Тайный. Но ближу к делу. ЗАНОСИТЕ!!!
- Что-что-что... это?! - царь с удивлением смотрел на толпу рабов, которые вносили и вносили в его покои свитки.
- Правила управления страной.
- Но я думал...
- А вот это вредно. Нужно читать правила и следовать им. А думать - вредно!
- Но может что попроще...
- Нет! - Мельхиадит презрительно усмехнулся. - Вообще-то, это только правила как читать правила. Сами правила вон ввозят во дворец.
Царь с ужасом взглянул в окно и увидел караван быков, которые тащили 40 возов заполненные свитками, книгами и глинянными табличками.
- Ааааа!!! Но...
- Вопросы потом. А пока - располагайся, Тиран! - презрительно бросил Мельхиадит и повернулся к выходу.
- ТИРАН!!!??? Цари мы! - нос Кааняна грозно раздувался, брови нахмурились, грудь выгнулась колесом, рука искала меч на поясе.
- Кхе-кхе До царя дорасти надо - а пока мордой не вышел - засмеялся Советник и исчез.

Тиран Армении сел на пол и обхватил руками голову. Комната была заставлена свитками и книгами - и он уже чувствовал, как пыль покрывает его и солнце исчезает из его покоев. Начиналась тяжелая работа по управлению маленьким царством.

В стародавние времена стояло на берегах Тигра и Ефрата могучее государство Вавилонская Гнусь. Предание гласит, что древние гнусичи, устав от межплеменных раздоров на почве нарушения правил дорожного движения призвали к себе вождей армянских из воинственного народа армяне-гнусь. «Земля наша обильна, а расписания движения колесниц в ней нет, приезжайте и составляйте» - вот приблизительный текст глинописной грамоты, отправленной гнусичами легендарному Гарику – вождю народа армяне-гнусь. Гарик и два его брата Синенос и Грегор прибыли первым же рейсом в землю гнусскую и стали править в Вавилоне – дедушке городов гнусских.
Славное Древнегнусское государство под управлением гариковичей крепло и процветало. Перусичи и гедросичи, халдяне и месапотомяне, парфичи и эламичи – множество славных гнусских племен и народов объединил Вавилонский престол.
Одним из прославленных древнегнусских правителей династии гариковичей был знаменитый Хамураппи Красно Солнышко. При нем были построены знаменитые Вавилонские зиккураты и создан свод законов Гнусская Правда (они же законы царя Хамураппи). Своим многочисленным сыновьям Хамураппи завещал жить в мире и согласии. Но хамураппичи не исполнили волю своего великого предка и ввергли гнусские земли в пучину раздоров.
В самый разгар братоубийственной войны пришла беда, откуда не ждали. Налетела Орда сако-массагетская на землю гнусскую. Поработили поганые гнусичей, обложили данью непосильной. Назывался этот антинародный и реакционный родо-племенной режим Массагетским Игогом. Ибо не говорили варвары окаянные по человечески, а ржали аки лошади: «Иго-го, Иго-го». Дети природы, блин.

Разорили поганые саки-массагеты славный город Вавилон, зассакали там все и замассагетили. Расползлись уцелевшие гнусичи кто куда. Но не все еще было потеряно, славный гнусский князь Дарий Долгоухий правил в те годы окраинными землями Персидскими, населенными персами или как их еще называют перусичами. Персидское княжество находилось в стороне от богатых месопотамских земель и потому уцелело при нашествии поганых. Сако-массагеты обложили Дария матом и данью и удалились. Долго платил Дарий дань, и все это время собирал он вокруг себя уцелевших гнусичей, копил силы против супостатов, а умирая, завещал своему сыну Дарию-II Донскому (прозванному так за то, что пил всегда до дна) прогнать поганых с земли гнусской.,
Выпил Дарий Донской по привычке до дна амфору армянского коньяка и начал собираться в бой. Поехал он перво-наперво к Саргону Сардонежскому, отшельнику, уединившемуся в заброшенном зиккурате близ города Сарды. Благословил Саргон Дария на битву и дал ему в сопровождающие двух отроков Энкиду и Гильгамеша, в качестве секретного оружия и по совместительству представителей бога Мардука на земле.

Сошлись в бою персы с сако-массагетами где-то в пустыне Арахосской. Вышли впереди войска Энкиду с Гильгамешем и начали поражать неверных жертвенными ножами из метеоритного железа. А тут из болота выскочил воевода бобров с дрессированными боевыми бобрами – это был такой засадный полк. Устрашились саки и побежали, массагетов за собой увлекая. С той поры антинародное Игого, режим бесчеловечный, был безвозвратно уничтожен, а Персия стала ядром возрождающегося древнегнусского государства. И хотя отныне гнуссы персами называться стали, но древнегнуская сущность в них осталась. Как говорят сами персы, гнусности у нашего народа еще на сто лет вперед припасено.

...
- Ничего не понял, давай еще раз. Чего им не хватает?
- Ну... вообще они говорят, что жизнь у них бедная и тяжелая, что воры и разбойники бесчинствуют, что нечем им защититься от произвола, что налоги слишком высоки, что...
- Хватит! Я опять ничего не понял. Что значит тяжелая жизнь? Еды у нас достаточно, климат теплый, отдохнуть есть где. Разве нет?
- Гм... Повелитель, с едой у нас туго, жара третий месяц стоит невыносимая, а отдыхают люди обычно там же где и работают. Ну, падают от усталости и лежат пока не очнутся.

Воцарилось неловкое молчание. Царь Сирийский Оданий I озадаченно почесал подбородок.

- Но ведь год назад, когда мы прогнали вавилонян у нас были полные закрома зерна и был театр. Ну и погода помнится получше была.
- Так зерно подъели, театр сначала переоборудовали в суд, а потом в бордель. А бордель разорился из-за того, что никто туда не ходил. Ну с погодой нам просто не везет.
- Проклятье. Можно понять, что народ недоволен. Впрочем у меня уже есть одна идея. И накормим и развлечем всех желающих.
- Эм... Помнится в прошлый раз вы повелитель придумали прогнать вавилонян....
- Молчать. Прошлый умник до сих пор ищет свои уши, я так учу слушать, что царь говорит. Итак, нам нужно объяснить людям, что во всем виноваты евреи.
- ????
- Что, язык проглотил от восхищения? Ведь у кого мы раньше покупали еду, пока не сожгли порт на мой день рождения? У египтян. А кто сейчас стоит между нами и египтянами, мешая возить зерно по суше? Евреи.
- Ну они там всегда жили же...
- Молчать, когда царь говорит! Дальше больше - кто перестроил тетр в суд по моему указу? Точно помню - какой-то инженер-еврей.
- Вообще-то египтянин...
- В последний раз предупреждаю - либо слушай меня, либо уже ничего слушать никогда не будешь. Ну и наконец - кто египтянам устроил засуху в свое время? Еврейский пророк Моисей. Ну, что видишь - везде евреи.Так что давай уже беги, созывай войска.
- Уже бегу, повелитель.

Оданий проследил за убегающим писцом и тяжело вздохнув закрыл глаза. А ведь год назад все выглядело таким безоблачным...

Царь Бретабал напряжённо морщил лоб, пытаясь разобраться в последних строчках древнего свитка оставленного одним из его предшественников. Получалось не очень, ситуация осложнялась тем, собственной письменности у Карфагенян не было, и записи представляли собой мешанину текстов на разных языках, в зависимости от того, какой язык предыдущие цари считали более лёгкими, или какой язык изучал их писарь, если царь оказывался неспособным к такому сложному делу как письмо.
В день после коронации, что прошла две недели назад, когда Бретабал уселся за дела, казалось что момент, когда работа с записями будет закончена, не наступит никогда. Однако это произошло , и царь закрыв глаза с облегчением откинулся на своё роскошное ложе обдумывая и систематизируя всё что узнал.
Карфаген, бывшая колония великой Финикийской Империи, состоял из двух провинций: собственно Карфагена, и Африки, безжизненной пустыни, в которой, по словам местных аборигенов, водились странные животные "слоны", от которых, однако не было никакой пользы. Молока они не давали, а мясо их было жёстким и не вкусным.

Слон (в центре) согласно представлением царя Бретабала.

Как уже было сказано, письменности своей у Карфагена не было, пользоваться приходилось либо финикийским письмом, либо греческим или египетским, в зависимости от ситуации. Кроме того, из записей явственно следовало, что в Карфагене проходят выборы. Подумав об этом, Бретабал улыбнулся, вспомнив своё избрание на престол. Выборы действительно были, но проходили они в узком кругу ограниченных людей. Остальной мир не понимал такого подхода и обидно называл Карфагенскую систему Олигархией. В негодовании Бретабал нахмурил брови. “Ну, какой же олигарх его лучший друг Ходоркон, или дядья Рабинолькар и Березобал. Нет, это просто немыслимо, что они себе на Севере позволяют! Уж я им покажу, уж я им докажу! Они ещё узнают! ” - мысли путались, и царь утомленный работой с свитками сам не заметил как уснул.

Любая игра в Дипломатии - это подготовительная стадия к следующей игре
Игра - это высшая форма исследования (А. Эйнштейн)
Только два стимула заставляют людей работать - жажда заработной платы и боязнь ее потерять (Г.Форд)