Дипломатия. Ход 3 (февраль-июнь 1915 г.)

13.11.2008 00:27

1 августа 1914 года туго скрученная пружина военных приготовлений в Европе наконец-то высвободилась.
На следующий день все ведущие мировые газеты вышли с единственным заголовком на первой полосе: "Война!". Весь мир замер в ожидании первого столкновения титанов. Моря опустели. Капитаны торговых пароходов воюющих держав, которые не успели или не смогли укрыться в ближайшем порту молились по ночам, чтобы Господь отвёл от них рыскающих в темноте вражеских рейдеров, а днём шарахались от малейшей дымки на горизонте. Улицы городов наооборот захлестнула возбуждённая толпа. Люди буквально брали приступом газетные киоски чтобы узнать свежие сводки с фронта. Гезетчики же борясь за внимание читателей (позже это назовут рейтингом) тут же отвели для настоящей и вымышленной информации с полей битв до трёх четвертей от объёмов своих номеров. Если кто-либо из людей в тот момент смог в тот момент услышать все звуки на континенте, то он бы наверняка сказал, что неумолчный стук печатных прессов, гомон толпы, грохот оружейных заводов и мерная поступь армейских колонн напоминает звук снежной лавины, которая ускоряясь и набирая силу мчится навстречу такой же необузданной и исполинской силе, устремившейся с противоположного склона...

Война началась стремительно и чрезвычайно кроваво - спустя четыре недели после объявления войны произошла знаменитая Аахенская мясорубка, в которой принимали участие более миллиона солдат с обеих сторон. Армии Франции и бельгии при поддержке Английского вольноо корпуса в течение месяца пытались пройти хоть на милю вглубь Германии, воспользовавшись тем, что на востоке многочисленная русская армия отвлекала на себя немецкие войска. Несмотря на многочисленные отчаянные попытки, применение Францией газового оружия и месяц боев наступление полностью провалилось. Потери Антанты были ошеломляющи. Разгром дополнился тем, что немецкий флот, о численности которого не подозревал никто в Антанте, да и во всем мире занял Ла-Манш, блокировал Лондон и устье Сены и тем самым прервал связь Великобритании и Франции с их колониями - страны оказались в блокаде. Весь мир замер в ожидании ответа немецкой военной машины, а правительства нейтральных стран всерьез задумались о том, что им теперь делать....

Вырезка из газеты "Deutche Zeitung" от 5 августа 1914 года.
Германия сосредотачивается. Именно так сейчас можно описать состояние нашего Фатерланда перед лицом агрессии, которую развязали против нас торговцы с британских островов. Насколько нам стало известно от нашего источника из генерального штаба наша армия, являющаяся самой многочисленной среди армий всех остальных европейских держав, сейчас готовится к активным наступательным действиям на западном фронте. Также сегодня кайзер Вильгельм II обратился к нации с посланием, в котором от подчеркнул важность сохранения наших морских торговых путей от варварских налётов неприятеля и особую важность блокады британских островов.

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

Без рассказа

- РАВНЯЙСЬ, СМИРНО!!
- На первый-второй рассчитайсь! В две шеренги стройсь!
Обалдевшие новобранцы воззрились на сержанта. Тот посмотрел на них таким же взглядом, и взорвался:
- Вы что, солдаты ?! Не слышали команду, которую я вам так прекрасно подал?! Так, повторяю еще раз, но предупреждаю, меня на много команд не хватит. РАВНЯЙСЬ, СМИРНО !!!!
Все новобранцы застыли в напряжении, готовые начать движение по команде в каком угодно направлении
- ШАГОООООООООООООООМ...!!!!
Сержант поднял в сторону ногу и пукнул.
- РРЯЗ-ДВА !!! РРЯЗ-ДВА !!! РРЯЗ...
И опять пукнул.
- В столовую. Завтра на фронт, ребята. Больше топать сегодня не будем. Я даже не спрашиваю у вас, поняли вы меня или нет, потому что положительный ответ должен быть однозначен. Какой ответ ???!!
- На фронт !!!!
- Молодцы. Значит победа будет за нами.

Бомба на Хиросиму? Я! Первая Мировая? Тоже я! Татаро-монгольское иго? Опять я! И вашего хомячка в сортире тоже я утопил!

Я бы не ненавидел так то, что меня окружает, если бы меня не окружало то, что я так ненавижу.