| Gen Кладец ) руководитель, режиссёр Тюмень Принц (13) 6481 сообщение  |
28 апреля была взята Нитра, отдана Вячеславу из Земиголы. 9 июня – Братислава, отдана Вячеславу из Земиголы 29 июля – Пешт, отдан Георгию из Можайска с титулом князь Пешт. 25 декабря – Бихар, отдан Георгию из Можайска. В 1154 году: 15 февраля– Чанад, отдан Георгию из Можайска. Германия в то же время предпринимала походы на Сельджуков, местами успешные, а местами не очень. Сарацины не только отмахиваться от закованных в железо крестоносцев ухитрялись, но и успешную высадку в самой Германии провели, где стремительным походом сумели занять Альпийские перевалы и захватить часть южно-германских земель. Воодушевленные победами единоверцев, арабы начали вокруг лидеров сплочаться. Со всей Азии и Африки потекли сарацинские фанатики за веру воевать, кто к Сельджукам, более в защиту Палестины, и Междуречья выступавшим, а кто к Карахнидам, которые малую Азию и захваченную Византию под опекой держали. Симеон же, как и прежде его отец, большой войны не ожидал и просто привел войска в Болгарские земли басурманов теснить. Только к концу 1154 года весть пришла о приближении бесчисленной армии Карахнидов. Возможно, и разбил бы карахнидов князь, да только те Симеона перехитрили. Их небольшой отряд через Каваказ в тыл ударил и друг за дружкой Яик, Узен и Башкиры захватил. Про то не сразу известно стало, только к концу 1157 года, а поскольку Литве на две стороны воевать невозможно было, пришлось с Карахнидами, так Константинополь и не взяв, на том что было, мир заключить. Новые владения в Греции и в Болгарии были розданы знатным русским и литовцам. Сын Юрий получил: Доростол, Никополь с титулом Князя Доростол, Мстислав Дмитриевич получил Секельфельд и титул князя Торки, Георгий из Михайловичей получил Галац. Северин, Тырговиште, Пересечен, Тырну, Тырново, Мессемврию, Фракию Симеон за собой оставил. В лето 1161 года, Симеон, заручившись сохранением мира с Карахнидами, предпринял еще одну попытку взять Константинополь. На сей раз русские полки в Доростоле на ладьи загрузились и Царьград с моря решили взять. Дождавшись благоприятной погоды, русский флот отплыл из Болгарии и через неделю достиг цели. На удачу, вблизи Константинополя немецкие крестоносцы лагерь разбили, шашлыки ели, в крестоносцев-сарацин играли. Брать город в осаду или штурмовать своих сил у них не было, однако совместными усилиями, после двух дневного боя, русские и немцы вошли в город. Симеон ни разу не был в Константинополе и его первый визит произвел на него великое впечатление. Софийский собор, который басурмане еще не успели в мечеть обратить, вызвал такое бурное восхищение, что великий князь едва удержался, что бы не выругаться, от наплыва чувств, но сквернословие сдержал. Дошло до того, что Степан захотел свою столицу сюда перенести. От плана такого его придворный управляющий удержал, напомнил про пустоту казны и опасность близости иноверцев. Симеон словам внял, но все ж решил в городе задержаться, что б в порядок после боя привести, да остатки арабов изгнать. Пока Симеон столицу православия в порядок приводил, его дружины окрестности от иноверцев очищали. Были взяты Фехер, Берлад, Стримон, Охрид, Диррахий, и остров Лесбос. Про последний много срамных слухов ходило, однако, после захвата Симеону весточку прислали, что слухи те, вымысел, не более. Ни каких следов развратных девиц на острове найдено не было. То ли выдумка все, то ли арабы уж всех в гаремы загнали. Симеон объявил завет отца и деда выполненным, а потому, после наведения порядка в Константинополе, отправился домой, в Полоцк, где его готовились с почестями встречать. В Москве известие о взятии Константинополя поначалу с радостью восприняли, ну а после, когда смекнули, что да как, попытались Константинополь в управление московскому Патриарху взять. Но кто ж отдаст то? Митрополит Полоцкий Фома даже разговаривать с московским патриархом Кириллом не стал, да и некогда было. Надо было в Константинополь отъезжать, собор созывать, да патриарха всей православной веры выбирать. Симеон же, войну на Балканах закончив, решил землю русскую от куманов освободить. Планы грандиозные строил, но начал с малого, отбил Онегу, что бы с восточными владениями Литвы сухопутная граница была. Да и не то что бы отбил, скорее вытребовал. Куманский хан ни как со своими баскаками да улус-ханами совладать не мог. Не до войны с Литвой ему было. То тут то там наместник независимость объявит, где уж тут с Литвой спорить! Симеон войну предстоящую в тайне хранил, да не удержал. Слухи на то и слухи, чтоб без ведома расползаться. В 1166 году уже все русская земля под куманами волноваться начала, то там баскаков побьют, то здесь восстание поднимут. Известия о большой войне во все стороны разошлись, даже за пределами Руси желавшие к этому крестовому походу присоединиться нашлись. Крестин, граф Капуи свою грамоту прислал, Святополк из Заволочья туда же. Когда уж волнения совсем предела достигли, Симеон, было на попятную хотел, да уж поздно, народ то ждет освободителя! Пришлось войну куманским ханам объявить, да дружину свою на них направить. Первая встреча под Вязьмой произошла. Много русских полегло, но поле Симеон за собой оставил. Хан куманский в порядке ушел, отступил на восток, передохнуть, да сил набрать, а Симеон войска на север повел. Больше года война длилась, да так после Вязьмы Симеон с Ханом в бою не встретились. Когда уж дружина от походов уставать начала, Симеон куманам послов с миром послал и 14 ноября 1168 года те мир подписали. Богатые трофеи Литве достались. Исконно русские владения. Вязьма отдана Степану, князю Смоленска, Тверь - Трениоте, князю Пскова, Торжок - сыну Симеону, с титулом князь Новгородский, Карела с Онего Никифору, родственнику дальнему. Самый главный из освобожденных, Великий Новгород, Симеон себе под управление оставил, а с ним Пронск, Коломну, Нижний Новгород и Чуваши. Князья союзники то же не удел не остались. Земовит, князь Силезии, взял Углич, Ярославль и Белоозеро, их и получил во владения. Леонтий, князь Костромы, получил титул князя Ярославля. Сын Роман получил Диррахий с титулом князь Диррахий. Гарун, владетель Судовии, получил титул князя Самогитии. Иеремия из Федоровичей получил Фракию и титул князя Фракии. Андре из Вячеславовичей получил Берлад и Фехер. Кроме того, впечатленные походом присягнули на верность: Князь Сербии Яким Варна, вместе с ним в Литву пришли Зета, Арта, Корфу, Самос, Мануил, владетель Фессалоники и, даже, Ингвар князь Московский с ним Москва и Брянск. После войны, Симеон дружину домой отпустил, сам же в Константинополь подался, уж больно этот город красотою своей князя пленил. Там уж порядок навели, сожженные дома да церквушки отстроили, из Малой Азии греки в бывшую свою столицу подались. Город ожил, храмы православные паствой наполнились, торговля наладилась. Со всей Греции православные в Константинополь в Софийский собор на молебны приходили. Был среди прочих и Анастасий Акрополит, князь Этолии. Человек властолюбивый и на язык дерзкий. Будучи вторым, после Симеона, а не первым в Греции, Анастасий злобу держал. Симеон гостя у себя принял, по случаю встречи пир организовал. Много знатных особ туда наведались, надеялись к союзу Литву и Этолию склонить, чтобы остатки мусульман со святой православной земли греческой согнать. - Попрошу внимания! – рослый мужик поднялся с места. Болтовня за столом утихла, и он продолжил, - предлагаю выпить, за растущее могущество Великого Княжества Русского, Литовского и Жематийского, благодаря которому свободна православная вера! – зал одобрительно загудел, гости начали подниматься со своих мест с чашками в руках. - А как же быть с теми, кому Литва обязана своим могуществом? - громко выкрикнул с места Анастасий. За столом повисло молчание. – Разве только Литва спасала от иноверцев земли христиан? – продолжил Анастасий. - Напился – уймись! – дернула за рукав его жена. - Нет уж позвольте! – отдернул руку Анастасий, и, покачиваясь, продолжил - Веками Империя защищала христиан от нашествия мусульман! Не было бы Литвы, если бы Византия не дала ей веру, не было бы тебя Симеон, если бы не Империя! - Мы с уважением и почтением относимся к заслугам Визайнтии в деле становления православия на Руси… - попытался смягчить выпад Симеон. - Какое почитание? – разошелся Анастасий, - где же ваше уважение, князь, коли в Константинополе сидит русский, а не греческий патриарх? Где ваше уважение к традициям греческого православия, давшего вам веру? Кто-нибудь из вас, - Анастасий обвел глазами собравшихся, - задумывался о том, почему греческие земли принадлежат теперь Литве, а не Византии? Почему великий князь-освободитель Симеон не вернул грекам их страну? - Только почитание традиций гостеприимства, - Симеон поднялся с места, - не позволяют мне наказать тебя, Анастасий, за твои слова! - Милости просим, завтра после обеда, - ответил Анастасий, как ждал, вышел из-за стола и, махнув своим подданным, удалился. На утро, Симеон, умывшись и опохмелившись, облачался в доспехи. Слуга Андрей со старанием помогал ему одеться. - Не дело это, великому князю с местными князьками драться, - ворчал Андрей. - Эх, Андрей, - вздохнул Симеон, - князь ведь не Бог, не Царь. Если я свою правоту не докажу, кто ж на меня, как на первого смотреть будет? - А если случится чего? Ведь этак каждый может к великому князю в драку напроситься. - Каждый не может, равный может. - Не уж то он вам ровня, князь? – Андрей искренне удивился. - Не много ты понимаешь, Андрей. Я ведь княжеского рода. Меня такие же князья, как я и Анастасий в лидеры выдвигают. Это же так, почтение, уважение, почитание, а дашь слабинку, в миг сбросят. Нельзя такое прощать! – князь затянул ремень, поправил палаш и, поблагодарив, Андрея вышел. За городом, буквально в сотне метров от пригородного муравейника домишек, Симеон встретился с Анастасием. Анастасий, хоть и дерзок был, да в драке Симеону в подметки не годился. Как не уворачивался князь Этолии, как не сопротивлялся, но от меча Симеона уйти не удалось. С третьим замахом великий князь разрубил и щит и доспехи Анастасия, тот повалился на землю и тут же дух испустил. Князья-вассалы Анастасия, приглашенные на пир в числе прочих, в тот же день устроили совет, и на поклон к Симеону пришли. Дмитрий Акрополит, племянник Анастасия, выбранный князем Этолии на совете, присягнул на верность, вместе с ним князья Эпира, Димитриады, Афин, Дубровника и Рашки. Среди новых вассалов оказался и Житей Варна, князь Боснии, и Константин Арпад, князь Крыма, владетель Новгорода-Северского которые, впечатленные рассказами о величии Литвы на пиру, решил примкнуть к великому княжеству. В 1173 году, пытаясь оправдать доверие, которое оказали Симеону новые вассалы, великий князь решил полностью очистить Грецию от сарацин. Отдав сыновьям Нестору и Кириллу Чуваши и Нижний Новгород, Симеон собрал греков и объявил войну Сельджукам, самому могущественному королевству мусульман. Сельджуки в то время продолжали войну с крестоносцами, уж несколько десятков лет шла, и все ни как закончится не могла. А тут Литва! Эмир сельджуков даже удивился такой новости, уточнить просил, а когда оправдалось все, ругался очень. Поход Симеона в Риме восприняли с энтузиазмом, и даже благословили на поход. Быстрым рейдом, греческие войска Симеона взяли Белград, Видин, Ниш, Сердику, Корвуну и Адрианополь. Ярополк, князь Хорватии отбил Филипполь, Дидимотику и Стримон. Галац взял Игорь из Михайловичей, один из знатных придворных Симоена. На том Симеон остановился и послал Сельджукам послов с миром. Да только султан мириться и не собирался. Послов не принял, а сам с армией к Константинополю подошел. Осенью 1176 года началась осада. Сельджуки то ли подкрепления ждали, то ли хотели город без боя к сдаче принудить, да только не вышло это. С севера, из Венгрии и Польши к Симеону подкрепление подошло и осада с Константинополя была снята. Сельджукам снова мир предложили, а они ни в какую. Пришлось, для пущей убедительности, послать Мстислава, одного из полководцев Симеона, в Колонию, где сам султан сидел. Уже зимой Мстислав Колонию взял, а Симеон снова мира попросил. Сельджуки на этот раз согласились, и все что Симеон в Греции и малой Азии взял, отдали. Под руку великого князя попали все сербы и болгары, которые хоть и не сразу, но после пары рейдов дружинников, признали Симеона своим королем. Почти все новые земли и часть прежних Симеон в благодарность своим подданным роздал. Никомеддия, была отдана Святославу из Можайска, Роман, князь Диррахии получил Охрид, Владимир из Владимировичей получил Белград и Ведин с титулом князя Белград, Юрий, князь Доростола получил Сердику, Никифор из Михайловичей – Ниш, Юрий Бранкович получил Пронск, с титулом кн. Пронск, а Ярослав Бранкович получил Лесбос. Симеон, после войны, так в Константинополе и остался. Все больше времени в молитвах проводил, да дела хозяйственные вел. Уже семь лет безвылазно во дворце Константинопольском, так бы и помер в постели, да как-то заметил, что слуга его, Андрей, меч княжеский скоблит. Подошел ближе, а там ржавчина. Грустно Симеону от этого стало, вспомнились былые походы, подвиги ратные. В слезы, конечно, не ударился, как ни как мужик, да еще и князь, но и ржаветь доспехам то же не гоже. Собрав совет и решив куда пойти, мускулы поразмять, да мечу вторую жизнь дать, приказал дружине отправиться в Полоцк. Там дружину собрали и пошли куманские земли щипать. Куманские владения к 1183 году из-за междуусобиц в отдельных местах раскололись, вот по этим мятежным землям и решил ударить князь. Взял Зыряне, Каму, Булгарию, Башкиры, Узен, да в последнем бою случайной стрелой ранен был, да в постель слег. Так его на носилках в Полоцк и доставили, где 29 октября Симеон к Богу отошел. |
