SnowForum » After Action Reports » Поучение детям »
Vladimir Polkovnikov
AAR-мастер



Нижний Новгород

Старейшина

Генерал-поручик (12)
4423 сообщения


Глава 1. «Хочешь жить – умей вертеться»   26.07.2007 13:06
Ставший герцогом в 1450 году Борсо д’Эсте унаследовал от предков землю моденскую с двумя городами: Моденой и Феррарой. Не помышлявшие о расширении границ предшественники его сосредоточились на изучении наук, построили два университета, расплодили школяров-дармоедов и совершенно запустили армию. Жалкий гарнизон в тысячу пехотинцев не мог похвастаться не только новыми кирасами, но даже вряд ли имел пару добротных сапог на десяток воинов. Стыд и позор испытал Борсо, когда его солдаты, приветствуя нового герцога, вместо звонких щелчков каблуками лишь глухо стукали голыми пятками. Поправить скоро эту беду не представлялось возможным: денег в казне кот наплакал. При этом кот, видимо, попался ну уж совсем жалкий и тощий, такой, что смог наплакать лишь два десятка дукатов.
Как долго это могло продолжаться? Скорее всего, никак и уж точно недолго. Бог не обделил Модену соседями, а самих соседей алчностью. С самого начала требовалось уяснить для себя основную формулу: Модену со всех сторон окружают враги, и чтобы выжить, герцогству нужно было внимательно смотреть по сторонам. Ну что ж, хочешь жить – умей вертеться, говорил Борсо. И добавлял: «А хочешь жить хорошо – верти других».
Ничто так не заставляет соседей умерять свои аппетиты, как крепкая армия. Вот в этом направлении и решил сосредоточить свое основное внимание герцог. Прежде всего, 1 января 1454 года Борсо произвел некоторые перемены во внутренней политике, сместив центр тяжести от «Флота» к «Армии». Ежемесячный доход направлялся на изучение военного дела. На собранную в конце года подушную подать герцог приказал снарядить два кавалерийских полка. «Кавалеристы и без сапог способны затоптать любого противника»,- справедливо рассудил он.
Приятно порадовали университетские профессора, добровольно направившие свои усилия на изучение основ управления государством. Имеющихся в наличие двух университетов хватало, чтобы ежемесячно заменять фантастическую для Модены сумму в 10 дукатов. И уже 1 августа 1454 года Борсо смог взять на вооружение национальную идею «Великая армия». Конечно, для одного полка пехоты и двух полков кавалерии это звучало несколько высокопарно, но наш предок думал о будущем.
Результаты деятельности по укреплению армии не замедлили сказаться: вскоре прибыло посольство от тосканского сатрапа Козимо Медичи с предложением военного союза. Моденское правительство, поломавшись для вида, согласилось «жить в мире и дружбе покуда смерть не разлучит нас». В конце концов, еще древние учили: во время мира заключайте союзы. Казалось бы – люди тёмные, в простынях ходили, без штанов, а поди ж ты, в дипломатии-то кое-что соображали.
Таким образом, тыл герцогства был обеспечен. По крайней мере, на время.

Ладно, тосканцы на данный момент сумели отсрочить свое поглощение великой Моденой. Бог с ними. В Италии и без них хватает держав. Первыми взор герцога Борсо привлекли жители Мантуи. Да вот незадача: эти хитрецы успели вступить в альянс с Савойей и Афинами. Савойя – это пока еще для нас слишком серьезно. Три города, как ни крути. Ладно, кто там еще есть? Генуя и Венеция. Мда-а, с их деньгами можно было себе позволить содержать «многочисленную рать». Кроме того, венецианцы только что нанесли серьезное поражение Австрии, округлив свои владения. Миланцы также потрясали своими альянсами. Приходилось сидеть и ждать у моря погоды. Может, со стороны союзника что-нибудь надует.
И надуло. 7 сентября 1457 года тосканцы, видимо стосковавшись по ратному делу, объявляют войну державе Урбино. В тот же день герцог Борсо лично поднимает два кавалерийских полка и ведет их к вражеским рубежам, уповая на скорость своей мобильной армии. Как говорится, на войне кто успел, тот и в осаду сел. Однако на этот раз хитрый маневр с перехватом осады у союзника не сработал: первым под стены Урбино подступил сам Козимо Медичи. Обидно. Хоть плачь.
Но герцог Борсо не был бы достоин своего титула, если бы в этот досадный для державы час разрыдался. В его голове зародился смелый (хотя кто-то говорит, что подлый) план. Раз уж все равно наша армия пришла в центр Италии, стоптав последние сапоги и сбив остававшиеся подковы, то, пожалуй, было бы неплохо обзавестись здесь каким-никаким городишкой. Вот, кстати, Сиена – хороший город. Жаль только, что сиенцы состоят в союзе с папой Римским. В смысле, папу Римского жаль.
Итак, в чем же была суть плана герцога Борсо? Объявить войну Сиене. Поскольку она граничит только с Тосканой, дождаться, пока её войска уйдут туда и после этого лихим кавалерийским налетом ворваться собственно в сиенские пределы и осадить их столицу. Спросите: а папские войска? А их, слава тому Богу, чьим наместником был папа, не просматривалось поблизости. Не иначе, как все они сосредоточились в Авиньоне.
Итак, 8 января 1458 года Модена объявила войну республике Сиена. Несмотря на полное падение стабильности, Борсо твердо намеревался вести войну в соответствии с намеченным планом. Дождавшись ухода вражеской армии, он ловко просочился в пределы Сиены и осадил её. Осада отняла у нас 125 дней и завершилась полным присоединением города к великому герцогству Модена.
Настал черед разобраться с папой Римским. Понтифик лично привел свои войска из Авиньона и осадил нашу Феррару. Взамен Борсо взял в осаду Романью, доверив тосканским союзникам Рим. В конце 1458 года все три города дружно пали. Обидно, конечно, что враг разорил Феррару, но общий счет складывался явно не в его пользу. В апреле состоялись мирные переговоры, в результате которых Борсо получил Романью, а вот тосканцы не получили ничего.
В том вам, дети, урок: политика – это наука о том, как использовать наемную силу, ничего ей при этом не платя. Так вот, ваши предки никогда не были такими неразумными наемниками (хотя, если честно, то один раз были, но об этом позже) и вы ими не будьте. Прежде, чем ввязаться в драку, взвесьте возможный прибыток, и если не стоит он затрат, не позорьте мои седины, не уподобляйтесь тому неразумному, чьи мозги заменяет кремний. Что получил бы Борсо, останься он под стенами Урбино? Ничего, кроме расходов на содержание армии. А что получили тосканцы, взяв Рим? Да всё то же самое «ничего». И кто после этого в дураках?

Итак, в 1459 году в герцогстве Модена насчитывалось уже четыре города. В каждом из них находились университет и собор (Борсо не хватал что попало, а брал только самое лучшее). К сожалению, больше ничего в них не находилось. Разве что в Ферраре предки Борсо построили мастерскую. Ну что ж, значит пора браться за хозяйство. Отныне все средства герцог повелел вкладывать в развитие производства, ибо крепкая экономика есть основа крепкой армии.
В то же время пришла пора пересмотра внешнеполитических ориентиров. Тоскана больше не удовлетворяла нашим требованиям. Более того, союз с ней мог привести в дальнейшем к столкновению с Сицилийским королевством и Арагоном. А оно нам надо? С уверенностью можно ответить: пока нет. На юге искать сейчас было нечего, а вот на севере…
Борсо всё чаще и чаще обращал свой взор к северу Италии. Однопровинчатая Мантуя и двухпровинчатый Милан не давали герцогу спокойно уснуть. Сначала для успокоения он приказал развернуть свою постель головой на север. Потом переехал жить в северную башню замка, хотя она и обветшала за последнюю сотню лет. Крыша прохудилась, по полу было опасно ходить, в обвалившихся окнах завывал ветер, но… Но, в конце концов, этот ветер прилетал из Мантуи. Это обстоятельство решало всё. Борсо мужественно пренебрег даже недовольством супруги и заработанным в северной башне насморком. Пусть его забитый нос не мог чувствовать запаха северного ветра, но зато Борсо мог ощущать его порывы, слышать его завывание и любоваться колыхаемыми им языками огня в камине. Север! Скажем прямо, наш предок буквально заболел севером.
15 мая 1462 года эта болезнь отразилась на внешнеполитическом курсе герцогства: Модена заключила военный союз с торговой республикой Генуя. При этом Борсо учитывал, что Генуя состояла в альянсе с еще более могучей Венецией. Такой союз поистине становился несокрушимым. Дальше…
А дальше надо сказать, что политика, она еще как рыбалка: закинул удочку в водичку мутную и жди, пока не клюнет. Из Борсо рыбак вышел хоть куда. Терпения ему не занимать, благо, время работало на него. Пока поплавок политики безвольно покачивался на волнах, Модена крепла, казна наполнялась, исследования в области производства прогрессировали, стабильность поправлялась. Да и репутация герцога, пострадавшая в предыдущую войну, медленно, но верно улучшалась. Постепенно соседи начали забывать, как Борсо вероломно напал на Сиену и поглотил её.
Наконец в сентябре 1465 года терпение Борсо было вознаграждено: Генуя и Венеция сообща напали на Савойю, в союзе с которой выступила и Мантуя.
- На север! – взревел Борсо, вскакивая в седло.- Конница со мной, пехота – следом.
На этот раз Борсо вовсе не собирался уступить осаду какому-нибудь зазнавшемуся дожу-главе республики торгашей. Он просто должен был прискакать в Мантую первым. Ну что ж, должен был – и прискакал. В скоротечной схватке моденская конница затоптала вышедшую в поле пехоту Мантуи и стремительно окружила замок. Оставалось дождаться спешащей следом пехоты. Подошедшие пехотинцы принялись готовить тараны, лестницы и прочие приспособления для штурма – сидеть в осаде и ничего не делать Борсо отнюдь не собирался. Однако малое количество пехоты быстро охладило его пыл. Осмотрев свой пехотный полк, герцог выдал «О-хо-хонюшки» и приказал срочно набирать еще две тысячи солдат.
Новобранцы подоспели в феврале 1466 года. К этому моменту городские стены рухнули. Отчего – не знал никто из моденцев. Наши тараны как стояли в стороне еще с осени, так продолжали гнить и всю зиму. Логичным казалось предположение об изначальной ветхости стен мантуанского замка. Тем хуже для его хозяина! На рассвете 27 февраля моденская пехота пошла на приступ.
Бравые моденские парни (замечу, в почти новеньких сапогах, даже почти на каждом солдате) вели бой уже за брешь во вражеской стене. Герцог бросился вперед, чтобы не опоздать к моменту сдачи города, как вдруг… нет, вот все-таки правильно Латеранский собор запретил христианам истреблять друг друга при помощи арбалета. Ведь есть же немало более достойных средств раздробить череп своему ближнему. Но проклятые мантуанцы не чтили установления отцов нашей Церкви. Один из этих негодяев выстрелил в самого пышно одетого из атакующих, коим и оказался несчастный Борсо.
Отступая, пехотинцы заботливо вынесли из боя раненого господина, еще час назад пославшего их на смерть. Усилия лекаря ни к чему не привели, к вечеру герцог скончался. Лекаря, кстати, повесили на рассвете. Зачем? Ну надо же было кого-то повесить, а вражеского арбалетчика из города достать руки коротки.

Так прожил свою жизнь и встретил гибель славный герцог Борсо, вдвое раздвинувший пределы своей державы, ловко вращаясь меж соседей. А иногда – вращая их. Чему вдумчивого потомка может научить пример его жизни?
Во-первых, сила державы определяется не величиной территории, а размером её армии. При этом следует учесть, что в ту рыцарскую эпоху на поле господствовала кавалерия. Ее натиск способен был сокрушить любое сопротивление, а скорость передвижения гарантировала полководцу инициативу.
Во-вторых, как бы не величалась держава своей армией, выжить в одиночку в окружении врагов немыслимо. «Во время мира заключайте союзы», причем не все подряд из возможных, а только с прицелом на свое стратегическое будущее. И не забудьте внимательно изучить, а не заключен ли союз у вашего предполагаемого союзника с вашей предполагаемой жертвой. В противном случае вы рискуете внезапно оказаться один на двоих с ними обоими, получив удар в спину.
В-третьих, не стесняйтесь использовать армию союзника, а также его территорию для решения своих проблем. На то они и союзники, чтобы помогать вам. Причем желательно, чтобы они помогали по возможности бескорыстно. Помните: кругом враги. И даже сегодняшний союзник – это завтрашний враг. Не стоит усиливать его без нужды.
В-четвертых, не стоит вести постоянных захватнических войн. Нужно давать соседям время забыть ваши прошлые политические прегрешения. Всегда лучше, чтобы о вас думали как о белом и пушистом существе.
В-пятых, конечно, здорово использовать армию под личным руководством правителя, особенно для удерживания за собой осады, но вот бросать её в бой надо все-таки осторожнее (если не сказать, что совсем не надо).

Ну что ж, не такой уж и бестолковой выдалась жизнь герцога Борсо. Можно сказать, что она нас даже кое-чему научила. Вот и отлично. Посмотрим, чему может научить жизнь его преемника, герцога Карло Алессандро.
SnowForum » After Action Reports » Поучение детям »