SnowForum » After Action Reports » Тайный советник вождя. »
Vladimir Polkovnikov
AAR-мастер



Нижний Новгород

Старейшина

Генерал-поручик (12)
4423 сообщения


Глава 13 (1306-1313)   13.09.2006 14:53
Глава 13

Рождение наследника стало сильным ударом по планам донны Санчи. Однако она не отчаивалась. Да и с чего бы? Как никак, а младенец приходился ей родным племянником. И если учесть еще безволие и слабость королевы, то в случае чего донна могда бы претендовать на регентство. Правда, была еще загвоздка в тайной советнице Валенсии, приходившейся инфанту сестрой. Вот здесь-то и пробежала черная кошка между теткой и племянницей. Две женщины уже заранее не поделили мужчину, который пока только и мог что писаться в пеленки и громко плакать.
Начало этих захватывающих сцен я пропустил, находясь под стенами осажденного нами Фолкаквира. Однако Чика старался держать меня в курсе событий. Тем более что они напрямую касались меня. Дело было даже не во мне, скромном дворянине, а в той армии, нити руководства которой сходились в моих руках.
Так уж сложилось, что молодой маршал Сунифред предпочитал проводить время не занятиях ратным искусством, а в грязных попойках с рыцарями своей свиты. Надо сказать, что на суше к этой золотой молодежи вернулась прежняя спесь. Ладно, что эти мальчишки шпыняли всех и каждого, но их издевки не обошли стороной и меня, старика. И хорошо бы чего умного придумали, так ведь нет. Весь их юмор сводился к подсовыванию моему коню под седло какого-нибудь шипа или к вымазыванию моего панциря изнутри дерьмом. Поэтому реальное распоряжение армией (кроме полудурочной свиты маршала) находилось в моих руках.
В своем последнем письме Чика сказал, что донна Санча хотела бы видеть меня сразу по завершении похода. дескать, для какого-то важного разговора. Шут предупреждал меня, чтобы я оставался предельно нейтрален, чтобы никто не мог меня заподозрить в переходе на сторону канцлера. И вообще, лучше бы «вам, дураку старому, свалить от двора куда подальше – голова целее будет». Вот этого-то я сделать и не мог. Находясь при дворе, моя скромная персона могла находиться рядом с королевой, МОЕЙ королевой. Оставить ее я считал делом бесчестным. Пришлось решиться на встречу с донной Санчей.

Фолкаквир пал 6 января 1307 года. Мне это было тем приятнее, что его величество передал город вместе герцогством Арманьяк своей супруге, Гийельме.
Сразу после моего возвращения в Валенсию донна Санча прислала письмо с просьбой о встрече. Не слушая предостережений Чики, я надел парадный камзол, нацепил шпагу и отправился к канцлеру королевства.
- Мой…- донна Санча явно запамятовала мое имя,- дорогой друг,- вывернулась она так же, как это делали все до нее. Я уже не обижался, привычка, знаете ли.- Как я рада вас видеть. Подобру ли добрались?
- Да, донна Санча, благодарю вас за заботу.
- Вы, наверное, сгораете от нетерпения узнать, зачем же я вас пригласила?
«Ой, сейчас просто обделаюсь от нетерпения, карга ты этакая»
- Да, конечно, донна Санча.
- Не буду вас томить. Мне необходимо было поговорить с кем-нибудь о судьбе нашего королевства. И тут я вспомнила о вас, ближайшем друге моего покойного мужа,- она томно улыбнулась.
«Знойная баба, мечта поэта. Две булочки пляшут под тканью корсета».
- О, я польщен.
- Да, так вот. Королю вот-вот стукнет шестьдесят, наследник престола еще очень мал. Как вы думаете, случись что, не дай, конечно, Бог, кто должен стать регентом. Умудренная опытом, умная, нет, я бы сказала, мудрая женщина или юная, глуповатая девчонка?
«Ну надо же, ну прямо никак не смогу догадаться, кто же эта мудрая женщина».
- Донна Санча, мне ли, никому неизвестному дворянину, заботиться об этом вопросе? Знаете ли, я старше короля на семь лет. Так имеет ли мое мнение хоть какое-то значение? К тому же у нас еще есть королева.
Канцлер поджала губы и принялась теребить платок, видимо, что-то обдумывая. Наконец она взглянула на меня и без обиняков спросила:
- Вы жить хотите?
Я вздрогнул.
- Нет, знаете ли, не очень. Как-то подустал от этого всего за 65 лет.
- Отлично, - прошипела она.- Как вы думаете, долго ли проживет королева, не имея рядом такого преданного защитника?
Это был удар, я бы сказал, под самый кобчик.
- Вы не посмеете.
- Еще как посмею. Ну, ты со мной или с ними?
- Да я на вас…
- Сначала выйди отсюда живым. Ну? Ты со мной?
«Черт ли сладит с бабой гневной. Ладно, только бы выйти отсюда, а там разберемся».
- Ну раз вы настаиваете…
- Отлично. Тогда будьте любезны, дорогой друг, подписать вот этот документ.
Я посмотрел на протянутый мне кусок пергамента. Фактически это была расписка в участии в заговоре. А случись чего, сошло бы и для смертного приговора. «Ну ты, братец, и влип».

Да, да, именно такими (или почти такими) словами завершил мой рассказ об этом и Чика:
- Ну, сеньор, ваши дела в полном дерьме. И вы погружаетесь туда все глубже и глубже. Вроде бы я даже запах улавливаю.
Я покраснел. Знаете ли, в 65 лет уже не всегда получается контролировать свой организм.

***
Дальше события раскручивались по спирали, все убыстряясь и убыстряясь. Сначала маршал Сунифред получил от казны 760 реалов. За что, почему, зачем – никто не знал. Видимо, постаралась его супруга, принцесса Валенсия.
Я попал под каблук канцлера, которая считала, что теперь-то у нее все схвачено. Однако пара обстоятельств немного смущала прожженную придворную. Во-первых, несмотря на свои шестьдесят лет, король Матеу оставался воплощением здоровья. Скажу даже больше, с завидной регулярностью рождающиеся принцессы свидетельствовали о неиссякаемых жизненных источниках государя. Второе обстоятельство, смущавшее донну Санчу, сидело в Палестине. Это был герцог Альфонс, племянник короля. Сейчас ему было уже за тридцать, и он остро переживал свое второе место в очереди на испанский трон. Не так давно Альфонс был первым, все суетились вокруг него, задабривали, а сейчас…
Мои отношения с маршалом складывались не лучшим образом. А все его жена, изменившая свое отношение и ко мне и к Чике. «Враг номер один» - это она про меня так. Донна Санча шла всего лишь на втором месте.
Все стягивалось в тугой узел, который должен был вот-вот лопнуть. И он лопнул…

***
…летом 1310 года.
Началось все с того, что маршал Сунифред (не без воздействия жениных оплеух) разогнал свою «золотую молодежь», сократил пьянки и начал забирать вожжи в свои руки. То один, то другой пергамент исчезали из моего кабинета и перекочевывали в маршальский. Строго говоря, я совершенно не имел права возражать против этого. Ну ладно, но дальше – больше. Во дворце заменили моих ребят парнями маршала. Теперь посты находились в руках супружеской пары маршал-тайная советница. Донна Санча рвала и метала… мои седые волосы. Но поделать мы ничего не могли (а я и не хотел).
Однако дон Сунифред не переходил к решительным действиям, поскольку гвардия это конечно хорошо, но полевые войска, находившиеся еще в моих руках, лучше. Это обстоятельство и вызвало кризис.
Как-то вечером ко мне влетел Чика:
- Сеньор, вы не поверите. Только что состоялось заседание королевского совета…
- Почему? Легко верю.
- Да нет же! На совещание не пригласили канцлера! Принцесса Валенсия и маршал Сунифред вытребовали у короля вашу голову. Обвинили в связи с королевой! 15 лет назад!
- Вот паскуды, чтоб им сдохнуть! Да я их! Меч! Доспехи!
- Что вы, что вы! С ума сошли? Да вас уже ищут по приказу маршала. Хотя чего там искать, с минуты на минуту будут здесь. Надо бежать!
- Куда?
- К королеве! Больше некуда. Все равно у всех ворот вас будут ждать.
Прятаться в покоях королевы Гийельмы казалось не лучшей идеей, но Чика не оставлял времени на размышления. Мы бросились ко дворцу. Самое трудное – проскочить через посты маршальской гвардии – удалось сравнительно легко. Чего не смогли бы сотворить ни копье, ни меч, легко сделали несколько ма-а-аленьких золотых монеток.
Королева, предупрежденная шутом, ждала нашего появления. Не теряя времени на разговоры, мы прошли в ее покои, где она заперла меня в отдаленной комнате.
Я остался один. Спустя час зашла камеристка и поставила на столик поднос с едой. Еда это было, конечно, здорово, но кто бы только знал, как я хотел… гм, в общем, в туалет. Стесняясь спросить камеристку, я сам начал обследовать комнату в поисках… гм, ну хоть горшка что ли какого. Наконец за ширмой мне посчастливилось обнаружить какой-то стульчик с отверстием посередине. «Ох уж эти мне женщины»,- покачал я головой и... По окончании процедуры за неимением лучшего я аккуратно вытер брызги рукавом камзола. «Чистота – залог здоровья».

Мое заключение продолжалось около суток. Все это время я не видел никого, кроме камеристки. Наконец в дверь вошел Чика.
- Все кончено, сеньор. Можно выходить.
- Что кончено? Почему я могу выходить?
- Маршал Сунифред скоропостижно скончался.
- Что-о-о?! Ему же всего-то 26 лет… Ах,- вспомнилось мне мое «чтоб им сдохнуть».- это я виноват.
- Э-э-э, геморроидальные колики на возраст не смотрят. Да и ваше «сдохнуть» тут ни при чем.- Только теперь я уловил, что Чика прячет глаза.
- Чика, это сделал ты? Колики геморроидальные.
- Я, сеньор,- выдохнул он.
- Но… но… почему?
Наконец Чика посмотрел на меня.
- Сеньор, для вас я сделал бы и больше. Да я и сделал. Так что успокойте свою совесть, ваши проклятия в адрес покойного дона Рамона…
- И это ты?
- И это я,- сокрушенно кивнул шут.- Он же мог… ваши шпоры… на навозной куче…
- Чика, да ты…- я, право, не знал, что сказать и как поступить.
- Сеньор, если вы выдадите меня королю, это может зачесться вам. Вы можете теперь стать маршалом.
Я молчал, пораженный словами Чики. Этот шут… Да уж, не ожидал. С другой стороны, если бы не он, то где бы я сейчас был? Поразмышлять явно было над чем.
- Ладно, Чика. Иди домой, спрячься там. Авось не догадаются, что это натворил ты…
- Да, и еще, сеньор. Смените камзол, от вашего чем-то воняет.
Дверь в комнату скрипнула, Чика метнулся за портьеру. Я оглянулся. Это была королева.
- Дорогой друг, я принесла вам известие об избавлении. Вы свободны: маршал Сунифред задушен королевским шутом.
- Откуда вы знаете, ваше величество?
- Бубенчик в сжатом кулаке маршала. Он сорвал его, сопротивляясь убийце. Об этом знают все. Его ищут.
Поблагодарив королеву за укрытие и заботу, я откланялся и поспешил домой. Через час туда же пробрался и Чика.
- Сеньор, предупреждаю, меня опасно укрывать. Вас обязательно приплетут к убийству.
- Это правда…
- Или вы меня выдадите или я должен уйти из города.
- Чика, я не могу одобрить твоих действий, но выдать… Плохо же ты меня знаешь. Куда ты думаешь бежать?
- А куда подальше. Главное выбраться за стены.
- Могу я тебе помочь?
- Не надо, сеньор. Вы и так сделали для меня очень много.
- Я? Но я ничего…
- Вы увидели во мне человека. Я никогда не забуду, что именно вы рискнули жизнью, защитив существо с бубенчиками от испанского гранда. Поверьте, я старался отплатить вам за это, как мог. Поверьте и простите бедного Эрменголя.
- Кого?
- Да, сеньор, я не всегда был Чикой. Мама называла меня Эрменголь. Впрочем, мы теряем время.
На скорую руку мы собрали немного припасов в котомку. Чика переоделся в неброское платье, попрощался и вышел вон. Больше я его не видел. До меня дошли лишь слухи, что при выходе из города кто-то узнал Чику. Он бросился бежать в сторону. И ему удалось немного оторваться от преследователей, благо уже наступала темнота. Но именно эта темнота и убила Чику. Спасаясь от погони, он попытался уйти через болото, но оступился, и трясина засосала его. На поверхности осталась лежать лишь та самая котомка.
Однако кое-какие сомнения насчет его гибели мучают меня до сих пор. Дело в том, что не прошло и года, как при загадочных обстоятельствах и совершенно внезапно для близких скончалась донна Санча, освободив меня от стеснительных обязательств. До сих пор я думаю, не благодарить ли мне за это моего ангела-хранителя…

***
Таким образом, прекратилось разделение двора на враждующие партии и разрешился вопрос о возможном регентстве. Наверх всплыла тайная советница Валенсия, дочь короля и сестра наследника принца Видаля. Занявшая освободившийся пост канцлера вторая сестра государя Перонейя погоды не делала. А вот пост маршала остался вакантным. Валенсия сочла недостойным кого-либо из придворных занять место покойного мужа (конечно, в служебном смысле, а не в постельном, поскольку она очень быстро спуталась с управляющим Бернатом де Луна и даже вышла за него замуж, привязав его к себе крепко-накрепко). Я даже где-то благодарен ей за то, что она не рискнула предложить маршальский жезл мне. Честно говоря, после разыгравшейся трагедии я бы не смог занять этот пост. Все равно в отсутствии маршала кто-то должен был выполнять его обязанности. И этот кто-то, как всегда, оказался я.

Взявшая в свои руки власть Валенсия в целом продолжала линию прежнего правительства. В 1311 году она посылала меня возвращать в состав испанской державы парочку финских графьев, отложившихся от герцога Финляндии. Пока продолжался этот поход, скончался правитель Генуэзской республики. Итальянцы не нашли ничего умнее, как посадить на его место пятилетнего мальчика. Принцесса Валенсия немедля надавила на отца, и тот заявил свои претензии на Ниццу. Так что к моему возвращению из Финляндии было готово новое задание: разгромить Геную. Я поспешил в Прованс, где уже собиралась армия под личным руководством короля Матеу.
Армию я застал уже в движении: 1 января 1312 года король объявил войну Генуе. Но, Боже мой, что это был за порядок! Не армия, а стадо вооруженного кто чем люда. Рыцарей насчитывалось крайне мало, да и те больше годились для охраны короля, чем для боя с итальянцами. Такую армию жители Ниццы встретили бы не ужасом на своих лицах, а гомерическим хохотом. Пришлось срочно наводить порядок. Много сделать не удалось, но и итальянцы смеялись уже не так искренне, когда наш парламентер привез им предложение сбросить с себя презренные оковы республиканского режима и перейти под крыло испанской монархии.
Не успела начаться осада, как пришло известие о наступающей армии генуэзцев. 9 марта их появление ожидалось под Ниццей. Король Матеу решил лично покомандовать сражением. Чтобы не видеть этого позора, я спрятался в палатке и накрылся с головой одеялом. Предчувствия мои оправдались. Первыми в атаку король бросил горсть своих рыцарей. Те ехали не спеша, рассчитывая одним лишь видом своих пышных плюмажей распугать эту «толпу республиканского мужичья». Однако мужичье довольно-таки ловко обстригло спесивым баронам их перышки. Когда жалкие остатки рыцарского отряда пролетали мимо моей палатки, земля тряслась под моей зад… то есть подо мной. Еще через минуту в палатку сунулось искаженное лицо короля:
- Эй, ты, как там тебя… Это самое… надо что-то делать.
«Ведь и не поспоришь. Действительно надо»,- подумал я и вынырнул из-под одеяла. Первое, на что я наткнулся, выбежав наружу, хм вернее, наткнулся мой сапог, был опрокинутый котел с кашей. «Ах, вот вы как!» - это обстоятельство почему-то разозлило меня сверх меры. Построив пехоту этаким ежиком, я бросил ее на занявшихся грабежом обоза итальянцев. Сказано: не укради, ибо нефиг. Наш удар показал им, что действительно, нефиг.
Как всегда победу приписали королю. Ну да ладно. Желая обезопасить себя впредь от вражеских нападений и уповая на никудышность христианских чувств республиканцев, я приказал поставить обоз на самое уязвимое место. Это сработало: в течение полугода, что шла осада, генуэзцы атаковали нас еще четыре раза. И всякая атака их захлебывалась у обоза. Действительно, воровство – это страшный грех. И мы, освобождая Господа от забот, сами наказывали за него итальянцев.

Ницца пала в июне. Король Матеу, взбодренный успехами, лично повел армию на Геную. А меня отправил с герцогом Каталонским покорять Ломбардию. Вот чуяло мое сердце, что нельзя оставлять короля одного с армией – поломает. И точно. В августе до нас дошло известие о страшном поражении наших войск под стенами Генуи. Король Матеу едва спасся бегством с поля боя. И то ладно, хоть выкуп платить не придется.
Несмотря на свою победу, республика предложила передать Испании Ниццу и 20 тысяч золотом. И что бы вы думали? Принцесса Валенсия отказала итальянцам. Мы, мол, жизней не пожалеем, но Геную возьмем. Спрашивается, чьих жизней собиралась не жалеть принцесса? Разумеется, не свою и не своего Берната, а наши. Много, очень много жизней пришлось нам положить, пока Генуя, наконец, не была взята в августе 1313 года. Только теперь Валенсию удовлетворили мирные предложения противника: Ницца и 60 тысяч золотом (это было даже больше, чем во всей испанской казне).

***
Однако рано торжествовала тайная советница. Боком, ой, боком вышла ей осада Генуи. Именно в разгар осады в ставку короля прибыло большое и знатное семейство Блуа, глава которого месье Бертран немедля был приближен и обласкан королем и назначен маршалом Испании. Так что возвращение из похода послужило сигналом к перестановке сил при дворе. Блуа приобрели такое влияние на короля, что скоро добились бы занятия всех постов в правительстве, если бы не…

Если бы не скорая кончина короля Матеу. 12 октября 1313 года дворец наполнился криками, воплями и стенаниями. В караулку, где в этот момент находился я вбежал побледневший гвардеец:
- Сеньор, видит Бог, я не виноват.
- Что такое?
- Я не виноват в смерти короля.
- Король Матеу умер?!
- Да, но я не виноват. Я не мог не пустить принцессу. Меня казнят!
- Да ради всего святого, что произошло?
Гвардеец судорожно сглотнул и залепетал:
- Я стоял у дверей королевской опочивальни. Мимо меня прошла принцесса Валенсия. Я… я не мог ее остановить. Через десять минут она вышла. А еще через полчаса камердинер короля вошел в спальню… А потом закричал. Я вбежал. А там… там…- гвардеец, совсем еще мальчишка, задрожал.
- Что там?
- Там посреди постели лежал король… мертвый… а изо рта… изо рта тянулась черная слизь. Я не виноват! Она меня тоже убьет!
- Замолчи! Она даже не взглянула на твое лицо. Охрана… это как тумбочка, как предмет мебели, лица не имеет. Молчи о том, что видел, если хочешь жить.
- Я… я…- всхлипывал солдат,- я не хочу жить в этом жестоком мире. Как может Бог попускать такое?
- Дурашка, это ты еще не жил при покойном короле Бернате. Утри сопли! И запомни: Бог сотворил этот мир прекрасным. Жестоким его делаем мы. И в наших же силах сделать его опять прекрасным.
И когда солдат ушел, я добавил:
- Но может быть, мир уже настолько пропитался жестокостью, что не в наших силах что-либо изменить.

Даты, события, люди

1307 г Присоединение Фолкаквира. Создание герцогства Арманьяк.
1311 г Претензии на Ниццу (1732 престижа из 1744).
1312-1313 гг Война с Генуей за Ниццу. Мир: Ницца и 60 тысяч монет. Создание герцогства Прованс.
Навалилась куча придворных. Абсолютно нахаляву. Приятно.
12 октября 1313 г Смерть короля Матеу (64 года). Престиж 38, благочестие 2117, 18 королевских титулов.
SnowForum » After Action Reports » Тайный советник вождя. »