SnowForum » After Action Reports » Нубия. Пролог. »
codelancer



Battle Master (4)
152 сообщения


Нубия. Глава V. (1092-1099)   27.05.2006 20:39
На 1 августа 1092 года.
Григорий из Донголы, 53 года.
Король Нубии, Князь Асуан, Дамиетта, Молдавия.
7 провинций, 3 вассала.
Престиж 379, Благочестие 297. В казне 423 монеты (+26.42 в месяц). 4700 войска.

Маленький эмират Мальорки, с армией всего в полторы тысячи человек, объявивший войну Нубии, казался многим в тот момент эдаким авианосцем-самоубийцей. Несмотря на шесть лет непрерывных войн – Нубия была вполне в состоянии навалять островитянам по щщам. Даже то, что формальным поводом Мальорка объявила наличие у вассала Григория, Мурад Абдуллы графа Эль-Ариша наследных претензий на острова – попахивало сумашествием балеарского эмира. Положим, что у Мурад Абдуллы претензии эти были, но это же совсем не означало обратных прав Мальорки на Эль-Ариш ?

Григорий тем временем довершал кампанию против печенегов. Взяв в сентябре того же года Тырговиште он осадил Северин. Царь настолько был уверен в том, что все успеет и не желая рисковать людьми, даже пренебрег возможностью быстрого штурма Северинской крепости. Разжалованный маршал Аль-Рахман поспешил распустить слухи о трусости царя, за что очередной раз был бит палками, но осадок остался.

Наглость эмира Мальорки на деле оказалась изощренной восточной хитростью. На самом деле все было задумано и разработано в тайной канцелярии давнего врага Нубии – Киренаики. Ливийцы не теряли надежд на возвращение Катары и Эль-Аламейна, а Григорий кажется завяз в валахских холмах. Выждав немного и посмотрев на то, что воевать с Мальоркой Нубия не спешит – Киренаика третий раз за последние 25 лет объявила войну Нубии в целом и Кариме, графине Эль-Аламейна и Катары в частности. Вслед за Киренаикой в войну вступили и их давние союзники Зириды, ранее неизменно в боевые действия не вступавшие.

Григорий быстро отправил сына Мурада в Нубию, собирать оставшиеся войска и занять позиции в Эль-Аламейне – именно там ожидался первый удар ливийцев.
Мурад поскреб по сусекам, то есть оазисам, и смог выставить на границе отряд в полторы тысячи воинов. Едва войска разместились и окопались, как в пределах нубийских владений началась новая междуусобная война!

Бурхан-уд-дин, шейх Синая всеръез озадачился извечным вопросом – «Почему он? Почему не я?» (с) и возжелал править синайской пустыней без всяких там наместников Аллаха над собой. Многострадальный король Фатимидов Аль-Мустансир уже устал от этих вечно бунтующих вассалов и хоть и был занят маневрами против Сельджуков в Сирии, но войну шейху объявил и обещал сокрушить при первой же возможности.

Ну, раз сам сюзерен занят, то ведь есть же союзники? Не так ли? – вспомнил о давнем договоре с Фатимидами Григорий. Прежде он ни разу не откликнулся на просьбы об исполнении союзного долга и не то чтобы его теперь мучала совесть. Совсем нет. (какие могуть быть муки совести по отношению к нечестивцам, удерживающим гроб Господень?) Просто Синай имел весьма важное стратегическое положение в регионе, только и всего.

16 декабря 1092 года Нубия объявила войну шейху и таким образом стала страной, воюющей одновременно с пятью противниками – Печенегами, Мальоркой, Киренаикой, Зиридами и Синаем. Кто ж тогда знал, что стране предстоит еще почти десять лет войн ? Все казалось простым – берем Северин, бъем Синай, традиционно расходимся с Зиридами и пытаемся чего нибудь урвать в Ливии.

Мураду пришлось срочно выступать из Аль-Эламейна в сторону Синая. Григорий тем временем закончил осаду Северина и решив оставить Турку на потом – замирился с Сурой, печенежским правителем, содрав с того дань в сто монет. Оставление печенегов в живых, в дальнейшем весьма необычным образом сказалось на Византийской Империи, но Григорию пока не было до этого дела – он спешил в Египет, где два Мурада (сын-маршал и граф Эль-Ариша) должны были вот-вот взять Синай.

Излюбленный метод пустынной осады – «постучать и спрятаться, а когда выглянут – то каааак дать!» дал плоды 2 мая 1093 года. Граф Эль-Ариша присоединил к своим владениям юг Синайского полуострова. Минус один противник Нубии в списке текущих войн.

Тут внезапно все пошло наперекосяк. Эмир Киренаики, наученный горьким опытом предыдущих войн – на этот раз решил не ломиться в Катару. Ливийцы высадились в Дельте, в устье Нила. Мурад из Донголы спешно бросил туда свой отряд из Синая и в первой битве смог разбить врага и вытеснить его в Габияху.
Григорий сидел в Хартуме и от бессилия лез на стены шатра. Все войска царства были мобилизованы и находились под руководством Мурада в Дельте. Царь не мог ничем помочь сыну и наскрести хотя бы пару десятков бедуинов для своего отряда.
А помощь Мураду была ох как нужна! Несмотря на поражение в Дельте – ливийцы смогли отступить и подготовить плацдарм для приема новых отрядов в Габияхе. Мурад, не удосужившись ознакомиться с донесениями разведки – кинулся добивать противника и попал в ловушку. В Габияхе армия Нубии потерпела второе поражение в своей истории.
Страна оказалась перед лицом оккупации и только дипломатический талант канцлера Беток Дункельд помог заключить 7 августа мир с ливийцами. Причины сговорчивости Исхака, эмира Киренаики (он даже заплатил 72 монеты за нанесенный ущерб) стали понятны через месяц. Пока ливийцы задерживали и громили бедуинов в Габияхе, тем временем их союзники Зириды спокойно и без проблем хозяйничали в Каттаре.

Каттара пала 4 сентября и на ее месте возник зиридский вассал. Теперь берберы направились в Эль-Аламейн. Любые мирные предложения со стороны Григория отвергались моментально. Вновь по оазисам Нубии и Судана полетели гонцы с призывом всем кто может держать в руках оружие и сидеть в седле – явиться к царю. Несмотря на семь лет войны, таких новобранцев набралось больше двух тысяч и Григорий лично повел их к Эль-Аламейну.

Там произошла битва с двухкратно превосходящими силами Зиридов. Теперь уже нубийцы оказались на месте печенегов и бились насмерть. Григорий личным примером показывал новобранцам как создавалась Нубия и проявлял чудеса мужества и героизма. Берберы (воевавшие по старинке, на верблюдах) были разбиты в пух и прах. Не желая отдавать инициативу врагу – царь догнал отступавших в Катаре, нанес им второе поражение и тут же осадил город. В войне наступал перелом и в октябре Мальорка сочла за лучшее выйти из нее на условиях статус-кво. Мирное предложение было принято, теперь оставались только Зириды, которые бежали куда-то в ливийские пустыни.
На волне воодушевления Каттару взяли моментально и новый 1094 год встретили уже в глубине киренаикских владений – продолжая погоню за отступающим королем Зиридов.

Экономика страны была в полной разрухе. Денег не было уже давно, все мужское население воевало, земли Валахии и Молдавии еще не пришли в норму после войны. Все это настолько расстраивало управляющего Абдуллу, что путь от стресса до сумашествия занял у него ровно три недели. Проклятая была эта должность – управляющего Нубии. Уже второй человек сходил с ума на ней. Впрочем, Абдулла оказался тихим сумашедшим – его безумство никак не отразилось на способностях считать деньги и выбивать долги! Заложенные в детстве хозяйственные умения (16) царского сына даже из-за болезни не сильно сказались на управлении казной, да и желающих стать очередным психом не было. Абдулла был оставлен присматривать за казной и поход на запад продолжался.

Узнав о проблемах с армией и желая хоть как-то помочь православному царю – отряд болгарских наемников добрался до Судана и изъявил желание послужить на благо царю и Отечеству, за малую мзду. Болгары – не варяги, рассудил Григорий, наемников на службу взял и приказал догонять основную армию, стоявшую уже у стен Махдии.

Южный Тунис был оккупирован Нубией в середине лета 1094 года. Гонка по пустыне продолжалась, мириться Зириды никак не хотели. Решив, что осада берберской столицы, Туниса, может затянуться – царь повел войска в обход ее и решил сначала взять Бизерту. Взять-то ее взяли, да только Зириды снова перехитрили Григория. Пока он гнал их через Ливию, пока осаждал Махдию и Бизерту – они успели собрать новую армию и морем отправиться в Эль-Аламейн. Это был удар. Аламейн пал спустя две недели после Бизерты. Оба государства оказались в состоянии «пата». Войско Нубии стояло в Тунисе, войско Туниса в Нубии – встретиться враги никак не могли.

Следующей целью берберов должна была стать Катара и Григорий вернул ее Кариме, которая как раз лишилась графского титула. Еще одна дочь, Фарида получила Бизерту. Григорий пытался очередной раз «диверсифицировать» владения и надеялся что сможет таким образом уберечь эти земли от вторжения. Не тут то было. Зириды тут же обьявили войну Фариде и пока Григорий уводил войска берегом обратно в Нубию, осадили Бизерту.

После того как весной 1095 года сначала нубийцы проиграли очередное сражение в Тунисе, а потом потеряли Бизерту, царь решил распустить остатки войск. Идти обратно берегом не было никакой возможности, бедуинам пришлось самостоятельно, небольшими группками и за свой счет пробираться на родину морем. Одна зиридская армия стояла у Махдии (и она должна была пасть со дня на день), вторая потерялась где-то в фатимидском Египте и могла появиться в Судане в любой момент.

Сразу после взятия Бизерты и потери Эль-Аламейна, Григорий решил подключить к войне население свежих владений в Валахии. Шесть вчерашних печенегских провинций смогли мобилизовать полторы тысячи человек и к июлю эта армия достигла Дельты. Это было как нельзя вовремя.

Вы еще не забыли многострадального сына Аль-Мустансира – Абу-Мансура ? Бывшего эмира Саркии, бвышего эмира Пелузия, еретика и бунтовщика ? Ему уже исполнилось 50 лет, а он все не унимался. К моменту нашего повествования он правил эмиратом Мансура, как раз рядом с утраченными им Саркией и Пелузием. Фатимиды все еще воевали с Сельджуками, Нубия с Зиридами – и Аль-Мансур решил, что на его очередную самостийную выходку посмотрят сквозь пальцы и отделился. Отец и правда снова закрыл глаза, но не Григорий. - Раз уж мы потеряли Эль-Аламейн, то это можно наверстать за счет Мансуры, – примерно так рассудил царь Нубии и объявил войну.

Даже потеря Махдии (таким образом Нубия утратила все завоевания в Тунисе) не смогла затмить радость от битвы, состоявшейся в канун нового года в Мансуре. Славная была охота – наконец-то Григорий лицом к лицу столкнулся с Аль-Мансуром. До этой встречи счет войн между ними был 2-0 в пользу царя. Третьего поражения Аль-Мансур пережить бы не смог. И он не смог – кинувшись с ятаганом на царский отряд и пав под копытами лошадей.

22 января 1096 года ознаменовалось сразу тремя событиями. С утра Нубия радовалась взятию Мансуры, днем буднично восприняла новость о том, что Зириды объявили войну графству Эль-Ариш (это ничего не меняло в глобальном смысле – Мурад Абдулла по-прежнему был вассалом Григория), а вечером впала в траур. Дочь царя – графиня Карима умерла от болезни, не выдержав напряжения последних лет, когда ее владения становились полем битвы и были оккупированы арабами.

Григорий пообещал жестоко отомстить Зиридам и гарантировал, что не пройдет и года – как он вернет Эль-Аламейн и Каттару. Весь 1096 год прошел в непрерывных стычках и сражениях по всей территории Египта. Отряды перебрасывались с места на место, нападали на тунисцев то здесь, то там – пытаясь загнать их в кольцо. Постепенно Зириды начали уступать, заключая мирные договора с вассалами Григория – Саркией и Эль-Аришем.

Григорий сдержал слово почти в точности. Катара была освобождена в феврале 1097, Эль-Аламейн в апреле. Обе провинции были пожалованы дочке Фариде, бывшей графине Бизерты и Махдии. И вновь Григорий гнался за берберами по ливийской пустыне, но на этот раз он решил не упустить их. 20 апреля 1097 в Тобруке состоялась главная битва этой войны – на поле боя сошлись оба титулованных монарха. Молодой Ради ибн Зири ничего не смог противопоставить опытному воину Григорию и армия Туниса была развеяна по пустыне. Только ранение сына Бараката, тайного советника, омрачало радость победы.
Нубия получила передышку в войне. Зиридские вассалы тоже устали от войны и летом шейх Бизерты заплатил небольшую дань и помирился с Нубией.

Война перешла в стадию, когда ни один из противников не обладал армией для нее – все копили силы и ждали. Почти пять лет сражений не принесли врагам территориальных потерь и приобретений. Нубия теряла Каттару и Эль-Аламейн, захватывала Махдию и Бизерту, а потом все возвращалось обратно.

Можно было заняться разгребанием накопившихся внутренних проблем. Для начала Григорий устроил свадьбу наследника Хакама на дочери графа Низовья Дона, Екатерине. Затем брачными узами был связан вдовец маршал Мурад. Его предыдущая жена дала ему троих детей, но скончалась несколько месяцев назад от неизвестной болезни. Новая супруга сына царя была родом из византийского княжества Этолия.
Следующим, что требовало внимания – это отправка послов к новому Папе Римскому. Теодорик, бывший епископ Пармы, теперь возглавлял католическую церковь и собирался вдохнуть новую жизнь в заглохший Крестовый Поход. Теодорик пытался склонить к походу короля Франции и Григорию было необходимо, чтобы Франция не спешила в Палестину, пока Нубия не закончила свои дела с Зиридами.

Начало 1098 года стало одним сплошным «Днем сурка». Казалось, что история ходит зациклившись по кругу. – Может проклял нас кто? - Григорий уже не знал как еще объяснить то, что 30 января Эмират Мальорка снова объявил войну Нубии, а месяц спустя к ней (к войне) присоединилась Киренаика. Мальорка снова хотела Эль-Ариш, ливийцы Эль-Аламейн и Каттару. Зириды где-то затаились и хотели непонятно чего, по-прежнему отказываясь мириться.
Для полного суркового счастья не хватало печенегов и какого-нибудь отколовшегося от Фатимидов эмирата.
С печенегами явно ничего подобного бы уже не срослось – там произошло весьма запутанное дело. Как мы помним, Григорий не стал добивать их и оставил им провинцию Турну. Пока Нубия воевала с Зиридами – печенеги от поражения оправились, накопили силы и вновь сцепились с Византией. Только на этот раз Константинополь брать они не стали. Вместо этого они вторглись в Малую Азию и попытались закрепиться на землях Никейского Княжества. Ну и закрепились ! Вождь печенегов стал князем Никеи и тут же присягнул на верность Византийскому Императору.
Язычники добровольно вошли в состав Империи ! Мнения по этому поводу разделились. Кто-то видел в этом демонстрацию Силы Божьей и правоту православия перед другими религиями, кто-то напротив обвинял Императора в том, что он отступил от веры и дает убежище нехристям, до сих пор поклоняющихся деревьям.

А вот с отколовшимся эмиратом все случилось как надо. Хотя это был не эмир, а так – всего лишь шейх, но по своим размерам провинция Фарама ничуть не уступала предшественникам – Саркии, Пелузию или Эль-Аришу с Синаем.

2 марта 1080 года Григорий направил армию в западную часть Синайского полуострова, где находилось мятежная территория. Как стало понятно чуть позже – именно это действие и явное наличие у Нубии армии помогло убедить соседей-врагов в том, что бедуины еще готовы портить кровь противникам.

Зириды наконец-то соблазнились предложенными Григорием отступными – почти 500 монет ! Отдавать такую сумму не хотелось, но деваться было некуда – мир был нужен. Мирную инициативу с радостью подхватили Киренаика и Мальорка – согласившись вернуться к статусу-кво. В лето 1098 Нубия вступала всего с одним врагом. Фактически, двенадцать лет непрерывных войн (с осады Константинополя) подошли к концу – принеся Нубии шесть земель в Валахии и Молдавии, Эль-Ариш, Синай и Мансуру в Египте. Территориальных потерь не было.

Правда, вскоре стала ясна настойчивость Мальорки в Эль-Аришском вопросе. Вместо погибшего в последней войне Мурада Абдуллы графом Эль-Ариш и Синай стал четырехлетний сын шейха Альмансы, входящей в эмират Мальорка. Соответственно, после смертри шейха – Альманса могла достаться ему лично и Нубии опосредованно.

До конца года все было спокойно. Даже октябрьское взятие Фарамы уже не было столь волнующим событием как былые осады. Григорий освободил от должности управляющего сумашедшего Абдуллу и передал казну наследнику Хакаму. Он совсем не желал, чтобы наследник спятил, совсем нет. Просто Хакама надо было готовить к управлению страной. Григорию было уже 59 лет и хотя Бог хранил его от ран и болезней, но жизнь воина полна опасностей и везение могло закончиться в любой момент.

В декабре 1098 Альдерик Капет, король Франции объявил войну эмирату Иерусалим и королевству Фатимидов. Крестовый Поход Part II начинался …

На 1 января 1099 года.
Григорий из Донголы, 59 лет. Король Нубии, князь Асуан, Дамиетта, Молдавия, Валахия.
11 провинций, 4 вассала (у каждого по 2 провинции).
Престиж 359, Благочестие 395. В казне: 47 монет (+19.33 в месяц). 4000 войска.[Исправлено: codelancer, 27.05.2006 20:53]
SnowForum » After Action Reports » Нубия. Пролог. »