dx2 Посадник (9) 1493 сообщения  |
Молодой король привычных уже французских кровей начинал царствование хорошо. Казалось, что у восемнадцатилетнего талантливого монарха для славных свершений впереди целая жизнь. Тем более, что рядом лежала вся Шотландия, не объединенная более единой королевской властью. На неё он и обратил свой взор и, первым делом, присоединил там отлученное церковью графство. Затем, в 1160 состоялось знаменательное событие - признание вассальной зависимости епикопством Osraige - последним независимым владением в Ирландии. Епископом там был сын бывшего короля Шотландии - фанатичный и сумашедший крестоносец. Его безумием, скорее всего, и объясняется факт присоединения. Через год он умер - осознав в редкие минуты просветления - во что его втравили лукавые придворные. Очевидно, что проклятья, которые посылал перед смертью этот потомок шотландского короля достигли цели - почти сразу после этих событий молодой король заболел. Болезнь быстро развилась в пневмонию, а затем, вслед за королем заболело и королевство: слегла пара министров, а в Ирландии разразилась эпидемия тифа. Подданные с тревогой следили за резким падением доходов казны, сворачиванием многочисленных строек. Кое-где, даже, возникли воровские притоны, о которых не было слышно уже почти сто лет. Умер Жеро вскоре после того, как в Шотландии разразилась война, на участие в которой у него уже было ни здоровья, ни средств. Осознание этого факта, видимо, и подорвало окончательно его здоровье и короткое царствование, начинавшееся со столь больших надежд, так печально и скоро завершилось. Мы теперь можем лишь сожалеть о том, что Жеро, превзойдя своего отца во многих талантах, не унаследовал его главного дара - долголетия. Amaury Cynfyn 1130-1192 (1166-1192) А в нашем повествовании пришла пора возвратиться к Амори - сыну Филиппа, о котором мы уже упоминали выше. Именно на его примере мы можем оценить пользу установленных в Уэльсе законов престолонаследия. Поскольку он был лучшим наследником до Жеро - он и остался таковым после его смерти, получив, наконец, свою корону в возрасте 36 лет. За восемь лет правления Жеро он успел излечиться от депресии и вырастить еще одного сына от своей безумной жены. К сожалению, оба его сына не дожили до его восшествия на престол, а жена успела, даже, обагрить руки чьей-то кровью. Не лучший набор для начинающего монарха, но выбирать, увы, не приходилось. В первый же год правления Амори ввязался в продолжавшуюся войну между шотландскими кланами. Одно из графств, замок которого был накануне падения весьма мудро признало Амори сюзереном, в результате чего было спасено подоспевшими войсками королевства. Этого графа тем более можно понять, что четверть двора Уэльса носила его фамилию, а военные таланты этих его родственников давно уже никто не оспаривал - маршалы королевства почти бессменно носили фамилию Atholl. Еще два графства были присоединены военным путем, после чего войны были отложены на будущее по причине извечной дурной репутации. Началось мирное строительство, с которым на первых порах было трудновато - сказывались размеры королевского домена и довольно слабая распорядительность монарха (10). На пятом или шестом году правления произошло знаменательное событие - жители единственной датской провинции королевства (про которую, собственно, все почти забыли), решили, что они теперь французы и, конечно же, католики. Этот странный поворот событий временно обратил взоры двора на восток, где решено было присоединить какую-нибудь языческую провинцию и сделать ее епископством. Собственно, делами папскими в Уэльсе никто не интересовался - где наш Уэльс и где тот Папа. Целью было убедить всех вокруг, что Амори - наихстианнейший король, искренне озабоченный делами веры. Увы, не получилось. Один из многочисленных родственников графского достоинства успел перехватить осаду, чем удвоил размер своего графства. После нескольких лет мирной жизни, в начале 80-х годов было присоединено очередное герцогство в Шотландии. Достаточно заурядная операция была омрачена ранением маршала, подменять которого пришлось лично монарху. Выяснилось, что воевать короли династии Cynfyn, всё же, умеют и даже способны подавать на поле брани личный пример. После короткой войны продолжилось мирное развитие, за время которого признал вассальную зависимость давний противник королевства - род ирландских герцогов, сохранивший за собой один из островов на севере Шотландии. Затем произошло и вовсе славное событие - заболела и упокоилась с миром сумашедшая жена короля. Тут же, в начале 1185 года ей была найдена замена среди озорных валлийских девчонок. Сын, родившийся только через два года и, первым делом, ухватившийся за кружевную французскую пеленку крайне обрадовал не только короля, но и всех окопавшихся при дворе бездельников одноименной крови. Как ни печально, но на этом королевские радости закончились - вскоре король заболел и уже больной лично отправился завоевывать Мальту. Во время плавания он впал в мрачное настроение духа, которое не покинуло его до самой смерти. По возвращении на родную землю болезни только усилились и в апреле 1192 года Амори завершил свой земной путь и был канонизирован, что признали справедливым даже его враги - в самом деле - только истинно праведный человек мог тридцать лет терпеть выходки своей сумашедшей супруги. Louis Cynfyn 1158-1206 (1192-1206) Описывая славные деяния Амори, мы обошли вниманием традиционно сложный для Уэльса вопрос престолонаследия. Существовавшие на тот момент негласные правила предписывали чередовать на троне потомков двух сыновей основоположника династии Блетина: Хьюго и Карла, бывших вторым и третьим королями Уэльса. Полностью в соответвествии с этими правилами был выбран и новый наследник - королем стал внук Карла и старший сын Жеро - несчастного предшественника Амори. Избалованный и страдающий заиканием 33-хлетний монарх не обладал никакими особыми достоинствами, за исключением нетипично высокого для королей династии Cynfyn воинского мастерства. Управленческие его таланты были сходны с таковыми у Амори(10), что постоянно давало старожилам повод с грустью вспоминать времена сорокалетней давности, когда в правление Филиппа золото лилось рекой. Дипломатическими талантами молодой король тоже не блистал. Мало того, и его двор, как на подбор, состоял из отменных забияк и интриганов, разбавленных небольшим количеством толковых управленцев, но был лишен малейших признаков дипломатичности. Когда на восьмой год правления умер канцлер, назначенный ещё Амори, оказалось, что заменить его может лишь 76-летняя бабушка, которая успешно этим и занималась целых четыре года. Тем забавнее отметить, что вся эта придворная орда во главе с самим королем была вынуждена проводить наиболее мирную политику за всю историю королевства. Все первые годы правления основной заботой Луи были не героические походы, а лояльность собственных вассалов, которые упорно не хотели признавать за ним гениальных достоинств, в наличии которых его убеждали в детстве. На десятый год царствования Луи не выдержал и запил, что немедленно сказалось на качестве управления. Улучив момент, некие мудрые люди, заставили короля передать часть земель своему старшему сыну Henry, чтобы хоть как-то исправить положение. Тот был еще меньшим подарком, чем Луи, но другого кандидата у "французской" партии на тот момент не было. Впрочем, как уже не раз случалось в нашем повествовании - первый выбор наследника не стал окончательным. Он был изменен как только достиг совершеннолетия старший сын Амори - Евстахий. Евстахий, по всей видимости, был ответом на сетования стариков о славных временах его деда Филиппа. Он полностью унаследовал от него гениальный талант администратора(14), что не могло не радовать всех без исключения жителей королевства. Стоит сказать, что изменения в лучшую сторону стали заметны уже после того, как передав Евстахию значительные владения в Шотландии Луи сильно облегчил себе труд по управлению королевским доменом. Это, однако, лишь усилило у короля жажду подвигов, удовлетворить которую никак не получалось. Впрочем, к 1204 году ему удалось присоединить целых три графства в Шотландии. Одно из признавших его сюзереном графств было на редкость захолустным и отсталым, второе нашло у него спасение от амбиций его же собственного сына Генри, ну, а третее пришлось просто завоевать. К сожалению, этого было мало для титула короля Шотландии, а вассалы, тем временем, вновь начинали роптать. И тогда Луи бросил все опасения и расчеты и, сломя голову, ринулся бой. Оказалось, что биться, на самом деле, надо было всего с одним герцогством на севере Шотландии. Король и его наследник быстро его разгромили и (история сохранила для нас эту дату!) 2 мая 1206 года собравшиеся вассалы торжественно объявили Луи новым Королем Шотландии. Хроники отмечают, что он был почти счастлив и абсолютно трезв в этот день. Прожил он после него ровно три месяца. Eustache Cynfyn 1187-1255 (1206-1255) Новый король, вступивший на престол в столь молодом возрасте будто бы оправдывал все надежды королевства на спокойную и богатую жизнь. Своими недюжинными способностями он, как и его дед в свое время, сразу удвоил доход от королевского домена. Радовали подданных и два сына, которых молодая королева уже успела произвести на свет - они давали надежду обойтись без вечной чехарды с выбором наследника. Король, которому все столь были рады, принялся оправдывать возлагаемые надежды. За первые два года им были присоединены оставшиеся шотландские провинции. Закончив с ними (сохранилось лишь одно графство, невесть как ставшее частью королевства польского), Евстахий решил зарекомендовать себя монархом праведным и приверженным вере Христовой. Для этой цели был выбран эмират Танжер, имевший малое число слабых союзников. Война не сразу получилась удачной и Евстахий едва успел снять осаду с Канарских островов. Как только дело наладилось, он проявил нетипичное для династии Cynfyn коварство - принял огромную контрибуцию, предложенную эмиратом и немедленно возобновил войну против него. Хотя, дело и шло о негодных нехристях, расплатой за подобный поступок стало ранение, полученное на поле боя в Танжере. Крепость, все же, была взята и для исправления заблудших душ в Танжере был посажен епископ. Ранение, очевидно, произвело тяжелое впечатление на Евстахия и после шести лет завоевательной политики он перешел к миру, тем более, что казна была полна как никогда, а сам он имел заметный авторитет - и светский и духовный. Последующие несколько лет королевство было занято массовым строительством отличных дорог и всего прочего, что можно было построить, не имея ограничений в золоте. Единственное, чего при этом традиционно избегали - давать приют позорному племени ростовщиков. А пока в Уэльсе царил столь благодатный мир, на континенте полыхала война. Евстахию по десять раз на дню приходилось отклонять просьбы о помощи со стороны своего союзника - Императора Германского. Этот трусливый и бестолковый воин сумел каким-то образом прослыть едва ли не Антихристом и с начала 1210-х годов империя начала рассыпаться. Это было тем печальней для христианского мира, что из сильных королевств сохранились лишь Франция и Польша. Чуть слабее была Англия, до которой Уэльс, по причине суровости и неплодородности земель своих, тоже не дотягивал. Cлабей Уэльса, в свою очередь, были Венгрия, Хорватия, Богемия и Швеция. Все прочие христианские королевства уже рассыпались под ударами соседей и негодных нехристей. И даже ромейские схизматики по непонятным причинам умудрились уступить свой Константинополь сельджукам, хотя и оставались грозной силой - равной им в была только Франция. Согласно легенде, дошедшей до наших времен - именно за размышлениями о судьбе христианского мира Евстахий уснул - и сон, приснившийся ему, был ужасен. Звался тот сон "Мечетью Парижской Богоматери" и рассказывала его славянская женщина из далеких восточных земель. Проснувшись в холодном поту, Евстахий, после некоторых раздумий, решил принять деятельное участие в борьбе за веру Христову и отправился на освобождение Испании. За последующие четыре года к королевству был присоединен добрый десяток испанских провинций, однако стоили эти заботы королю воспаления старой раны. Как ни печально задумываться о смерти в 35 лет, но Евстахию пришлось этим озаботиться. Благо что детей у него было на тот момент - двенадцать (включая двоих прижитых на стороне), а пятеро старших сыновей от законной супруги из французской королевской семьи поголовно блистали невиданными ранее в династии талантами. Заболевший король был вынужден остановить свой завоевательный порыв и ещё по одной причине - на востоке Европы появилась тьма из далеких степей Азии. Несметные орды ринулись разорять все доступные им земли. Впрочем, по прошествии пяти лет выяснилось, что угроза эта была заметно преувеличена и кочевники завязли в бесконечных войнах на востоке. Тогда Евстахий, удачно воспользовавшись междоусобными распрями эмиров, вернулся к реконкисте. На этот раз, с его легкой руки, в неё включились Франция и Германия. И если последней ничего толкового добиться не удалось, то французский Тьери Капет сумел присоединить к своей державе побережье Арагона. Но к концу этой шестилетней войны он умер и бездарные советники втравили его десятилетнего наследника в войну со всей оставшейся арабской половиной пиренейского полуострова. Евстахий благоразумно отказался его поддержать - основная тяжесть войны с 60-тысячной армией противника легла бы на Уэльс. Однако, совсем оставлять своего юного христианского собрата без помощи он не собирался и выступил год спустя - подятнув резервы и подождав, пока противники заметно друг друга ослабят. Несмотря на это, война стала тяжелым испытанием для королевства. Действия шли с переменным успехом. В сентябре 1235 года соединенные войска Уэльса и Франции потерпели сокрушительное поражение в битве при Ллейде. В один день Уэльс потерял 10 тысяч славных воинов. Однако, уже 5 января 1236 года Евстахий был провозглашен Королем Леона и Португалии, а концу года он получил от папы благословение, как Крестоносец. Последующие полтора года таких забот совсем пошатнули здоровье короля и он вынужден был передать значительное число провинций под управление трём своим старшим сыновьям, каждый из которых, впрочем, был достоен целого королевства. Но несмотря на трудности войны и заметное опустошение казны многотысячными войсками наемников, армии Уэльса постепенно продвигались на юг и восток и 15 августа 1238 года больной и усталый пятидесятилетний Евстахий принял титул Короля Кастилии. Этот день был, пожалуй, одним из последних светлых моментов этого царствования. Уже в конце 30-х годов многие замечать странности в поведении короля, которые год от года всё увеличивались. Растущие мрачность и подозрительность вскоре начали приносить свои тяжкие плоды и за последующие годы свою жизнь окончили на плахе изрядное количество придворных и вассалов. Глядя из нашего времени, мы понимаем, что такой поворот в образе мыслей монарха - нередкое явление в истории. Не всякий великий правитель выдерживает бремя тяжких забот и великой славы. Но жителям королевства в ту пору было не до размышлений. Супруга короля умерла, не вытерпев и пары лет такой жизни. В страхе попасть под горячую отцовскую руку пара младших сыновей черезмерно увлеклась вином и, даже, в коренных валлийских провинциях регулярно вспыхивали бунты. Усугублявшая это положение война закончилась только к 1247 году. Несмотря на безумие короля, абсолютно неэффективное управление огромным королевским доменом и постоянную нехватку войск - к Уэльсу всё-таки удалось присоединить четыре пятых Пиренейского полуострова. После двадцати лет непрерывных сражений, наконец, настал мир. И, хотя, невероятное казнокрадство по прежнему будоражило страну, а король, заболевший постепенно всеми возможными болезнями, стал совершенно беспомощен - экономика развивалась, население росло, повсеместно строились самые современные для того времени замки, шахты и манофактуры. Королевство жило само по себе, оставив своему монарху лишь забавы с молодой женой от которой он умудрился прижить ещё восемь детей в дополнение к шестнадцати уже имеющимся. Свою знаменитую святость Евстахий растерял столь же быстро, сколь и приобрел и от конфликтов с Римом спасало только то, что в последние шесть лет его жизни непосредственное влияние на выборы папы оказывал старший сын и наследник Карл. И, лишь, величайший во всей Европе авторитет первого истинного крестоносца и покорителя Испании был с ним со самого конца его почти полувекового правления. Умер он 16 ноября 1255 года и был немедленно и совершенно заслуженно (что бы не говорили теперь отдельные историки) канонизирован. Charles II Cynfyn 1205- (1255- ) Вхождением на престол Карла II окончилась почти двухсотлетняя традиция чередования на троне потомков двух сыновей Блетина: Хьюго и Карла I. И вызвано это было даже не выдающимся хозяйственным гением трёх первых сыновей Евстахия, а вырождением и почти полным прекращением линии Карла. Из всех потомков не только Луи, но и его отца Жеро, правившего за сто лет до этого, остались только двое - отец и сын - и обоим невозможно было доверить даже и королевских конюшен. Впрочем, нельзя сказать, что трон достался Карлу легко и не по праву - вступил он на него в 50-тилетнем возрасте и целых пятнадцать лет перед этим вынужден был сглаживать, а затем и покрывать выходки своего отца. Образованный монарх, объехавший в молодости со своим младшим братом всю Европу (Евстахий не пожалел денег на это), Карл принес стране не только традиционное уже удвоение доходов казны, но и долгожданный всеми период спокойствия. На начале его царствования мы и заканчиваем наше короткое повествование.[Исправлено: dx2, 01.05.2006 14:47] |
