| Avar AAR-мастер  Nizhny Novgorod Banneret (10) 2560 сообщений  |
Итак, 01.01.1555 на престол взошёл Едигер хан. Первые три года правления молодого хана были посвящены решению внешних задач, намеченных ещё его отцом. В марте 1555 года произошло значительное улучшение отношений с повелителем Адена (+75 пунктов – прим. автора), в начале декабря 1555 года было подписано торговое соглашение с турецким султаном. Январь 1557 года запомнился подданным двумя династическими браками с правящими домами Атжея и Гуджарата. 20.02.1557 из-за высокого престижа флота эскадру в Персидском заливе пополнили 5 боевых кораблей. 06.01.1558 Едигер хан назначил превосходного советника – моего предка Муртазу Девлетима, известного своими знаниями и учёностью. Основной целью назначения было выполнение старого плана о вассализации узбекского ханства. Интересно, что в день назначения был заключён династический брак с союзным Чагатайским ханством, и мой предок, помимо нового почётного назначения получил ещё и жену, бывшую близкой родственницей правителя Чагатая. Скажу без ложной скромности, что подношение узбекскому двору, направленное в том же январе на следующей неделе, сделало отношения двух союзных держав самыми дружескими и доверительными. Уже было подготовлено письмо к узбекскому хану с предложением вассализации, но 09.02.1558 Китай объявил войну Чагатайскому ханству. Союзники выступили на помощь, поэтому планы дипломатического расширения территорий пришлось отложить на будущее. Было введено полное содержание войск, большой (около 12000 копий и сабель) отряд отправился на восток. Пока войска двигались через земли союзников, в конце осени началось недовольство среди ремесленников. Едигер хан снизил пошлины, что обошлось казне в 100 золотых, однако даровало некоторые личные свободы. В начале 1559 наши войска освободили беззащитный Линьси, ранее захваченный китайскими войсками, после чего перед союзниками встал вопрос: атаковать китайскую армию, осаждавшую Цицикар, или освобождать другую приграничную провинцию, занятую китайцами. После военного совета сибирские войска двинулись на восток и осадили захваченную крепость, а союзники атаковали китайскую армию у стен Цицикара, но неудачно. В Самарканде было начато формирование подкреплений. В начале весны китайский флот вновь блокировал Ормуз и высадил десант, который наша южная армия разбила в тяжёлом сражении. Остатки китайского десанта отошли в Меркан, после чего начали рейд по нашим провинциям, разграбив Афганистан, Деште Лут, Керман, Семнан и Фарс. Армия пыталась догнать врага, но неудачно. В середине августа 1559 года знать обратилась к Едигер хану с требованием повысить жалование. Понимая, что отказ может иметь тяжёлые последствия во время войны, Едигер хан согласился раздать 200 золотых, для чего пришлось взять заём. На востоке осада постепенно продвигалась, а подошедшие в ноябре подкрепления из Самарканда и отряд союзной узбекской пехоты помогли союзникам разбить 10-тысячный китайский отряд, пытавшийся снять осаду. В начале 1560 года было начато формирование подкреплений в Самарканде и Герате. В феврале крепость на границе с Китаем пала; основная часть войск направилась в Линьси, а небольшой кавалерийский отряд двинулся на захват беззащитных Верховьев Хуанхэ. Однако в начале марта пал Цицикар и китайская армия также двинулась в Линьси. Подкрепления из Герата направились в Самарканд, где завершалось формирование кавалерии. В двухнедельном сражении с китайскими войсками союзники потерпели поражение и отступили. Китайцы, вновь захватив Линьси, двинулись на восток, осаждать отобранную нами приграничную крепость. Лето 1560 года было на редкость неудачным: сначала небольшой китайский десант захватил Бахрейн, потом, в конце июля, духовенство стало выражать своё недовольство, требуя больше внимания уделить религиозным вопросам и грозя Едигеру в случае отказа «карами небесными» и падением стабильности. Неизвестно, чего больше боялся хан, но факт тот, что он согласился с требованиями. А в августе китайской армией был уничтожен наш отряд в Верховьях Хуанхэ. Предстояло всё начинать сначала. В ноябре 1560 произошло два события, серьёзно осложнивших внешнеполитическую ситуацию Себер Хангылы. Сначала в России произошло событие «Российские завоевания в степях», создавшее угрозу нашей северо-западной границе, а 23.11.1560 Грузия напала на наше государство. Едигер хан был вынужден призвать союзников, поскольку в тот момент не имел войск в Астрахани. Все союзники пришли нам на помощь. В середине января 1561 года провалилась попытка обращения еретиков в столице и окрестностях. Перед армией, которая формировалась на Урале, была поставлена новая задача – рассеять язычников. В тоже время узбекско-казахская армия смогла в самом начале февраля разбить грузин у стен Астрахани. В начале февраля Китай предложил нашему государству сепаратный мир с выплатой дани в 39 золотых, но получил отказ, поскольку союзники нуждались в нашей помощи. Попытка союзников атаковать грузин на их территории была неудачной. Новая армия в начале апреля была направлена в провинцию Троицкая, где вот-вот должно было завершиться обращение еретиков. Шла подготовка к десанту в Бахрейн для изгнания китайских милитаристов. В начале мая 1561 года при дворе произошёл скандал, повлёкший серьёзное ухудшение отношений с Россией и поставивший наши державы на грань войны. Скандал был вызван действиями российского посланника, тайно поддерживавшего язычников. 01.06.1561 в Троицкой восстали язычники и перечеркнули многолетние труды имамов по насаждению истинной веры. К счастью, армия быстро рассеяла бунтовщиков, после чего двинулась в Тавду очищать подступы столицы от воинственных язычников. На востоке ситуация оставалась напряжённой вследствие численного перевеса китайской армии. На юге был подготовлен десант в Бахрейн. 12.07.1561 царь грузинский предложил мир и 29 золотых дани. Желая развязать руки на западе, Едигер согласился и подписал мирный договор. Армия, разбившая язычников у стен столицы, в начале августа начала поход на восточный театр военных действий. В самом начале сентября десант сибирских войск очистил Бахрейн. В феврале 1562 года Едигер хан устроил династический брак с Занжем, позволивший не только улучшить отношения двух мусульманских держав, но и успешно обменяться картами. Наши мудрецы получили карты 50-ти ранее неведомых регионов, большей частью морских. В конце февраля вновь рейдом наших войск были захвачены верховья Хуанхэ. 05.03.1562 был подписан китайско-чагатайский мирный договор, по которому союзники получили из китайской казны 63 золотых в качестве репараций. Сибирские войска внесли решающий вклад в победу над врагом, подтвердив свою ведущую роль в союзе. Армия, как раз дошедшая до Самарканда, осталась там «на всякий случай»; войска с восточной границы двинулись назад. Некоторое опасение вызвало решение Грузии стать вассалом России. Последующие два года были успешны для Едигера и нашего государства. Окончание войны способствовало оживлению торговли и внутренней жизни. В июне 1562 жажда торговли охватила уважаемых купцов нашего государства. Благодаря анализу итогов прошедшей войны 01.10.1562 был достигнут четвертый уровень военных технологий, что не только усилило нашу армию, но и позволило приблизиться к открытию огнестрельного оружия. Зима 1562-63 годов отмечена в истории династическим браком с Аденом, отправкой имама с целью обращать еретиков и язычников в окрестностях столицы, а также заключением торгового соглашения с королём Испании, желавшим развивать «торговлю с Востоком». Но самое важное произошло позднее. 11.04.1563 к Едигеру обратился славный воин Туггурт, пожелавший стать первопроходцем и «расширить пределы государства и нести свет Корана неведомым народам». Общее оживление после войны способствовало появлению трёх отрядов колонистов. Правда, Туггурт ждал приказов в Фарсе, очевидно надеясь на морское путешествие, однако Едигер счёл более важным исследование северо-восточных земель, для чего Туггурт был направлен в Кустанай. В начале сентября был открыт Ишим, а 30.10.1563 Туггурт прибыл в Васюганье. Злобные и невежественные язычники напали на него. Перед лицом значительного превосходства врага Туггурт был вынужден отступить. Узнав об этом, Едигер принял решение сформировать экспедиционный корпус и в дальнейшем действовать против язычников силой. Очевидно, что заботы несколько отвлекли Едигера от управления. Поэтому 07.02.1564 он был весьма удивлён, узнав о своеволии знати и неисполнении указов, снижавших централизацию управления. Едигер был разгневан. Уже через неделю была проведена централизация властных полномочий, вернувшая ситуацию в управлении на прежний уровень. Необходимо отметить, что отставки и опала некоторых чиновников, позволивших своеволие, привели к некоторой дестабилизации обстановки. Показав свою власть, Едигер вновь сосредоточился на расширении границ. 14.06.1564 была открыта провинция Конда, местные племена, напавшие на отряд Туггурта, через неделю были полностью вырезаны. В конце сентября была открыта провинция Сосьва, туземцы были вырезаны, а Туггурт отправился в Тавду на зимние квартиры (и для пополнения своего отряда). 27.12.1564 Едигер хан назначил превосходного советника, которому было поручено готовить некие дипломатические действия с союзным узбекским ханством. Уже 01.01.1565 персональное подношение, направленное к узбекскому двору, сделало отношения двух держав самыми дружественными и тёплыми. Ещё крепче два двора оказались связаны благодаря династическому браку, заключённому в середине апреля. Наконец, воплотилась мечта многих сибирских ханов. 29.05.1565 в Кашлыке было заключено соглашение о признании Узбекским ханством вассальной зависимости от Себер Хангылы. Эта славная дипломатическая победа украсила правление Едигера и вошла в анналы истории. В последствие, в начале октября, был заключён династический брак с союзной Казахской ордой, ещё более укрепивший союз четырёх держав. Между тем, пока шли переговоры, Туггурт открыл провинцию Тобольск, а в начале августа была закончена зачистка провинции Берёзов. Следующий год не был удачным для нашего государства. В начале февраля 1566 года Едигер принял прошение о восстановлении справедливости, что, конечно, способствовало ещё большей централизации власти, однако привела к значительному падению внутренней стабильности. Пришлось все усилия сосредоточить на успокоении умов, ибо внутренними неурядицами могли воспользоваться как внешние враги, так и заклятые друзья. Кроме того, для наших войск оказалось неудачным сражение с язычниками в провинции Остяки. Туггурт с трудом увёл половину войск, подвергшихся нападению местных племён. В Кашлыке ждали возвращения его отряда и формировали подкрепления. Следующий год также был непростым для сибирской дипломатии. Удачные династические браки с Марокко и Виджаянагаром сменились ухудшением отношений с Россией вследствие скандала при дворе, а в конце ноября шайтан испортил отношения между кашлыкским двором и союзными казахами. Отношения были испорчены столь серьёзно, что Едигер вполне серьёзно считал этот случаем поводом для войны до самой своей смерти. Гораздо больших успехов достигли наши предки в деле открытия новых земель. В июне была открыта провинция Кондинск, в конце сентября Салехард (сибирская армия разгромила местные племена, вздумавшие атаковать наши войска на оленьих упряжках), а в ноябре карающий меч Туггурта настиг остяков. Так Туггурт отомстил за поражение, понесённое в прошлом году. В начале 1568 года была открыта провинция Сургут, в конце апреля – Юган, а в ноябре – провинция Тара. Завершив исследование северных земель, Туггурт направился домой, в Кашлык. В настоящее время сложно сказать, что послужило причиной умопомешательства Едигера, настигшее его 25.12.1568: то ли «головокружение от успехов», то ли плохая наследственность со стороны бабушки. Как бы там не было, через неделю он был признан неспособным к управлению и смещён с престола. Новым «ханом Сибирским, Астраханским, Уральским, Персидским, Афганским и прочая…» стал Кучум, утверждённый в своих правах курултаем от 01.01.1569. Едигер, под присмотром доверенных имамов и в сопровождении отряда нукеров, отправился в хадж в Мекку, где, как надеялись придворные, он мог исцелиться. Впоследствии стало известно, что отряд и Едигер погибли на обратном пути, попав в мощную песчаную бурю на Аравийском полуострове. Первым делом Кучум постарался укрепить отношения с вассалом, для чего узбекскому хану было направлено скромное подношение. Тем самым были подтверждены дружеские отношения союзников. В начале правления Кучума происходит значительное продвижение нашего государства в глубь Западной Сибири. Так, в апреле 1569 был открыт Экибастуз, в августе – Павлодар, а в ноябре – провинция Омск. Также хану Кучуму сопутствовал дипломатический успех: в августе 1569 был заключён династический брак с Малаккой, а 14.03.1570 была подтверждена добрая репутация нашего государства, что не только привело к снижению ББ, но и улучшило отношения с союзными Казахами и Узбеками, а также враждебными Ак Коюнлу и Халифатом. Весной 1570, после пополнения своего отряда, Гуггурт двинулся дальше на восток, благодаря чему в начале июля был открыт и описан Алтай, а 01.09.1570 – Кемерово (провинция была названа в честь Кемер Али - юного адъютанта Туггурта, делившего с нашим славным первопроходцем все трудности походов). В общем, мирное проникновение продолжалось, как вдруг 05.09.1570 Китай, совместно с Тибетом и Хайдарабадом, объявил войну союзному нам Чагатайскому ханству. Все союзники вступили в войну, стремясь дать отпор китайским агрессорам. Пока отряд сибирских войск двигался из Самарканда на восток, Туггурт в начале ноября открыл Хакассию. 12.01.1571 успехом завершилось обращение язычников в истинную веру. В окрестностях столицы были разрушены вся языческие капища, жрецы культов либо утоплены, либо приняли истинную веру. Теперь, когда ислам восторжествовал в столице, Кучум направил имамов для обращения язычников в провинциях Тюмень и Троицкая. Туггурт медленно продвигался по зимней тайге, однако его труды не пропали даром: в конце января был открыт Красноярск, а в середине марта – Артёмовск. Сибирские же войска, прибывшие на восток, столкнулись с дезорганизацией в рядах союзников: попытки атаки врага мелкими группами проваливались, китайцы довольно успешно осаждали Цинхай. В середине апреля политика хана Кучума почему-то показалась подданным неверной. В результате, были потери в исследованиях торговли и инфраструктуры, что привело к некоторому снижению стабильности. И даже открытие Тайшета в середине мая не очень обрадовало подданных. Война завершилась 30.08.1571 когда Чагатайское ханство выплатило Китаю 30 золотых и уступило Цинхай. Союзники были недовольны друг другом, но Кучум благоразумно считал, что проливать кровь верных нукеров в восточных степях и пустынях – занятие затратное и, главное, невыгодное. Следующие четыре года были спокойными и плодотворными для нашего государства. Туггурт, выступив в начале марта 1572 года из Кустаная, добыл знания о Западном Саяне, Туве, Восточном Саяне, Нижнеудинске и Хубсугуле, где и окончил свой земной путь холодным апрелем 1575 года. За эти годы по государству прокатилась война мракобесия (слава Аллаху, недавно обращённые язычники и шииты не восставали) и произошло обострение отношений с халифом багдадским. Кроме того, в апреле 1573 года влиятельное семейство просило помощи у Кучума и получила из казны целых 75 золотых. 09.03.1575 хан Кучум подписал фирман, увеличивающий приоритет армии над флотом, что привело к некоторому снижению стабильности – подданные шептались, что «флот нонче не в почёте – тащи оттуда, что можешь»… Вообще говоря, год 1575 выдался беспокойным, и не только из-за фирмана Кучума и смерти Туггурта. В начале мая начался бунт в провинции Урал, что не могло не обеспокоить кашлыкский двор. Пока Кучум вникал в причины бунта, 07.08.1575 разразился скандал при дворе, радикально ухудшивший отношения нашего государства с союзным Чагатайским ханством. Причины дипломатического кризиса до сих пор неизвестны. В пику Чагатаю, в конце августа к узбекскому двору было направлено скромное подношение для укрепления отношений союзных держав. Самым напряжённым оказался конец года. В Кашлык прибыло известие, что царь всех грузин просил царя всея Руси принять его, его подданных и земли в своё владение. Русские историки утверждают, что Грузия попросилась сама, однако, как мы можем подозревать, инициатива с присоединением исходила именно из Московского кремля с его явно болезненным стремлением объединения православных земель под одним скипетром. В результате, на наших северо-западных границах возросла потенциальная угроза. Кучум не долго искал адекватный ответ. Ко двору узбекского хана было направлено посольство. 01.01.1576 произошло одно из самых важных событий нашей истории. Узбекское ханство добровольно согласилось войти в состав Себер Хангылы. Неизвестно, что пили во время встречи узбекский хан и наш посол, однако наутро, когда Узбекское ханство навсегда исчезло с лица нашей планеты, теперь уже бывший хан пил кумыс пиалами, обливал голову холодной водой и невнятно бормотал: «Ёкарный бабай, чего я наделал…». Но его время уже прошло. За счёт столь успешного дипломатического присоединения наше государство выросло на 9 (!!! – сам пересчитал и был удивлён, что согласились – прим. автора) провинций, из которых только Бухара вела добычу соли, а богатства всех остальных составляли стада овец. В результате, теперь из любой провинции нашего государства (за исключением островного Бахрейна) можно было добраться до столицы посуху. Правда, из-за увеличения числа провинций снизилась централизация управления и к нам стали хуже относиться другие страны (ББ стал 18,3 / 41 – прим. автора), однако это были временные явления. Можно сказать ,что только после этого грандиозного дипломатического успеха наша страна получила единое экономическое пространство. Узнав о присоединении, Кучум повелел потратить все деньги, которые готовил на дела веры, для строительства крепости в Бахрейне и назначения 5 сборщиков ясака в самых богатых провинциях бывшего узбекского ханства. Кроме того, необходимо было увеличить союз, для чего начались поиски будущего союзника. После долгих консультаций с придворными, повелителю Гуджарата было направлено предложение и в конце августа союз вновь стал «союзом четырёх держав». Следующий год был несколько беспокойным. Правда, 27.03.1577 язычники в Тюмени отказались признать Коран, разгромили религиозную процессию и подняли восстание, однако в провинции Троицкая обращение успешно завершилось в самом конце мая. Пока войска очищали Тюмень от бунтовщиков, а крестьяне собирали урожай, король шведский предложил подписать торговое соглашение. Взвесив все за и против, Кучум соглашение подписал – зачем ссориться с государством, которое может быть противовесом опасной России. Год 1578 начался со скандала при дворе, в результате которого отношения с багдадским халифатом стали совсем никудышными. Этот дипломатический казус в марте был компенсирован заключением династических браков с правящими домами Алжира, Аракана и Бенгалии. В августе того же года Турция, сумевшая отстоять свою независимость, предложила торговое соглашение, которое также было подписано. Начало следующего года было посвящено делам веры. Кучум лично напутствовал священнослужителей, отправлявшихся нести слово Пророка язычникам Тюмени. На это богоугодное дело ушли почти все деньги из ханской казны. Как только последние обозы религиозной миссии скрылись за горизонтом, в Кашлык пришло сообщение о некоем Трентском соборе христианских держав, собравшем противников лютеранства и кальвинизма. Пока придворные имамы и учёные муфтии пытались понять, как же теперь стоит относиться к разным христианам, потребовались новые земли в столице, поскольку там выросло количество населения и рекрутов, а также сбор ясака. Причины такого бурного роста вполне объяснимы: принятие ислама позволило бывшим язычникам иметь сразу несколько жён, что и спровоцировало небольшой демографический взрыв в столице и окрестностях. В целом, год прошёл спокойно, только в самом конце декабря произошло очень серьёзное обострение отношений с союзными казахами. Настолько серьёзное, что кашлыкский двор имел повод для войны против союзника в течение следующих пяти лет. Год 1580 Кучум и его приближённые решили использовать для расширения подвластных земель и решения внутренних проблем. В середине марта в Тургай, Караганду, Ишим и Васюганье были направлены отряды колонистов для основания торговых факторий. Однако дело это было новое, незнакомое, поэтому реально удалось основать только факторию в Ишиме. Неудача с расширением подвластных земель была компенсирована успехом в исследованиях. Благодаря неустанной работе придворных мудрецов и лазутчиков, 01.11.1580 был достигнут 5-й уровень военных технологий. В армии повсеместно началось перевооружение первыми аркебузами, позволявшими осуществлять штурм вражеских крепостей. Конечно, отставание от христианских держав было ещё очень велико. Например, Россия, нёсшая потенциальную угрозу нашим границам (но с момента присоединения Суздаля ни разу ни с кем не воевавшая), в тот момент уже достигла 11-го уровня и могла строить более совершенные крепости. Наградив мудрецов, Кучум приказал заняться развитием инфраструктуры, логично рассудив, что усиление державы должно происходить не только за счёт армии. В начале следующего года Кучум отправил новую религиозно-просветительскую экспедицию для обращения еретиков в провинции Урал, а также отряд колонистов для основания фактории в провинции Конде, расположенной к северу от столицы. 15.02.1581 славный хан Кучум назначил одного из моих предков – Сулеймана Девлетима – своим советником по общим вопросам. Мой предок был превосходным советником, что сейчас же отразилось на нашем государстве. В начале марта была основана фактория в Конде, а в конце мая Себер Хангылы приросло факторией в провинции Сосьва. Август 1581 известен всплеском дипломатической активности, во время которой Сулейман Девлетим смог проявить свои лучшие качества. Дело в том, что в начале августа истёк срок альянса. Тут же к Кучуму прибыл посланник от повелителя Адена с предложением союза и братской дружбы. В союзе с Аденом уже состояли Хиджаз, Дели и Турция, которым срочно понадобилась братская военная помощь Сибирского ханства, поскольку этот союз был втянут в две полномасштабные войны как на западе, так и на востоке. После долгого совещания с Кучумом, Сулейман убедил его предпочесть старых союзников, хоть и более слабых, зато менее агрессивных. В общем, посланник из Адена был вежливо послан назад («поклонитесь Каабе, передавайте привет Вашему султану, мы Вас никогда не забудем…» и прочие дипломатические изыски), а Кучум направил особо опытных дипломатов к бывшим союзникам. Чагатайское ханство и Гуджарат с радостью согласились войти в союз, а вот хан Казахской орды затаил обиду и ответил гордым отказом. Как показала дальнейшая история, это решение было самой большой глупостью бывшего союзника, оказавшегося теперь на задворках истории, в стороне от дороги к величию и славе. Трудами моего предка в конце января 1582 года Кучум женил своего сына Али на дочери повелителя Гуджарата, что ещё больше скрепило союз держав. В начале апреля была основана новая фактория в провинции Берёзов. Но самое главное произошло позднее: 23.04.1582 Кучум официально объявил своим наследником своего старшего сына Али, что вызвало неподдельную радость подданных, трёхдневные празднества и рост внутренней стабильности. Поскольку праздник понравился, было решено устроить ещё парочку на радость правоверным и на страх врагам. Поводов искать долго не пришлось, поэтому уже в июне вся кашлыкская знать гуляла на свадьбе Сейдака – среднего Кучумова сына – с дочерью султана Атжея, а в самом начале февраля 1583 года третий сын Кучума, именем Шукер, сочетался законным браком с дочерью Чагатайского брака. Именно потому, что знать и приглашённые послы дружественных и не очень враждебных окрестных держав славно погуляли, 18.02.1583 Кучуму доложили, что у нашего государства репутация весьма добрая, что привело к улучшению отношений с Чагатайским ханством (ещё бы – всё-таки свою принцессу нам отдали), Аденом, Казахской ордой (те начали кусать себе локти от зависти), а также государство Ак Коюнлу, посол которого не мог грозно раздувать ноздри в присутствии сибирских придворных, поскольку у него после праздника любое движение вызывало головную боль и желание склониться над тазиком. Как я уже писал ранее, женщины в политике играли и играют до сих пор важную роль. Многие государства мира отдают дань уважения великим женщинам своей истории. Некоторые, особо рьяные поборники первенства во всём, готовы пойти на что угодно, дабы обосновать, что на их территории женщины имеют более древнюю историю, нежели у других государств. Примером такой грязной околонаучной инсинуации может служить недавняя статья группы московских псевдоисториков, известных как «Московские старохроники», посвящённая истории женщин на Руси. Вот что они пишут: Впервые бабы на Руси появились в конце 11 века после издания князем Владимиром Красно Рёбрышко «Указа о введении баб на Руси», в котором говорилось: «Досель токмо мужики на Руси здревле кочумают да вельми скучно им дюже и сеновал пустой… А посему привезти из стран заморских баб диковинных, дабы род продолжать, и суп и компот всея Руси варить!» Но вернёмся к нашей истории и роли женщин в ней. Как известно, оженив своих сыновей, хан Кучум стал свёкром трёх невесток, имевших схожесть только в области женской натуры, но никак не характеров. Каждая из них могла проесть плешь гораздо изощрённее, нежели псевдоисторическая Прасковья. В результате, стоило Кучуму захворать, как при кашлыкском дворе и дворах молодых ханов начался вал интриг, центром которых были их гаремы. На смертном одре Кучум, как и планировал, передал власть старшему сыну Али, однако Сейдак, благодаря интригам своей жены, сумел свергнуть брата с престола и сам 01.01.1584 стал ханом Сибирского ханства. Али пробыл на престоле менее суток. Свергнутый хан, его жена, наложницы и прислуга были сосланы в заключение в Чинги-Туру, где вскоре загадочным образом их земная жизнь пресеклась. У историков есть обоснованные подозрения, что к этому злодеянию также причастна жена Сейдака, желавшая стать Самой Главной Женщиной Сибири. Хан Сейдак стал правителем Себер хангылы не по воле отца, а по воле своей жены. Но это совсем другая история…  Наша демократия - это свобода слова от дела, свобода дела от совести, свобода совести от угрызений. |
