| Avar AAR-мастер  Nizhny Novgorod Banneret (10) 2560 сообщений  |
Итак, 01.01.1480 власть над Сибирским ханством принял хан Ибак. Ибак был незаурядной личностью. Например, он снискал себе любовь и уважение войска, видевшего, как юный повелитель наравне с воинами делит трудности и пытается освоить нелёгкую науку воевать. Кроме того, он любил наслаждения во всех видах, не порицаемых Кораном. Некоторые неверные московские историки недавно писали, что на самом деле Ибак – это не имя, а несколько искажённое насмешливое русское прозвище хана, весьма охочего до женского полу. Но эти домыслы не имеют ничего общего со светлой исторической Истиной, которую пытаются замарать некоторые свиньи от лженауки. Уже через три недели после принятия власти Ибак пожал первые плоды деятельности своего брата – 22.01.1480 пала столица Ногайской орды. Не желая портить репутацию присоединением единоверческого ханства, Ибак, несмотря на юность, поступил мудро – через два дня был заключён сепаратный мир, по условиям которого хан Ногайской орды признал себя вассалом Сибири и выплатил 125 золотых, однако сохранил независимость. Союзники были недовольны, но Ибак непреклонен – раз союзники начали войну, так им же её и заканчивать, а Сибирь исполнила свой долг перед союзниками сполна. На деньги, полученные в результате мира, а также на поступивший в начале года ясак в Керман был направлен отряд колонистов, а в Меркане, Герате и Хорасане назначены сборщики налогов. Занявшись реорганизацией армии, Ибак уже к июню того же года добился значительного прогресса – в результате реорганизации было добавлено 750 пунктов в развитие военных технологий. Следующий 1481 год был наполнен несчастьями и неудачами. В начале мая разразился серьёзный политический кризис, приведший к значительному падению стабильности. Причины кризиса неясны, однако в результате Ибак был вынужден заняться успокоением умов в государстве. Результатом кризиса стало то, что в июне и августе провалились акции по обращению неверных, начатые ещё при прежнем хане. Язычники восстали, убили имамов, надругались над слугами, разграбили и уничтожили мечети, сооружённые трудами праведников. Восставшие осадили крепости и тяжко пришлось правоверным. Сохранилось предание о смерти имама Умара Блаженного, убитого в Чандырском городке, где было «великое болванское моление» (именно так называется это языческое капище в Ремезовской летописи, вывезенной сибирскими войсками после взятия Царицына). По преданию, Умар порицал язычников за то, что те поклоняются идолам, среди которых выделялся каменный фаллический символ четырёх аршин высоты, который по праздникам украшали цветами и вокруг которого совершались пляски. Умар стоял перед толпой язычников и, указывая на сей камень, произнёс пламенную обличительную речь. «Чего вы ждёте, прося у этого непотребного идола? Просите у Аллаха, молите его и дастся вам. А вы просите у х.. и получите х..» (многоточиями заменены идиоматические обороты, в настоящее время не использующиеся в научной литературе). Умар был схвачен по приказу служителя этого экзотического языческого культа, имя которого сохранилось в истории как Рачя шейтан, привязан к идолу, оскоплён и самым жестоким образом принесён в жертву. Согласно преданию, Рачя произнёс перед язычниками тираду, смысл которой сводился к тому, что «лучше фаллический символ, чем символический фаллос» (перевод со старосибирского языка доктора исторических наук Сибирского университета имени хана Кучума, профессора Елыгая Алтына). Убитых имамов погребли в окрестностях Кашлыка. В рукописи «О религиозных войнах учеников шейха Багаутдина…» говорится о том, что и через 150 лет после этого в окрестностях нашей столицы располагалось три мавзолея святых имамов, погибших в столкновениями с невежественными язычниками. По некоторым данным, были захоронения жертв языческого террора и на царском кладбище на Саусканском мысе. В общем, армии пришлось подавлять восстания, однако первые сражения были неудачны. Только после зимы, когда язычники вымерзли, армия рассеяла остатки их. 04.02.1482 Ногайская орда перестала существовать. Её земли прибрал к рукам ненасытный казахский союзник. Теперь, когда война была завершена, Ибак решил ещё более укрепить силы альянса, для чего в начале апреля 1482 года пригласил Чагатайское ханство в альянс и получил согласие. Главной целью этого приглашения было обезопасить восточные границы союзного Узбекского ханства. Сделано это было очень вовремя, поскольку через неделю произошло очередное обострение отношений с Ак Коюнлу, и так бывших отвратительными. Кроме того, в начале зимы Чагатайский правящий дом согласился укрепить союз с Сибирью заключением династического брака, что ещё больше сплотило ряды союзников. В мае 1483, благодаря неустанной заботе хана Ибака об армии, была проведена очередная её реорганизация, что позволило увеличить исследования на 750 пунктов. Ситуация со стабильностью также немного улучшилась, поэтому Ибак не без основания рассчитывал на то, что в скором времени он сможет предаться отдыху и неге. Но не сложилось. 19.07.1483 Чагатай объявил войну Тимуридам. Сибирь и союзные Узбеки выступили на стороне союзника, а Казахская орда проигнорировала призыв союзника о помощи. Ибак счёл это плохи знаком и направил в Казахскую орду гонца с письмом, в котором говорил о великой ценности союза мусульманских государей и предлагал казахскому хану всё-таки присоединиться к союзу и войне против злокозненных потомков Тимура. Хан казахский понял, что погорячился, подписал союз и вступил в войну, чего, собственно говоря, и добивался Ибак. Войска южных провинций двинулись на осаду Бухары, богатой солью, а северная группа войск осталась на границе с Золотой Ордой на случай изменения обстоятельств. В армии было введено полное содержание. Осада Бухары началась успешно; огромная армия узбеков, казахов и чагатайских монголов осадила Самарканд и разбила тимуридский отряд, пытавшийся снять осаду. Однако вскоре осаду пришлось снять – из-за неожиданного восстания в Хорасане, когда бунтовщики, захватившие Хорасан, двинулись в другие незащищённые провинции, возникла угроза захвата многих земель, благоприобретённых во времена прежнего правления. Осаду передали смешанному узбеко-казахскому войску. В начале 1484 года, пока войска готовились к хорасанской битве, Ибак принял решение накопить денег на крепости, чтобы защитить правоверных от бунтовщиков (а свои владения – от посягательств). В середине июня произошло значительное изменение отношений с Узбекским ханством, поскольку узбеки были безмерно счастливы, что Ибак увёл свои войска из Бухары, которая должна была скоро пасть. Однако подошли казахи и как-то перехватили осаду. В результате, когда 02.09.1484 был заключён мир, каждый союзник получил по 20 золотых, а Бухару забрали себе казахи (чем узбеки, обоснованно претендовавшие на эту провинцию, были весьма недовольны). Однако мирная жизнь тяжело налаживалась после войны: сначала в декабре произошёл бунт в Герате, усмирение которого затянулось до конца марта 1485 года, а в августе Ибаку доложили, что ряд его указов «на местах» не исполняется, что привело к децентрализации управления. Чинги-туринский двор был недоволен, ибо это нарушало планы хана. Следующие годы протекали спокойно. Начало апреля 1486 года было ознаменовано двумя дипломатическими победами: сначала произвели обмен картами с Алжиром, что позволило узнать 36 новых провинций и мусульманское государство Марокко, а посольство, направленное ко двору марокканского султана улучшило отношения двух стран. Хан Ибак взял в жёны вторую дочь султана, что способствовало росту славы Сибирского ханства во всём подлунном мире. В самом начале июля того же года в Чинги-Туру прибыл живописец, которого Ибак принял в свой придворный штат. Казне пришлось пойти на некоторые затраты, однако художник имел широкий кругозор и способствовал увеличению инноваций в исследованиях. Кроме того, знать отложила на время свои склоки и выстраивалась в очередь, желая запечатлеть себя на полотнах (обязательно на коне и с саблей). К сожалению, до нашего времени не сохранилось ни одного полотна, поскольку наиболее реакционная часть духовенства выступала против изображения человека, ссылаясь на Коран, и при первом удобном случае воинствующие реакционеры уничтожали эти драгоценнейшие памятники сибирской культуры. Следующий год также был посвящён дипломатии и внутренней жизни. В апреле был совершён обмен картами с Чагатайским ханством, а также заключены династические браки с Дели и Виджаянагаром. 29.08.1487 на суд хана Ибака привели инакомыслящего философа, чьи речи смущали народ. По некоторым дошедшим до нас сведениям, философ был знаком с трудами западных философов и являлся их поклонником. В частности, он говорил, что «Творец есть природа» и «Что естественно, то не безобразно», чем приводил в смущение наиболее рьяных адептов мусульманства. Хан поинтересовался, как обстояло дело с такими философами при его предшественниках. Поскольку в своё время его отец отпустил с миром такого учёного, то и Ибак сделал также. Это решение способствовало росту инноваций, однако привело к падению стабильности. Однако менее, чем через год у Ибака родился наследник престола, что было воспринято как знак свыше, одобряющий действия хана. Следующий 1489 год был наполнен важными событиями в жизни государства Сибирского. В начале мая хан Ибак издал фирман о централизации управления и введении свода правил для чиновников. Это нововведение вызвало переполох в управленческом аппарате и привело к снижению стабильности. Хуже всего, что через две недели в Ормузе и Кустанае объявилась чума, что ещё больше дестабилизировало обстановку в государстве. Затронула она и столицу. По косвенным данным можно предполагать, что в это время умер наследник хана, что его весьма огорчило. На фоне этих событий 14.10.1489 Чагатайское ханство объявило войну империи Тимуридов и призвало союзников на помощь. Меньше всего нашему государству в этот момент была нужна война, поэтому, официально вступив в войну, Ибак ограничился демонстрацией силы в приграничных территориях, поскольку сил у Чагатая с узбеками и казахами должно было с лихвой хватить для победы. Сам хан остался в Чинги-Туре и занялся важными государственными делами. Главным результатом государственных дел стало рождение наследника престола 10.05.1490, о чём тотчас же было объявлено подданным. Это привело к повышению стабильности, но ненадолго. Менее чем через год духовенство стало выражать своё недовольство политикой хана и потребовало «отказаться от вредных нововведений». Ибак отказал, что вновь дестабилизировало внутреннюю жизнь. 06.09.1491 закончилось почти двухлетнее противостояние, в котором Сибирское ханство принимало исключительно номинальное участие. По условиям мира Узбекское ханство получило Регистан, а 218 золотых дани союзники по братски поделили на четверых. Чтобы немного успокоить горячие головы при союзных дворах, Ибак послал скромные подношения всем союзникам и улучшил отношения. С окончанием войны появились новые опасности. В ноябре 1491 года вспыхнуло восстание в Деште Луте, а в начале марта 1492 – в Герате. И если в Деште Луте войска к январю рассеяли бунтовщиков, то в Герате сражение, начатое в конце марта, было безусловно проиграно. Несмотря на это, после продажи должностей в Табаристане, хан Ибак в начале мая приказал усилить крепость в Астрахани до второго уровня, а также сформировать рекрутов для пополнения армии. Усиление крепости было необходимым, поскольку богатая провинция в дельте Волги притягивала взгляды многих, ныне не существующих государств. Пополненная и отдохнувшая армия в августе 1492 года рассеяла бунтовщиков и сняла осаду с Герата. Покончив с внутренними проблемами, в середине сентября того же года Ибак способствовал заключению двух династических браков с повелителями Брунея и Малакки. Этот момент особенно важен в истории правления, ибо он стал началом конца династии Шейбанидов. Дело в том, что дочь брунейского султана была выдана за Мамук хана, талантливого командира из рода Тайбугинов, который в начале января 1493 года был назначен командующим сибирской армией в Эмбе. Впрочем, ничто не предвещало беды. В феврале 1493 хан Ибак получил доклад о росте конкуренции на внешних рынках. После некоторых раздумий хан решил новых пошлин не вводить, что увеличило свободу торговли, но привело к незначительному снижению исследований торговых технологий. Конец 1493 года был на редкость удачным: в конце ноября благодарные подданные преподнесли своему хану огромный дар в 225 золотых, а 01.12.1493 был достигнут второй уровень инфраструктуры. Очевидно, что влиянию женщин на судьбы государств и правителей до сих уделяется мало места в исторических исследованиях. Именно влиянием жены Мамук хана, желавшей быть султан-ханум в государстве, можно объяснить то, что Мамук решился на государственный переворот. Тёмной ночью в день зимнего солнцестояния Мамук хан со своими нукерами прибыл в Чинги-Туру, внезапно напал на дворцовую стражу, ворвался во дворец и убил Ибака вместе с семьёй. В городе был учинён погром, чернь присоединилась к Мамуку, известному своим воинским талантом, и стала громить дома шейбанидской знати. Многие погибли в тот день, многие знатные и могущественные семьи были низринуты с высоты и остались нищими. Низкое зимнее солнце, пробившееся сквозь облака к вечеру, осветила печальную картину погрома и пьяных от крови победителей. Через неделю, 01.01.1494 наскоро собранный курултай, окружённый плотным кольцом нукеров Мамук хана, провозгласил того ханом Сибирским. Прямая ветвь династии Шейбанидов прекратила своё существование. Известие о перевороте вызвало неоднозначную реакцию подданных. Ибака подданные любили, ибо он многое успел сделать. В начале марта 1494 года в Хорасане даже вспыхнуло восстание, но вскоре было жестоко подавлено войсками. Мамук хан был рождён для войны и спокойнее чувствовал себя на коне среди верных войск, нежели в тихих покоях дворца. В сфере управления он был слаб, почему ему вскоре пришлось опираться не только на армию, но и на уцелевших сановников прежнего хана. Известно, что в конце декабря 1494 года им были подписаны внутренние торговые уложения для провинций Эмба и Ормуз. Несмотря на это, в течение последующих двух лет было и недовольство купечества, привёдшее к потерям в исследованиях торговых технологий, и недовольство ремесленников, когда хан, желая избежать дестабилизации (и поддавшись уговорам опытных придворных) снизил пошлины, что привело к уменьшению крепостничества и потерям казны. Впервые за долгое время ханский казначей был вынужден взять кредит для того, чтобы пополнить казну. Проблемы внутренней жизни были компенсированы дипломатическими успехами. В августе 1495 года ханский двор в Чинги-Туре отпраздновал две свадьбы, связавшие знать Сибирского ханства династическими узами с далёкими Китаем и Атжеем. Кроме того, хан ожидал новой войны с наследниками Тимура, почему в начале весны 1496 года отправился с частью своей армии из Эмбы на юг. Ожидания не обманули Мамука. 11.10.1496 стало известно, что союзное Чагатайское ханство вновь объявило войну империи Тимуридов и призвало союзников на помощь «для устранения угрозы». Мамук хан тут же ввёл полное содержание войск и через несколько дней двинулся из Хорасана в Герат, куда по сведениям лазутчиков, направлялась армия тимуридов. Незадолго до выступления армии он заключил династический брак с ханом Золотой Орды, желая обезопасить западную границу от угрозы. В конце ноября в Герате развернулась самая крупная битва этой войны. Стороны были примерно равны по численности (по оценкам историков, против 15,5 тысячной сибирской армии было чуть больше 16 тысяч вражеской пехоты и кавалерии), однако армия Тимуридов имела некоторое превосходство в военной сфере. Но на поле боя личная отвага повелителя зачастую значит намного больше, чем численный перевес. В самый напряжённый момент сражения Мамук хан лично повёл кавалерию в атаку. Враг был сломлен и бежал, но армия не преследовала его, ибо потери были велики, а сам Мамук получил в схватке тяжёлые раны, от которых так и не смог оправиться. В конце декабря в Чинги-Туру прибыл гонец с известием, что Мамук хан скончался от ран в Герате, «оплаканный армией, духовенством и подданными». Последней волей хана было, чтобы новым ханом стал его брат Абалак, которого он просил заботиться о его женах и малолетней дочери. Спешно собранный курултай формально утвердил Абалака в качестве повелителя Сибирского ханства. Одним из первых решений, принятых новым ханом, было заключение династического брака с союзной Казахской ордой. В дворцовом архиве сохранилось письмо к казахскому хану, датируемое серединой февраля, с предложением «скрепить с помощью брака наш военный союз». Свадьба состоялась и союзники продолжили войну. В июле пал Самарканд, а 01.08.1497 империя Тимуридов распалась на части из-за большого количества восстаний. Воевать стало не с кем, был заключён мир. Через четыре дня Абалак заключил сепаратный мир с Гуджаратом, выплатив ему 75 золотых дани. Причина этого проста – сибирская армия проиграла сражение в Меркане, враг вёл успешную осаду и хан предпочёл откупиться от врага, нежели затягивать войну. В казне осталось денег, чтобы сделать скромные подношения союзникам для их успокоения – они были недовольны сепаратным выходом Сибири из войны. Покончив с внешними делами, хан Абалак занялся решением внутренних проблем. Прежде всего, он решил упорядочить престолонаследие. 28.08.1497 был издан ханский указ о назначении Агус Хана, племянника Абалака, наследником престола «вплоть до изменения обстоятельств». Известие об этом привело к успокоению умов подданных и повышению стабильности. Через год, в середине августа 1498 года, возник серьёзный спор о границах с союзной Казахской ордой. Абалак проявил недюжинные дипломатические способности в улаживании спора, что улучшило отношения двух союзных держав и ещё более стабилизировало внутреннюю жизнь, однако обошлось казне в некоторую сумму денег. По косвенным данным можно предполагать, что Абалак задумал вассализировать Казахскую орду. Очевидно, что у него был некий план, реализация которого могла привести к росту величия и славы Сибирского ханства. Длительный союз, урегулированные границы, династический брак, общая вера – ну что ещё нужно для тихой мирной вассализации? Да и хан Казахской орды был не блестящим дипломатом. В общем, в сентябре 1498 из Чинги-Туры выехало посольство с персональным подношением союзному хану. Посольство было успешным и отношения существенно улучшились. В начале января 1499 года сибирский и алжирский дворы обменялись картами; обмен был равный, однако на новых картах было море, только море. Год 1499 вообще говоря, был неудачен как для Абалака, так и для всего государства Сибирского. В конце февраля бунтовщики из соседнего Тебриза вторглись в Табаристан и осадили крепость. Срочно пришлось стягивать армии к Копетдагу, однако июньское сражение было неудачным. Армия была разбита и отступила в Семнан. Правда, бунтовщики понесли такие потери, что вскоре рассеялись сами. Но Абалака меньше всего волновали бунтовщики. Дело в том, что в начале мая произошло очень серьёзное ухудшение отношений с Узбекским ханством. По сохранившимся сведениям, Абалак считал, что у него есть повод для войны против союзника. Вероятнее всего, это связано с тем, что узбекский хан признал себя вассалом Чагатайского ханства, чем нарушил хитрую комбинацию Абалака по мирному включению земель разных народов в состав Сибири. Кстати, дипломатическая переписка того времени не сохранила, было ли предложено казахскому хану стать вассалом Себер Хангылы, или Абалак на время отложил свой замысел. Достоверно известно, что 23.11.1499 хан Абалак решил провести очередную централизацию власти. По провинциям было разослано послание «О верховной власти», которое взволновало местную знать и простой народ. В послании чётко прописывалась иерархическая пирамида, одни должности исключались, другие вводились, менялся порядок прошений на имя светлейшего хана…. В общем, возникло много споров и кривотолков, что дестабилизировало внутреннюю жизнь. Воспользовавшись ситуацией, наследный Агус Хан в декабре 1499 года устроил государственный переворот, сместил своего дядю, хана Абалака, и заточил его в темнице в Ишим-Туре (ныне посёлок Абалак Тюменского юрта), где тот и умер через несколько месяцев. Не исключено, что он был убит по приказу Агус хана. Итак, с 01.01.1500 началась новая страница истории государства Сибирского.  Наша демократия - это свобода слова от дела, свобода дела от совести, свобода совести от угрызений. |
