SnowForum » After Action Reports » Чем мы хуже Габсбургов? Гл.1. Эрнст Миролюбивый (1066-1081) »
Serge
AAR-мастер



Чиновник
Барнаул

Подполковник (8)
944 сообщения


Глава 5. Переход от циклического восприятия времени к линейному (1101-1102)1)   13.07.2005 20:23
- Ваша Светлость, уже утро. Вынужден Вам сообщить печальную новость - начал слуга.
- Да знаю, знаю - перебил проснувшийся герцог, уже приготовившийся непонятно в скольки тысячный раз выслушивать о трагической кончине отца Иоганна.
- Простите, Ваша Светлость, но Вы не можете этого знать. Это случилось всего 10 минут назад, когда Вы ещё изволили отдыхать после тяжкого госдарственного труда. От внезапного сердечного приступа скончался наш придворный живописец Адольф Шикльгрубер.
- А как же отец Иоганн? - промямлил герцог, пораженный нарушением ритуала. До него ещё не дошёл смысл происходящего. Слуга разинул от удивления рот, потом закрыл его, а затем вновь открыл чтобы сказать:
- Вашей Светлости одинаково дороги все подданные и, как и подобает справедливому монарху, Вы одинаково переживаете смерть важного человека и простолюдина. Сейчас, когда умирает так много людей и Вы постоянно скорбите, Вам, конечно, сложно было запомнить, что отец Иоганн скончался вчера.

Так, спокойствие! Отец Иоаганн умер вчера. А сегодня умер Шикльгрубер, известный под псевдонимом Гитлер, который вчера (а, значит, и в последние годы) был жив, здоров и делился с герцогом творческими планами. Только теперь Леопольд понял - он вырвался из Дня Чумной Крысы! Жизнь продолжается!

Одевшись и выйдя из комнаты, он увидел, что никто, конечно, не понимает и не разделяет его радости. Одна группа придворных говорила о безвременно ушедшем Гитлере (не столько о нём, столько о том, кого возьмут на его место), другая обсуждала, как следует понимать вчерашнее поведение крысы. "НУ нет уж, ребята, - подумал Леопольд Грозный - этот самый важный день в моей жизни и вам запомнится надолго. Скоро Вам будет не до какого-то холстомарателя и крысячьих ухмылок".

- Эй, стража! - герцог указал на будившего его слугу, расплывшегося в молчалинской улыбочке, - арестуйте этого подхалима! Да, и своего начальника тоже арестуйте! А Вы - обратился он к другим стражникам, - арестуйте моего секретаря и тотчас дуйте на Бабенбергштрассе. Там найдите дом кузнеца Рудольфа, спросите его сына Вильгельма, доставить его ко мне в целости и сохранности. Сын простого кузнеца, а как-то обучился грамоте, даже стихи на немецком и латыни пишет, хоть и не знает об этом никто. Хороший парень и талантливый. Будет моим новым секретарем. Да, прежде всего - быстро в казарму, велеть всем построиться на плацу. На две недели переходите на военное положение, сон четыре часа, отдых и личное время отменяются, выходные - тоже, оружие и доспехи носить постоянно. Заплачу, понятно, в двойном размере. Работы у вас будет много. И не только у вас.

Так жестокий, но справедливый Леопольд Второй начал Большой Террор. К нему он готовился долго и тщательно. В своё время, бросив попытки вырваться из 15 февраля, он решил жить надеждой на будущее и использовать обрушившуюся на него уйму времени и возможность постоянных перезагрузок с толком. Прежде всего, он устроил проверку верности придворных, слуг, чиновников - всех жителей Вены, имевших с ним более или менее постоянный контакт. Подбрасывал испытуемому подложное письмо, в котором обещал за убийство герцога крупную сумму, а затем отправлялся с ним в загородную прогулку без охраны. Поскольку в результате этих экспериментов Леопольд погиб 53 раза, то сейчас плотники получили заказ на строительство 53 виселиц. Точнее - 52. Одна предназначалась для Гитлера, который тоже, как выяснилось, слкужил не только герцогу и музам, но ещё и золотому тельцу. Но тот, видите ли, успел заблаговременно скончаться сам. Молодец - теперь гитлеровцы (жена и трое детей) получат пенсию по потере кормильца вместо причитающихся остальным ЧСИРам конфискации имущества и перевода в разряд крепостных. Надо отдать должное ближайшему окружению герцога (советникам и министрам без портфелей) - не один из них его не убивал. Возможно, будучи искушёнными в придворных интригах, они чуяли какой-то подвох.

Отдав остальные приказы об арестах, герцог заперся в кабинете со своим новым секретарем и начал диктовать пункты обвинений. Вильгельм, всё ещё не веривший, что новый поворот его судьбы - не сон, выбивался из сил, исписывая по многу страниц на каждое дело - ведь каждого, не выдержавшего проверку на вшивость, герцог изучал потом неделями, а то и месяцами. К ночи успели закончить 18 дел. На следующее утро начался суд над первой порцией "морально разложившихся, идейно неустойчивых и нефеодально мыслящих элементов". Всем им было предъявлено одно обвинение - заговор с целью убийства герцога. И хотя в массе своей, они ничего против Леопольда не замышляли, заслушав обвинения, они искренне признали, что приговор справедлив. Настолько досконально были описаны все их крупные и мелкие грешки и даже их сокровенные мысли, которых они никому вроде бы не рассказывали, что они решили, что столь всеведущий и мудрый человечище знает про них лучше чем они сами и наверняка уже проник в их подсознание, куда уже, видать, проникла роковая мысль.

Вслед за ликвидацией своих потенциальных убийц, Леопольд II принялся за следующую категорию - казнокрадов, взяточников, любителей поболтать о государственных тайнах, тайных осведомителей императора. Поначалу герцог также хотел вздёрнуть их поголовно, но потом понял, что останется без чиновников. Так что казнены были лишь наиболее злостные, а остальные были наказаны более мягко. Нецелевое расходование средств было обнаружено и у тайной советнице - самой герцогини Аделаиды. Публично это нигде не упоминалось, но Леопольд, возмущенный тем, что деньги, предназначенные для святого дела - убийства врагов, - потрачены на шмотки, устроил ей дома такое, что она позавидовала казненным.

Наконец, принялись за третью категорию - скрывающихся преступников, воров, убийц, фальшивомонетчиков, тайных еретиков, вмевозможных бытовиков и прочую сволочь. Их было больше всего, но приговоры были покороче - чего с ними возиться. К марту Большой Террор был закончен. Секретарь Вильгельм, стражники, судейские чиновники, палач, пыточных дел мастера, могильщики, гробовщики, тюремщики, глашатаи, священники были едва живы от перенапряжения. Был едва жив и сам герцог. Тем более, что в эти дни он не только наказывал, но и награждал. Были одарены те, кто во время проверки на верность показывал письмо герцогу, а также никому не ведомые таланты (типа нового секретаря) и униженные и оскорблённые всех мастей. В указах о монаршьих милостях все описывалось также подробно, как и в приговорах, так что многие стали приписывать Леопольду сверхъестественные способности.

В общем, День Чумной Крысы пошёл на пользу. Жаль, что нельзя было выйти за пределы Вены и навести порядок в её окрестностях и тем более - в Иерусалиме. О последнем очень скоро пришлось особо пожалеть.

Дело в том, что законы мироздания в ночь с 15 на 16 февраля изменились вновь (третьеиюньская бета) и удерживать Иерусалим стало сложнее. В Египте продолжалася нелепый Второй Крестовый поход, в ответ на который Фатимиды объявили джихад. Среди палестинских аборигенов крепло желание изгнать неверных. В июне началось национально-освободительное движение. Резко упала лояльность; "гильдия воров" (как её именовали австрийцы) похищала с армейских складов оружие и экспроприировала у австрийцев деньги, награбленные у палестинского народа; разбойники с большой дороги нападали на небольшие группы солдат и вершили суровый суд над оккупантами и коллаборационистами. Особую головную боль причиняла группа котрабандистов "КамАЗ" (Камнями австрийцев закидай), ввозившая не только беспошлинные грузы, но и оружие и исламистскую литературу экстремистского содержания. В ней, в частности, утверждалось, что чума - это гнев Аллаха за сдачу мечети Омара неверным, а Леопольд именовался "малым шайтаном" - "большим" считался Генрих фон Франкен. Последнее особо возмутило Леопольда - с кем они его на одну доску поставили, да ещё и принизили! Он приказал любой ценой покончить с международным терроризмом, и 16 ноября лидеры "КамАЗа" были схвачены и повешены. И хотя группировка контрабандистов исчезла, их казнь вызвала всеобщее возмущение и через месяц вся Палестина была охвачена мятежом. Леопольд решил избавиться от обузы. Но кому её передать? Он знал о повадке дальних вассалов отделяться и потому решил передать Иерусалим жене. Даже если и отпадет - все равно наш старший сын унаследует. Его, правда, отговаривали - нельзя ставить женщину управлять мусульманами, да и вообще явно не женщине туда ехать. "Ничего, решил Леопольд, баба у меня жестокая, мстительная - там сейчас такая и нужна. А то мне она всё за февральскую взбучку мстит". Так 22 декабря титул "Защитника святого града Иерусалима" перешёл к Аделаиде фон Бабенберг, урождённой Райнфельден.

Леопольд было думал, что на этом ближневосточная проблема для него закрыта. Как бы ни так! 17 июня 1102 года император, которому надоели постоянные отказы Леопольда отправить в Крестовый поход войка, прислал письменное требование немедленно объявить войну Фатимидам самому, в противном случае обещая пожаловаться папе (им в этом же году стал горбатый итальянец Рудольфо Гуччини, принявший имя Григория VIII), а тот уж обязательно отлучит Леопольда от церкви. На герцогском совете рассматривались три варианта: пойти в поход (кем???), просто по-вассальному послать Генриха или послать его навсегда, т.е. объявить о своей независимости. И хотя третий вариант был серьёзно чреват отлучением, возможность отвалиться без войны пересилила аргументы против. Тут Леопольд убедился, что пока что на стороне фон Бабенбергов не только Бог, но и его наместник - хоть Леопольд и заслужил своей наглостью репутацию коварного опрометчивого скептика, папа его от церкви не отлучил.

17 июня было объявлено Днём Независимости. Написав краткий ответ императору, Леопольд сказал канцлеру сделать свою приписку к оному. Этот пост занимала Дарья Рюрикович - та самая, которая в своё время была чуть не сожжена за свою приверженность православию и вызвала религиозные споры. Дарья в такую радостную минуту невольно вывела то, что ей подсказывало сердце на родном языке. Бумага в таком виде и была отправлена императору. Перевод Дарья сказала только герцогу, пришедшем в бурный восторг от её лаконичности. Императорские же переводчики смогли перевести на немецкий только первые два слова ("пошёл на") - komm zu, а вот третье слово осталось загадкой. Так и порешили, что по-русски оно значит тоже, что по-немецки. В итоге перевели: "Komm zum Herr". И ещё очень долго в средневековой немецкой славистике шли споры о том, что же означает загадочная русская идиома "Иди к господину"...[Исправлено: Serge, 13.07.2005 21:20]
Для камердинера нет героя, но не потому что последний - не герой, а потому что первый - камердинер.
Гегель
SnowForum » After Action Reports » Чем мы хуже Габсбургов? Гл.1. Эрнст Миролюбивый (1066-1081) »