| Vladimir Polkovnikov AAR-мастер  Нижний Новгород Старейшина Генерал-поручик (12) 4424 сообщения  |
Часть 15. Зияющие высоты эпохи потрясений. 14.01.1782 несколько протестантских пасторов удостоились приёма у Великого Инки. … Так завершилась попытка протестантов склонить на свою сторону самое сильное государство мира. Подданные возрадовались, стабильность подросла. И было хорошо. Однако хорошо было всего полгода, ибо 21.06.1782 Георг III, король английский, прислал в Куско посла с объявлением войны. Людовик XVI Французский также вступил в войну против зарвавшегося английского агрессора. Началась война по традиционному сценарию; сразу же была захвачена богатая английская провинция Сакраменто, атаке подверглись незащищённые английские провинции. Однако помимо традиционных направлений атаки, в этот раз Великий Инка приказал нанести удар по могуществу англичан в Европе. Флот и войска с Мальты были переброшены на Гибралтар и 02.12.1782 началась осада этой стратегически важной английской крепости. 08.12.1782 Решив, что инки уплыли далеко и теперь опасности не представляют, Арагон объявил войну божественному Тауантинсуйю; Франция исполнила свой союзнический долг. Не желая портить отношений с союзником, 23.12.1782 Саури Тупак отказался поддержать французских диссидентов, обратившихся к нему за помощью. Через месяц Арагон ввёл запрет на торговлю, а 07.02.1782 персональное подношение от двора Куско немного улучшило отношения союзников. Между тем военные действия продолжались, осады Квебека, Гибралтара и Новой Шотландии стали продвигаться. Рейд галер из Сьерра-Леоне к мысу Доброй Надежды был неудачен, поскольку английские колонии в этой части света оказались укреплены сильными гарнизонами, превосходившими десант в три-четыре раза. 01.03.1783 галеры двинулись в обратный путь. В апреле Французы взяли Палермо. Через четыре месяца, 15.07.1783 пал Квебек. Ещё через полтора месяца дважды торжествовало инкское оружие: 29.08.1783 сдалась крепость в Новой Шотландии, а 02.09.1783 пал Гибралтар. Французы преуспели в Европе, последовательно взяв Гюйень, Фрисландию и Голландию. Экстренное предложение англичан о мире было отвергнуто. Взвесив различные варианты желательных приобретений по миру, Саури Тупак направил в Лондон посла с мирным договором. 18.10.1783 Георг III в Вестминстерском аббатстве подписал мирный договор, по которому инки приобретали Гибралтар и Новую Шотландию, а Франция – Гюйень и Голландию. Теперь предстояло завершить войну с Арагоном. Вообще говоря, советники Великого Инки говорили о том, что приобретение Гибралтара – это не только стратегически важный порт для плаваний через Атлантику, но и приобретение проблем из-за того, что кастильский король считает (и вполне обоснованно), что у него есть определённые исторические права на эту территорию. Но Саури Тупак прекратил все споры, сказав, что: «Инки были в Палермо – хороший был город… Говорят, что Мадрид тоже красивый город. Если что, то мы и французы возьмём кастильцев в клещи и заставим забыть о своих претензиях». Пока галеры с Мальты добрались до Гибралтара, пока были погружены войска, французы трижды атаковали Сардинию небольшими силами и каждый раз терпели поражение. Инкские войска были направлены на Мальту: гарнизоны Сардинии и Балеарских островов были сильнее всего инкского средиземноморского корпуса, который терять совсем не хотелось. 12.08.1784 арагонский король потребовал от инков в качестве мира 75 золотых, а через месяц сам предложил 156 золотых в качестве мира. Оба предложения были отвергнуты, ибо арагонский агрессор должен был быть примерно наказан перед лицом всей цивилизованной Европы. Война продолжалась. 25.12.1784 Саури Тупак изучил секретную записку о коррупции, но никаких мер принимать не стал, что послужило причиной увеличения инфляции. Хотя, какая разница для государства: 50% инфляция или всего 49%? Тем более, что 1% инфляции не стоит падения стабильности. Через год Великий Инка согласился с продажей должностей в Массачусетсе, что дало казне 100 золотых. Война с Арагоном продолжалась; инки контролировали несколько факторий и не предпринимали активных действий; французы пытались высадиться на Сардинии. 12.01.1787 к потомку божественного Виракочи обратилось влиятельное семейство с просьбой о помощи. Дело в том, что глава семьи увлёкся игрой в инкскую рулетку, потратился на женщин нетяжёлого поведения, связался с какими-то оболтусами и существенно подорвал финансовое благополучие семьи. В обмен на обещание больше не играть в азартные игры и отправиться в паломничество по святым местам Атакамы, полученное от главы семейства, Саури Тупак приказал выделить 300 золотых из казны. Пришлось взять заём. Следующие два года прошли в вялотекущей войне, когда содержание армии оставалось половинчатым, инками не велись военные действия и практически не производились военные рекрутские наборы. Французам удалось выбить арагонский гарнизон с Сардинии, после чего началась осада крепости. В январе 1788 произошло неожиданное восстание в Коста-Рике, через полгода подавленное вновь сформированной армией, а день 01.01.1789 отмечен сразу двумя серьёзными событиями внутренней политики. Сначала Великим Инкой были проигнорированы требования духовенства о «запрещении вредоносных инноваций» и «возвращении к истокам», а потом подписан и оглашён «Указ о торговых вольностях», который увеличил свободную торговлю, но дестабилизировал внутреннюю жизнь государства. В общей сложности стабильность упала до 0 и, как показали последующие события, игнорирование интересов духовенства было ошибкой внутренней политики Саури Тупака. Но, похоже, что в силу своего возраста он уже не мог адекватно реагировать на некоторые вызовы внутренней жизни. Через полгода, 15.07.1789, в Куско пришло сообщение о начале революции во Франции и взятии бунтовщиками Бастилии. Это неприятное событие не повлияло на решимость союзников продолжать войну с Арагоном, а ровно через месяц Австрия возобновила торговлю с Инками. Последующие события дали толчок тем потрясениям и тому непростому положению, в котором оказалось божественное Тауантинсуйю. Дело в том, что у Саури Тупака не было наследника престола. Конечно, у него были жёны, представлявшие разные народы империи и иные государства, и даже четыре дочери от разных жён – свидетельство его любвеобильной души, но увы, наследника, который мог бы принять власть и твёрдой рукой вести государство сквозь бури внешней политики, Великий Инка так и не смог породить. Передать же власть сводным племянникам он не хотел. Неожиданное решение, на котором остановился повелитель, в дальнейшем стало той самой собакой, которой надлежит быть зарытой в сердце каждой проблемы. Короче говоря, Саури Тупак принял решение передать трон и власть своей средней дочери, рождённой от жены-христианки и при крещении наречённой Ниной. В пользу этого решения говорило и то, что её муж приходился троюродным братом повелителю и, следовательно, в его жилах текла кровь божественного Виракочи. Новым Великим Инкой должна была стать женщина. Не все придворные, посвящённые в планы дряхлеющего повелителя, поддерживали это решение. В кулуарах дворца был популярен язвительный вопрос «Нинка – Инка?», а жрецы не без тревоги ожидали религиозных потрясений и смущения в неокрепших душах. Когда стало ясно, что дни повелителя сочтены, Нина приняла решение отвергнуть христианство и принять государственную религию. Согласно воспоминаниям современников, перед обрядом возвращения в лоно язычества она произнесла знаменитую фразу: «Куско стоит мессы» (в том смысле, что ради власти она готова отказаться от своих католических мировоззрений). Переход сопровождался сменой имени: наследница престола стала принцессой Нинку. Именно под этим именем вступила она на престол, когда 01.01.1790 года было объявлено о смерти Саури Тупака. Никогда ранее женщина не становилась Великим Инкой. В истории божественного Тауантинсуйю были случаи, когда женщины у трона руководили государством за своих малолетних сыновей, однако женщина до этого случая ни разу не была главой государства. Именно этим, потрясением от смерти повелителя и внутридворцовыми интригами можно объяснить тот факт, что уже 20.01.1790 крестьяне стали открыто выражать своё недовольство, что привело к падению стабильности (стала -2 – прим. автора), а также восстаниям подданных. Мощные крестьянские восстания начались в провинциях Халиско, Юкатан и Алатая. И это в период продолжающейся войны. Через месяц императором Священной Римской Империи был избран Леопольд II. Июнь, август и сентябрь 1790 принесли новые восстания в Урукильо, Потоси и Юте. Подданные бунтовали против женщины на троне и затянувшейся войны, причины которой уже начали забывать. Вновь сформированные армии то разбивали бунтовщиков, то терпели поражения. 29.01.1791 Буржуазия обратилась к Великой Инке с просьбой о привилегиях. Нинку пошла навстречу, и богатые люди получили дополнительные права. Пока инкская армия занималась борьбой с врагами внутренними, французы смогли захватить Сардинию и сместили центр боевых действий на Балеарские острова – последнюю провинцию Арагона с сорокатысячным гарнизоном. Через год, желая заручиться поддержкой богатых слоёв населения, 12.02.1792 Нинку пошла на обострение конфликта с индейцами Кри. В мае того же года было отвергнуто мирное предложение Арагона, а в начале сентября Франция начала самую крупную операцию в Средиземноморье, полностью блокировав Балеарские острова и начав высадку десанта. 17.01.1793 Знать потребовала от Великой Инки подписать «Кондиции», восстанавливающие старые права знати. Нинку выслушала посланцев, после чего собственноручно порвала «Кондиции», заявив, что власть свою она получила «по праву» и «не позволит никому навязывать ей какие-то решения». Стабильность упала до минимума. Кризис был серьёзным, ибо усталость от войны на фоне полной дестабилизации заставляли опасаться массовых восстаний, особенно в иноверческих провинциях. Но желание раз и навсегда решить «арагонский вопрос» заставляло продолжать войну, тем более, что французы вели успешную осаду. 04.05.1793 в Куско прибыл гонец с крайне важным сообщением. Франция заключила с Арагоном сепаратный мир, забрав у него Балеарские острова, Сардинию и 232 золотых. Теперь пришло время Инков. По указу правительницы, сразу же началась переброска гарнизона с Мальты на Сицилию для осады Палермо. В середине июля инки начали осаду арагонской столицы и уже 16.11.1793 Палермо пал. Настало время завершить это одиннадцатилетнее противостояние окончательно и бесповоротно. Первым желанием Нинку было присоединить Арагон со всеми его факториями, чтобы больше божественное Тауантинсуйю не страдало от агрессивных происков и нападений «сицилийской мафии и арагонского двора». Однако мудрецы долго убеждали Великую Инку не делать столь опрометчивый шаг, ибо, по их расчётам, некий страшный ББ сразу вырастал минимум на 10 пунктов, что создавало напряжённость в отношениях со всем миром. Поэтому был принят вариант с вассализацией. 17.11.1793 Арагонский король, преклонив колени перед инкским послом, признал себя вассалом божественного Тауантинсуйю, а также передал инкам все права на три фактории и маленькую колонию в Южной Каролине, которые были захвачены в ходе войны. Кроме того, инки получили 50 монет. Радость от мира была настолько велика, что праздничные жертвоприношения и карнавалы продолжались две недели. Ведь со времён вхождения Навахо в состав Тауантинсуйю у инков не было ни одного вассала, что, честно говоря, умаляло достоинство Великого Инки. Целый год подданные отдыхали от тягот войны. Однако окончание войны заставило некоторых деятелей и сепаратистов вспомнить свои «идейки» и начать подрывную деятельность. Именно в этом крылась причина того, что 03.12.1794 вспыхнуло неожиданное восстание в Халиско, а в феврале 1795 – чернокожие подданные Великой Инки осадили крепость в Намибии. Причём, если для переброски войск в Африку пришлось готовить мощный галерный флот, то попытка разбить восставших в Халиско привела к разгрому правительственных войск и быстрому переходу провинции под контроль восставших. Пришлось заняться формированием подкреплений и осадой Халиско, в то время, как бунтовщики начали осаждать соседнюю провинцию. Заметив, что повелительница Тауантинсуйю увязла в борьбе с внутренними врагами, представители богатых кланов, купцов и прочей «буржуазии» обратились к Нинку с просьбой «дать им ещё прав, а то прежних уже не хватает». Рассчитывая на помощь богатых подданных в борьбе с бунтами, Великая Инка 20.11.1795 подписала указ «О буржуйских привилегиях», что умалило значение знати. Весь следующий год прошёл в строительстве флота, разгроме восставших в Сакатекасе, подготовкой экспедиции на Барбадос, захваченный в начале июня бунтовщиками, а также иных проблемах, которые повелительница пыталась решить по мере поступления. Из значительных событий необходимо отметить банкротство Крыма (дефолт был объявлен на Первомай; ходили смутные слухи о попытке монетизировать льготы местной крымской знати, но у хана банально не хватило денег), а также основание гарнизонов в Сакатекасе, Диамантине и Мэриленде в конце ноября. Следующий год известен в истории осадой Барбадоса, а также сложной финансово-дипломатической ситуацией, в которую попала Нинку 30.10.1797. Дело в том, что произошёл серьёзный пограничный спор с союзной Францией, поэтому, чтобы избежать ухудшения отношений и падения стабильности, Великой Инке пришлось дать указание о займах. Их пришлось взять целых два, поскольку урегулирование спора обошлось в баснословные 400 золотых, а в казне на тот момент было…, в общем, практически ничего и не было. С учётом ранее взятого кредита, на государственный бюджет выпала серьёзная нагрузка (не критичная, однако ничего, за исключением седых волос, главному казначею она не добавляла). 10.03.1798 пал Барбадос, а 01.04.1798 экспедиционная армия начала погрузку для отправки в Намибию, осаждённую злобными бунтовщиками. Несмотря на то, что во главе Тауантинсуйю уже 8 лет стояла женщина, отношение к инкам в мире оставалось в целом стабильным: от дружеской улыбки Франции до злобного оскала Англии, Португалии и прочих кастилий. Нинку способствовала заключению династического брака с Бенином, спровадив в Африку свою сводную сестру (и потенциальную претендентку на трон). Как женщине, повелительнице было иногда проще распознать скрытые замыслы монархов-мужчин. Именно благодаря её проницательности 12.12.1798 внезапно улучшились отношения с Англией на 75 пунктов. Потеряв за время несложного перехода 17 галер из 29 (ужасный шторм в центре Атлантики), пополнив запасы в Сьерра-Леоне и порту Бенина, эскадра двинулась к побережью Намибии. Желая быть последовательной во внутренней политике, Великая Инка 04.03.1799 подписала указ, даровавший очередные привилегии богатым подданным в ущерб знати, что дестабилизировало внутреннюю жизнь, только-только начавшую успокаиваться после эпохи полной нестабильности и последствий длительной войны и восстаний. 03.07.1799 стал днём, означавшим завершение эпохи потрясений. В этот день были рассеяны бунтовщики Намибии, и на всей территории божественного Тауантинсуйю установились мир и покой. Правда, стабильность была мала (-1 – прим. автора), но Нинку повелела провести торжественные жертвоприношения, после которых заявила, что «…теперь инки будут идти вперёд подобно гигантам древности. Нам нужен мир и стабильность, не только в государстве, но и в каждой деревне и каждой семье. Десять лет без потрясений – и Вы не узнаете Тауантинсуйю! Дайте поднять стабильность – и, с божьей помощью, всё остальное само поднимется!». Поскольку речь произносилась с возвышенности, то подданные, присутствовавшие при этом событии, смотрели на молодую женщину в развевающихся одеждах снизу вверх и вскоре почувствовали, что Великая Инка права и «остальное» поднимается само даже без роста стабильности. Как сообщают архивы коллегии внутренних дел Тауантинсуйю, после столь пафосной программной речи Великой Инки патриотизм охватил всех подданных: молодёжь бредила подвигами, старики вспоминали былые победы и похождения в Палермо, жрецы мечтали о приобщении к культам Ильяпы и Пачамамы христиан Мальты и мусульман Гибралтара… 18.01.1800 в провинциях Адирондак, Гибралтар, Коста-Рика и Перу вследствие высокого престижа армии были сформированы пятитысячные пехотные отряды из молодых добровольцев. Более того, через год 21.01.1801 Нинку пришлось подписать указ об основании гарнизона в Куско и сразу двух – в Коста-Рике. 12.08.1801 был заключён династический брак с Конго, что позволило несколько улучшить натянутые отношения двух государств. Последующие два года прошли в непрестанных заботах Великой Инки о воплощении своей программы в жизнь. Например, заботясь о купцах и пытаясь их успокоить, повелительница Тауантинсуйю 19.02.1802 пошла на обострение отношений с Португалией. Стабильность немного подросла, Арагон и Англия сидели на своих островах и не высовывались, с Францией были стабильные дружеские отношения (около +100 – прим. автора), Австрия, Португалия и Кастилия тоже предпочитали мир с инками и занимались войной то с Зимбабве, то с Караманом. Мир и покой царили в Тауантинсуйю и его окрестностях. Правда, невнимательность главного казначея вынудила произвести перекредитовку по займам (главного казначея отправили замаливать грехи в один незначительный храм на острове Титикака), но это была небольшая неприятность на фоне роста Тауантинсуйю. Вдохновлённые столь спокойным и миролюбивым правлением, преисполненные гордостью, патриотизмом и любовью к своей прекрасной повелительнице, 16.01.1803 подданные преподнесли в дар казне 400 золотых. Оставалось расплатиться с кредитами, после чего уже ничто, кроме божественного провидения, не могло бы остановить инков и поставить под сомнение лидерство империи Тауантинсуйю во всём мире. Могло бы… Но в политике, как и в любви, каждый сам за себя… [Исправлено: Vladimir Polkovnikov, 06.04.2005 09:47] |
