| Дон Рыба AAR-мастер ) шинкарь без биографии Большая Деревня ака Третий Рим Сквозник-Дмухановский (13) 6980 сообщений  |
Забегая вперед, Мы должны сказать, что это были годы, когда Бавария впервые проявила себя и попробовала свои силы на международной арене. Это были время, богатое событиями, как внутри, так и вне Баварии. Но обо всем по порядку. В преддверии грядущих событий, которые прогнозировала последняя справка SD, Его Величество, скрепя сердце, распорядились в отношении Академии Наук оставить на время исследования в области культуры. В первую очередь необходимо было оздоровить финансы и экономику. В марте 1846 года были завершены исследования технологии «печать денег при необходимости», а в апреле 1847 года – «выпуск ценных бумаг частными банками» (КДР. на самом деле в игре это называется печать денег частными банками. Но хоть убейте, я не понимаю, как частные банки могут печатать государственные денежные знаки). Настал черед позаботиться о перевооружении армии, и последовательно были разработаны технологии «ружей, заряжающихся с дула» (апрель 1848 года) и «железных пушек, заряжающихся с дула» (май 1849 года). Только после этого Академия Наук вернулась к исследованиям в области культуры и сначала разработала технологию «государство и управление» (август 1850 года), а затем друг за другом открыла «ассоциативную психологию» (ноябрь 1851 года) и «реализм» (март 1853 года). В марте 1846 года к нам обратилась Россия, находящаяся на тот момент в состоянии войны со Швецией и Норвегией, с просьбой о заключении военного союза. Его Величество созвали экстренное совещание, в котором участвовали председатель кабинета, министр иностранных дел, военный министр, начальник Генштаба, ректор Ингольштадтского университета и руководитель SD. После энергичной дискуссии было решено вступить в военный альянс с Россией, поскольку Россия была для нас вторым после Франции по значимости тактическим союзником в нашем, пока еще неявном, противостоянии с Пруссией. Против были военные, которые, как обычно это бывает с военными, скулили, что армия де еще не готова к активным действиям и вылезать из окопов еще не время. Их послушать, так армия вообще никогда ни к чему не готова. Рабинович их быстро успокоил, сказав, что поскольку общей границы со Швецией нет, все обойдется чисто символическим участием. Но результаты превзошли даже ожидания Рабиновича. Когда Бавария, верная своим союзническим обязательствам, 18 марта 1846 года присоединилась к России и Греции и объявила войну Швеции и Норвегии, последние испытали шок и быстренько, через пять недель (а воевали с сентября 1844 г.), заключили с Россией мир, отдав той две провинции: Умео и Эстерсунд. И, хотя Бавария по этому миру ничего не получила (кроме союзника России) ее дебют международной арене можно было считать состоявшимся и удачным. В этом же году в семье кронпринца и Марии Прусской родились Мы, будущий король Баварии Людвиг II. В мае 1848 года, когда сначала Рабинович через свою агентуру, а потом и МИД – по официальным каналам одно за другим получили сообщения, что в Саксонии и Бадене сменились правительства, Рабинович вдохновился: «Час Баварии пробил!». Он без приглашения явился в резиденцию курфюрста с намерением получить аудиенцию. Не тут-то было! Его величество отсутствовали! Личный секретарь отказался сообщить, где тот находится, и сказал, что, по его ИМХО, король вернется в резиденцию только завтра. Шеф SD сразу все понял. – «Старый козел!» – выругался про себя Рабинович. – «Ну, ты допрыгаешься!» На следующий день, ближе к полудню, шеф SD вновь появился в резиденции курфюрста и потребовал через личного секретаря Его Величества аудиенции. На этот раз он был принят сразу. – Ваше Величество, дело не терпит отлагательств, – без предисловий начал Рабинович. – В чем дело? – встревожено перебил государь, думая, что его опять будут возить по столу в связи с Лолой. Но Рабиновичу было пока не до того. – Ваше Величество, я прошу Вас срочно собрать Малый Совет в составе кронпринца, председателя кабинета, военного министра, министра иностранных дел, начальника Генштаба и меня. Было бы хорошо, если бы ректор тоже присутствовал, но, боюсь, он не успеет приехать так быстро. – Так в чем дело? – уже проявляя нетерпение, еще раз спросил курфюрст. – Началось! Ваше Величество! – выдохнул Рабинович. – Исаак! Вы можете, в конце концов, толком объяснить, что случилось?! Рабинович решил, что он уже достаточно заинтриговал курфюрста и начал спокойно излагать последние новости. – Ваше Величество! Сбылась наша мечта! ПАС посыпался. Мне только что сообщили: в Бадене и Саксонии сменились правительства. Выход этих государств из ПАС вот-вот произойдет. Нам безотлагательно необходимо выработать план действий. Я прошу Вас срочно собрать Малый Совет (КДР. То, что от ПАС отвалились такие жирные куски – это, безусловно, дар Божий, т.е. компьютера. В предыдущих кампаниях за Баварию и Саксонию все ограничивалось одним - двумя мелкими государствами). У курфюрста были свои планы на остаток недели. Его Величество хотели уехать с Лолой из Мюнхена в один из своих замков, но манкировать государственными обязанностями до такой степени он не мог. – Он вызвал личного секретаря и приказал собрать всех поименованных лиц на завтра в полдень. На следующий день в полдень в рабочем кабинете курфюрста собрались все действующие лица. К вящему удивлению Рабиновича ректор Ингольштадтского университета тоже был здесь. – Итак, господа, – начал курфюрст, – я собрал Вас, чтобы сообщить преприятнейшее известие. Социалистическая революция, о необходимости которой все время говорили большевики… Тьфу! опять сбился! Развал ПАС, о необходимости которого все время говорили Мы и Рабинович, начинается господа. Мы только что получили донесения о смене правительств в Бадене и Саксонии. Мы все знакомы с доктриной «ХЖБ» и знаем, что нам делать. Но Мы хотели бы обсудить подробности и практические шаги. Итак, господин министр иностранных дел, что вы можете сказать? Нас интересует, как поведут себя наши «заклятые друзья» из ПАС, особенно Пруссия и Австрия, если мы объявим войну изменникам ПАС? – Ваше Величество! – начал министр иностранных дед. – Согласно Венскому договору 1815 года государство, в одностороннем порядке покинувшее ПАС, в случае агрессии против него не имеет права на защиту со стороны членов ПАС. Более того, между строк, безусловно, можно прочитать, что, если таковую агрессию совершит член ПАС, то она будет молчаливо поддержана остальными членами союза, поскольку, если ренегат будет аннексирован членом ПАС сумма ПАС не измениться. А мы, как известно, пока еще преданные члены ПАС. Это, во-первых. Во-вторых, да будет известно Вашему Величеству, с января прошлого года Пруссия и Австрия решают вопрос Шлезвиг-Гольштейна с Данией, Швецией и Норвегией. Решают силой оружия. Так, что им сейчас не до Саксонии с Баденом, даже если у них там и есть интересы. Остальные члены ПАС, скорее всего, тоже будут сидеть тихо. Его Величество были смущены, что они оказались не в курсе таких элементарных вещей и даже усмотрели небольшой укол или укор в словах министра иностранных дел. Собравшись, курфюрст продолжил совещание. – Господин военный министр, ваша очередь. Доложите Нам о готовности армии. – Ваше Величество! Вам должно быть хорошо известно, что мы имеем четыре кадрированных дивизии. Расходы на содержание армии составляют 50% от необходимого. Вряд ли мы можем в таком состоянии выступить в поход. Его Величество обернулись к председателю кабинета и распорядились: – С завтрашнего дня увеличить расходы на содержание армии до 100%, даже если финансовый баланс станет отрицательным. Для тех, кто не понял, поясняем – С этого часа Мы находимся в состоянии войны, пока еще, правда, не объявленной. Военному министру приказываем укомплектовать все дивизии по штату военного времени. Как Вы считаете, – курфюрст вновь обратился к военному министру, – не стоит ли нам объявить мобилизацию? Все-таки еще пять дивизий тушенки (так Его Величество называли дивизии из мобилизационного резерва за то, что они формировались из людей, консервов, т.е. тушенки, и винтовок) могут оказаться полезными. – Что Вы! Ваше величество! Этих саксонцев и баденцев мы раздавим, как гнилой орех. Для этого нам вполне хватит кадровой армии. «В этом все военные», – думал Рабинович. – «То они бояться каких-то мифических шведов, а то, вдруг, готовы всех шапками закидать» – но решил пока не вмешиваться, раз уж события развивались в нужном направлении. При последнем вопросе курфюрста заерзал министр иностранных дел. Его Величество обратили на это внимание и спросили: – Что у вас? – Ваше Величество не стоит объявлять мобилизацию до начала войны. Мы переполошим всех окружающих и замучаемся убирать с экрана таблички о мобилизации у наших соседей. Кроме того, то же самое, т.е. мобилизацию, наверняка проведут и Саксония и Баден, а нам это вряд ли нужно. – Что ж, – задумчиво сказали Его Величество, – пожалуй, вы меня убедили. Мобилизацию пока объявлять не будем. Но мы еще вернемся к этому вопросу.– После небольшой паузы он обратился к начальнику Генштаба: – Генерал! Расскажите нам о планах военной кампании. У вас ведь должны быть планы? – Да! Мой курфюрст! Natürlich! Jawoll!– бодро отрапортовал военный. – Первое. Как только мы пополняем дивизии до полного штата, мы тут же начинаем их сколачивание, чтобы достичь максимальных показателей боевого духа (32) и организации (58). На это нам понадобиться около 5 недель. Второе. Сразу после этого Вы, Ваше величество, объявляете войну предателям союза, а мы задействуем план «Мрак и туман XIX века». Третье. Согласно этому плану 1-я артиллерийская и 3-я пехотная дивизия сводятся в 1-ый корпус на территории Байрейта и маршем идут на Хемниц, Лейпциг и Дрезден, освобождая по пути названные провинции. В это же время 2-я и 4-я артиллерийские дивизии сводятся во второй корпус на территории Ашафенбурга и маршем идут по маршруту Хайдельберг–Пфорцхайм-Фрайбург-Констанц, оккупируя эти провинции. Через 2-3 месяца кампания будет закончена. Вам и господину министру иностранных дел останется только подписать выгодные для нас мирные договора. Все. «И вот с этим приходится работать!» – с тоской думал про себя Рабинович. Остальные присутствующие откровенно веселились. Кто-то весело улыбался, кто-то крутил пальцем у виска. Только Его Величество были мрачнее тучи. – Да будет вам известно, генерал, – начал курфюрст, – ни одно государство в мире не может объявить сразу две войны двум независимым государствам. Так уж устроен этот мир. А, сколько я помню, ни Баден, ни Саксония еще не колонии. Кроме того, насколько мне известно, основной принцип стратегии – концентрация. А то, что вы нам тут предлагаете – это размазывание манной каши по чистому столу. Да и война на два фронта, прямо скажем, не самая удачная идея. Или военная мысль шагнула далеко вперед со времен Сунь Цзы? Кстати, не очень понятно, что делает противник. Или вы ожидаете, что вас будут встречать хлебом-солью и отдавать честь? А, генерал? – Его Величество немного помолчали и добавили – Идите полковник, и чтобы через неделю у меня был реальный план кампании. – Ваше Величество! – встал пунцовый, цвета генеральских лампасов, новоиспеченный полковник. – Осмелюсь спросить. Куда нам следует нанести первый удар? По Саксонии или по Бадену? Присутствующие, немного посовещавшись, склонялись к мнению, что первый удар лучше наносить по Саксонии с ее запасами угля и железа. Кроме того, как доносила SD, Саксония уже успела отстроить ткацкую фабрику. В Бадене же никаких заводов не было. А зерно, фрукты и лес у Баварии, пусть в недостатке, но были свои. – По Саксонии, – подвел итог курфюрст. – Господа военные могут быть свободны,. Когда шум сапог стих за дверью, Его Величество обратились к оставшимся: – Что еще следует Нам предпринять? Руку поднял председатель кабинета. – Ваше Величество! Мне кажется, что Вам следует перед или сразу после объявления войны выступить с обращением к нации, чтобы объяснить причины войны. – И успокоить соседей, – добавил министр иностранных дел. – Ну, что ж, закрывая совещание, сказал курфюрст, – пожалуй, мы все обсудили. Когда за председателем и министром иностранных дел закрылись двери, в кабинете остались все свои – авторы доктрины «ХЖБ» и кронпринц. Возникла пауза. Каждый думал о своем. Его Величество о том, что как это все не вовремя. – Срывается отдых с Лолой. Рабинович – о том, что по его сведениям в оппозиционной прессе вот-вот начнется атака на курфюрста в связи с Лолой, а народ Баварии уже готов выйти на баррикады под лозунгом «Долой Лолу!» (шило в мешке утаить не удалось, да и Его Величество вел себя крайне неосторожно). Кронпринц думал о жене и о своем первенце. Ректор же собирался с духом, чтобы сильно огорчить Его Величество (КДР. В реале, 1848 г. был годом революций в Европе. В Баварии, действительно, народные волнения проходили под лозунгами, требующими удалить Лолу Монтез из страны). Наконец, ректор глубоко вздохнул и произнес: – Ваше Величество! Считаю своим долгом сообщить, что графиня фон Ландсфельд сегодня утром покинула Мюнхен и направляется в Королевство Обеих Сицилий, а, точнее в Неаполь. Титул графини фон Ландсфельд, понятно за какие заслуги, Лола получила недавно от Его Величества. «Так, вот почему ты оказался в Мюнхене, старый лис!» – подумал Рабинович. – «Что ж, отъезд Лолы решает много проблем. Молодец, ректор. Интересно, как ему это удалось?». – Что-о-о? – еще надеясь на то, что он ослышался, переспросил курфюрст. – Ваше Величество! Графиня фон Ландсфельд покинула Баварию, – с расстановкой повторил ректор. – В чем дело? Почему? Кто позволил? – завелся король. Рабинович решил, что ему пора вмешаться. – Ваше Величество! Как известно – все, что ни делает Господь Бог, все – к лучшему. – стараясь сбить накал, начал Рабинович. – Считаю необходимым доложить Вашему Величеству, что по сведениям SD оппозиция наметила массовые выступления на июнь под лозунгом «Долой Лолу!». Вряд ли королевская полиция и SD сумеют справиться с этим. В условиях надвигающейся войны это было бы совсем некстати. Нация должна быть единой, как никогда. Я прошу, Ваше Величество, не предпринимайте никаких резких шагов, и не пытайтесь вернуть Лолу. Людвиг I понял, что его обложили со всех сторон. Глухим, внезапно севшим голосом, он объявил: – Господа, Мы просим вас вернуться к своим обязанностям. Нам надо подумать. Все кроме короля поднялись и покинули кабинет. Кронпринц со всех ног помчался в покои своей супруги. Рабинович пригласил ректора к себе, чтобы еще немного поговорить о сложившейся ситуации. Когда они пришли в штаб-квартиру SD, благо она была недалеко от резиденции курфюрста, Рабинович распорядился, чтобы им подали пиво и все, что к нему полагается. Сделав первый глоток, Рабинович поставил кружку на стол и спросил: – Как вам это удалось? – Что удалось? – делая вид, что не понял, о чем идет речь, – переспросил ректор. – Бросьте, ректор. Вы все прекрасно поняли. Я о Лоле. – Ах, это! Ну, Исаак. История пошлая, банальная и старая, как мир. У графини фон Ландсфельд, – с нескрываемым сарказмом произнес титул ректор, – в ее труппе оказался молодой смазливенький танцор с задатками альфонса, который и утешал графиню, когда Его Величество не могли уделять ей внимание. Балерон оказался полной гнусью и за весьма умеренную плату продал моему человеку несколько весьма откровенных писем графини. Дальше все ясно. Я пришел к графине, показал ей эти образцы эпистолярного жанра и предложил ей выбор: или она уезжает из страны, не прощаясь, или эти письма попадают к курфюрсту. Надо сказать, графиня оказалась девушкой разумной и выбрала отъезд. – А что вы думаете, будет теперь делать курфюрст? – задал еще один вопрос шеф SD. – Насколько я знаю Его Величество, он найдет в себе силы справиться с этим недоразумением, – ответил ректор. У Рабиновича была другая точка зрения на этот вопрос, но он решил промолчать. Они продолжали пить пиво и обсуждать детали предстоящих событий до позднего вечера. На следующее утро жители города Мюнхен были разбужены звонкими голосами мальчишек-продавцов газет: «Сенсация! Покупайте газеты! Его Величество Людвиг I отрекся от престола. Да здравствует король – Максимилиан II. Покупайте газеты! Сенсация!» Среди разбуженных был и шеф SD Рабинович, который засиделся почти до утра за своим «Пентюхом», стараясь отыскать что-нибудь полезное для себя на форуме. Когда крики дошли до его сознания, он быстро натянул неизменные джинсы, ковбойку, кроссовки и, не умываясь, кинулся во дворец. По пути он купил одну из газет и на первой полосе прочитал отречение Людвига I от престола. «Баварцы! К вам обращаемся Мы, Божьей милостью король Баварии, Франконии и Пфальца, Людвиг I фон Виттельсбах! Обстоятельства непреодолимой силы требуют Нашего длительного отсутствия в королевстве. В этих условиях Мы не можем добросовестно исполнять обязанности сюзерена Баварии и отрекаемся от Нашего престола в пользу Нашего сына. Баварцы! Призываю вас хранить верность нашему королю Максимилиану II и бело-голубому знамени Баварии. Боже! Храни Баварию и ее сюзерена Максимилиана II! Людвиг I. Мюнхен, дня 20, месяца мая, года 1848 AD». «Бедный Людвиг!» – думал Рабинович, – «Я так боялся, что этим все и кончится. Эк, тебя переклинило. Пустить всё псу под хвост! Из-за чего! Да я бы тебе этих лол свозил десятками, если бы это могло помочь. Я так привык к тебе, козлик ты мой, рогатенький. А Максик, конечно, хороший парень, но не орел. Ладно, хватит ныть. Пора за дело». – Шеф SD уже подходил к дворцу. В королевской приемной царил беспорядок. Личный секретарь Людвига I сдавал дела личному секретарю Максимилиана II. Увидев вошедшего Рабиновича, они дружно махнули рукой в сторону двери рабочего кабинета монарха: – Вас уже ждут. Войдя в рабочий кабинет, и, увидев на месте Людвига его сына, Рабинович, хотя и был готов к этому, все же внутренне содрогнулся. Но, к его радости Людвиг тоже был здесь и сидел по правую руку от сына. – Доброе утро, Исаак, – весело приветствовал его отрекшийся монарх. – Если бы вы только знали, как я счастлив, свалив бремя государственных забот. Боже, как я устал! Меня уже трясло от идиотов, засевших в правительстве, парламенте, Генштабе. Еще немного и я начал бы кусаться. А Макс у нас молодой, энергичный, выдержанный, характер у него нордический, стойкий – ему и карты в руки. Давайте быстренько составим воззвание на случай войны с Саксонией, и я отправлюсь по своим делам, – оживленно сказал Людвиг. Через час работа была закончена, и Людвиг I после недолгих сборов покинул дворец, а вскоре и Баварию. В конце мая 1848 года на стол Максимилиана II лег план военной кампании против Саксонии под кодовым названием «Саксонец с Баварцем – братья навек!» На этот раз план можно было принять за основу, хотя кое-какие вопросы у Максимилиана II остались. Согласно этому плану 1-я артиллерийская и 3-я пехотная дивизии в составе 2-го корпуса, по возможности не ввязываясь в бои, шли маршем из Байрейта на Дрезден, и пытались оккупировать провинцию. 2-я Артиллерийская дивизия из Ашафенбурга выдвигалась на Лейпциг и также пыталась его захватить. 4-я Артиллерийская дивизия, расквартированная в Аугсбурге, двигаясь в фарватере первых двух соединений, занимала Хемниц. Через полгода война должна была быть закончена. (КДР. По ранее приобретенному опыту создалось впечатление, что первоочередной захват столичной провинции, в большинстве случаев блокирует появление основной массы дивизий мобилизационного резерва противника, если, конечно, успеваешь). 20 Июня 1848 года утренние газеты Баварии вышли под шапкой «ВОЙНА С САКСОНИЕЙ!!!» В них было опубликовано воззвание короля и правительства к народам Баварии, Саксонии и всего Прусско-Австрийского Союза. В нем говорилось: «Мы, Король Баварии, Франконии и Пфальца Максимилиан II и Правительство государства Баварского перед лицом Господа Бога и наших верных союзников по Прусско-Австрийскому Союзу торжественно заявляем. Народ Баварии не может мириться с тем, что банда негодяев узурпировала власть в Саксонии и предала святое дело Прусско-Австрийского Союза. Мы считаем своим долгом освободить народ Саксонии от власти предателей и узурпаторов и вернуть его в лоно семьи Прусско-Австрийского Союза под сенью бело-голубого знамени. Наше дело правое! Мы победим! Враг будет разбит! Победа будет за нами! С нами Бог! Аминь!» Перед сдачей этого обращения в печать в МИД Баварии был вызван посол Саксонии, где ему вручили ноту с объявлением войны. Началась первая в посленаполеоновскую эру война Баварии. Война для Баварии началась крайне неудачно. Второй Корпус, проплутав по разбитым проселочным дорогам Байрейта и Саксонии, прибыл в Дрезден только через месяц с лишним, к концу июля. Не успев завершить оккупацию, он был в конце сентября атакован свежими отмобилизованными дивизиями Саксонии. Перед лицом невосполнимых потерь, он был вынужден отойти на союзническую австрийскую территорию – Карлсбад для реорганизации и пополнения. 2-я артиллерийская дивизия, прибыв в Лейпциг в середине августа, потерпела поражение и также была вынуждена отойти в Карлсбад на пополнение и реорганизацию. Наконец, 4-я артиллерийская дивизия доплелась до Хемница только в третьей декаде декабря и в начале января была атакована превосходящими силами противника. После упорных боев и поражения она отошла опять же на территорию Карлсбада. Такая война Баварии была не нужна и с воплем «Такой крокет нам не нужен!» Максимилиан II подписал указ о смещении военного министра и начальника Генштаба. Стало ясно, что без дивизий мобилизационного резерва не обойтись. Была объявлена мобилизация. Как раз к этому времени в недрах Академии Генштаба появился первый настоящий генерал Дёрфлер, обладающий спокойным характером и задатками эксцентричного гения. Кроме того, он давал заметную прибавку по таким показателям, как мораль (+2), скорость (+15) и огневая мощь (+3). Максимилиан II сразу же возложил на него обязанности начальника Генерального штаба, а когда в Байрейте был развернут 3-й пехотный корпус (из 5 дивизий тушенки) – назначил его командующим. Наступил перелом. В начале февраля 1849 года все четыре кадровые дивизии Баварской армии, восстановив мораль и организацию после боев и пополнений, вошли с территории Карлсбада в незащищенный Дрезден и оккупировали его. В марте обнаглевшие саксонцы вперлись на территорию Байрейта, где их встретил 3-й пехотный корпус во главе с генералом Дёрфлером. Разбив противника, 3-й корпус на его плечах ворвался в Хемниц и вновь разбил его, начав освобождение провинции. В это же время второй корпус и 2-я артиллерийская дивизия вошли в Лейпциг, где они отбили контратаку отступающей из Хемница армии противника. Пометавшись между Хемницем и Лейпцигом, армия Саксонии прекратила свое существование. 27 Апреля был освобожден Хемниц, 9 мая – Лейпциг. 11 Мая 1849 года в Дрездене, бывшей столице Саксонии, было объявлено о вхождении Саксонии на правах земли в братскую семью народа Баварского. Но дело восстановления Прусско-Австрийского Союза еще не было закончено. Баден, чуя, чье сало кошка съела, в ответ на нашу мобилизацию в декабре 1848 года, начал пугать себя и всех, и с регулярностью курьерского поезда стал, чуть ли не раз в месяц оповещать весь мир, что он де тоже мобилизуется. Служба же SD доносила, что никаких новых дивизий на территории Бадена не наблюдается, а старых, к слову сказать, никогда и не было. Всем дивизиям и корпусам Баварской армии был отдан приказ сосредоточиться в Ашафенбурге. Сосредоточение было завершено 20 августа 1849 года, где они были сведены в 1-ю армейскую группу. 22 августа 1849 года посол Бадена был вызван в МИД Баварии и ему вручили ноту с объявлением войны. В тот же день баварские газеты вышли с кричащими заголовками «ВОЙНА С БАДЕНОМ!!!», в которых было опубликовано воззвание короля и правительства Баварии к народам Баварии и Бадена. Оно практически дословно повторяло воззвание годичной давности с той только разницей, что титул курфюрста теперь звучал «король Баварии, Саксонии, Франконии и Пфальца». В отличие от войны с Саксонией, война с Баденом оказалась прогулкой по парку. Первая армейская группа прибыла в столицу Бадена – Пфорцхайм, не встретив по пути никакого сопротивления, и, оставив две пехотных дивизии по дороге для оккупации Хайдельберга. После полного освобождения столичной области, оставив там одну дивизию для поддержания порядка, группа двинулась на Фрайбург и далее на Констанц. Подавив партизан во Фрайбурге, вся территория Бадена была освобождена. 26 Января 1850 года Бадену был предложен мир, по которому вся его территория, за исключением столицы Пфорцхайма отходила к Баварии. Мир был безоговорочно принят. (КДР. В качестве сателлита Баден не нужен. Окончательное решение баденского вопроса было отложено минимум на 5 лет. В игре я стараюсь не нарушать заключенных мирных договоров. Заработаны первые очки ВВ – 2,42). Сразу же по окончании войны была произведена демобилизация, а расходы на содержание армии вновь были установлены на 50% от необходимого. Проведенные войны имели существенные геополитические последствия для Баварии. Во-первых, две победоносные войны можно было рассматривать как серьезную заявку Баварии на статус пангерманского государства; во-вторых, у нас теперь была общая граница не только с западной, но и с восточной частью Пруссии, причем до Берлина было всего два шага. В-третьих, несмотря на все наши дипломатические усилия, Пруссия все-таки обиделась на нас и вышла из числа наших союзников, хотя отношения остались прекрасными (+193). Таким образом, ПАС принял еще более странную конфигурацию, где не все члены были связаны обоюдными союзами. Наконец, Кайзерслаутерн перестал быть анклавом, и слился с остальной часть Баварии, зато теперь у нас был Баденский анклав из двух провинций: Фрайбург и Констанц. Параллельно с нашими внутригерманскими разборками жизнь в Европе и мире шла своим чередом. СКВ и Британская Индия вновь повоевали с Китаем и вновь заключили «белый мир». США дважды повоевали с Мексикой. Один раз самостоятельно (отобрали три провинции) и один раз на стороне Техаса (еще 3 провинции). Техас же, наоборот, после того как США заключили сепаратный мир, проиграл войну и был вынужден отдать Мексике 4 провинции. Мексика, в свою очередь, одолела СШЦА и отгрызла у них 7 провинций. Либерия провозгласила независимость. Несколько европейских государств дружно отправились наказывать Бирму. Россия аннексировала Хиву, а Нидерланды – Бали. В Европе Австрия аннексировала Краков, а Тоскана – Лукку. Вблизи нас тоже происходили весьма интересные (а для нас так просто самые значительные) события. Во-первых, после полутора лет война по Шлезвиг-Гольштейнскому вопросу окончилась ничем. Сначала Австрия заключила сепаратный мир с противной стороной на условиях «Статус-Кво», затем Пруссия завершила войну с тем же результатом. Во-вторых, вспыхивали какие-то странные однодневные войны, больше напоминающие дипломатические демарши, которые заканчивались, естественно, ничем. Сначала так повоевала Австрия со Швейцарией, на сторону последней присоединилась Франция, а затем наоборот – Швейцария с Францией. Особенно же нас порадовало поражение Пруссии в войне с Францией и Швейцарией. По условиям мирного договора, который заключила Швейцария, 2 провинции: Трир и Саарбрюкен отходили к Франции. (В соответствии с доктриной «ХЖБ» на этом этапе все, что было плохо для Пруссии и ослабляло ее, было хорошо для нас). Соответственно рос и тайный счет Баварии к Франции. Но пока об этом думать было рано. Завершая раздел внешней политики, следует упомянуть, что в марте 1847 СКВ возобновило военный союз с нами, который, как и положено, прекратил свое существование в марте 1852 года. В марте же 1851 истек срок действия альянса с Россией. Близлежащие государства продолжали улучшать отношения с нами: Гессен-Дармштадт – 4 раза, Гессен-Кассель и Франция по три раза и дважды Вюртемберг. В то же время нам пришлось требовать официального принесения извинений от Ганновера за нанесенное дипломатическое оскорбление. В мае 1849 года началась очередная выборная кампания. В ходе нее дважды прошли дебаты по вопросам обороны в Верхней Баварии, народ которой, естественно, выбрал «Мы за ценой не постоим!». Там же состоялись и дебаты по вопросу торговли и народ выбрал «протекционизм». Тем не менее, в феврале 1850 г., впервые в истории Баварии, одержала победу Либерал-демократическая партия Баварии – ЛДП(Б) со значительным отрывом от консерваторов. Его Величество Максимилиан II, понаблюдав с месяц за их деятельностью, быстро понял, что они пустят дело Великой Баварии псу под хвост, и, пользуясь своей властью, отправил их в отставку. Страной вновь управляли консерваторы. Из мелких неприятностей можно отметить разрушение по непонятным причинам текстильного склада. Туда еще не успели завезти ткань, поэтому ощутимого ущерба не было. – На первый раз министру строительства было строго указано на недопустимость халтурной работы. – Произошел и взрыв на складе боеприпасов, за что военный министр был на полгода лишен министерской надбавки. Сюда же, т.е. к неприятностям, наверное, следует отнести и выход новой социалистической газеты. Здесь курфюрст проявил свойственный ему либерализм и не стал ее запрещать – да и читать за завтраком особо было нечего. На вновь приобретенных территориях (Дрезден, Лейпциг и Фрайбург) иногда вспыхивали народные волнения, один раз повстанцам удалось даже захватить Дрезден, но армия с успехом справлялась с этими проблемами. Генерал Дёрфлер, придравшись к какому-то пустяку, вызвал на дуэль руководителя ЛДП(Б) и заколол его в честном поединке на шпагах. (На самом деле, генерал считал партийного деятеля виновным в подстрекательстве народных масс к выступлениям). Мировая общественность, тем не менее, расценила это как политическое убийство, что стоило нам 10 очков престижа. Его Величество Максимилиан II, верный многовековой традиции Виттельсбахов, продолжал линию своего отца на ускоренное развитие культуры. Поэтому, когда к нам приехал Лист (выдающийся композитор), курфюрст выделил дополнительные средства на музыку, благодаря чему слегка поднялся уровень престижа Баварии в мире. То же, т.е. повышение престижа, произошло, когда в Мюнхене было завершено строительство новой пинакотеки. В сфере производства, кроме приобретения уже упоминавшейся ткацкой фабрики в Саксонии, следует, пожалуй, отметить, что благодаря трудолюбию баденцев, которые еще до войны с нами начали эти работы, завершилось расширение лесопилки в Констанце и производства фруктов во Фрайбурге. Открытия наших ученых в области науки и передовых технологий повлекли определенные последствия. В экономической сфере, во-первых, был введен серебряный стандарт национальной валюты; во-вторых, появились страховые компании и введено в оборот многообразие финансовых инструментов. Все это позволило значительно оздоровить экономику страны. В военном строительстве также произошли заметные изменения. Был повышен социальный статус офицеров, введена координация действия войск по телеграфу, разработаны повременные планы мобилизации, привязанные ко дню «М», наконец, стали проводиться полевые учения. В области государственного строительства, после открытия технологии «государство и управление» Его Величеству пришлось принять несколько серьезных решений, определяющих будущее государства. Соответственно, были выбраны меритократия, клерикализм и истеблишмент. В культурной же сфере мы овладели гегельянским идеализмом, романтическим искусством, романтической музыкой и литературой. К нашему сожалению, здесь мы слегка запоздали и не получили желаемого количества очков престижа. В конце июля 1853 года, в период летнего затишья, Его Величество затребовали у службы SD, очередную справку о положении в стране и в мире. Через неделю справка за подписью Рабиновича была у него на столе. Открыв папку, Максимилиан II начал ее читать. Первый раздел, как обычно, был посвящен подданным Его Величества. Сообщалось, что благодаря территориальным приобретениям в Баварии произошли существенные изменения практически по всем показателям. Количество населения почти удвоилось и составляет 9,2 млн. чел. В национальном составе теперь не было прежней монолитности. Во-первых, наконец, в составе населения впервые появились представители второй титульной нации – северные германцы (1,5%). Во-вторых, появились национальные меньшинства в количестве от 0,4 до 0,6%: поляки, румыны, украинцы и южные итальянцы. Костяк же населения по-прежнему составляли южные германцы – 95,5%. В части религиозных предпочтений вновь в полтора раза выросло количество иудеев, и теперь их было 2,7%; появились православные – 1,0%; католиков было 64%, протестантов – 34%. Существенные изменения претерпел и социальный состав населения: фермерство – 45,8%, рабочие – 24,8%, сильно выросло количество шахтеров и прочих добытчиков ресурсов – 14,6%. Служащие составляли 7,2% населения, количество солдат уменьшилось до 4,7%, а аристократов выросло почти в 1,5 раза до 1,4%. Суммарное число общин (РОР’ов) было теперь 190, из которых больше трети (66) были безработными. Самые же серьезные изменения произошли в части, касающейся политических пристрастий населения. Консерваторы составляли теперь 61% населения, либералы – 38%, появились анархо-либералы – 0,5%. Подчеркивалось, что смещение ЛДП(Б) хотя в тактическом плане и было полезным, однако, в долгосрочной перспективе могло привести к нестабильности в государстве. Опросы «exit pools» свидетельствовали, что 59% населения хотели бы видеть у власти либералов. Положение (в смысле нестабильности) усугублялось еще и тем, что на вновь приобретенных территориях сохранялся заметный риск восстания от 0,94 в Хайдельберге до 2,81 в Констанце. В экономическом разделе отмечалось, что благодаря вовремя принятым мерам по оздоровлению финансов и экономики ежедневный доход казны составлял 38 £ при общем золотовалютном запасе около 38 тыс. £. В производственной сфере также произошли положительные сдвиги. Наконец промышленное производство в Баварии было в достатке обеспечено собственными ресурсами, за исключением ткацкой фабрики в Саксонии, для которой необходимо было импортировать хлопок и шерсть. Соответствующие рекомендации внешнеторговому ведомству были своевременно выданы. К сожалению, все также отсутствовали машинные части, что не позволяло начать индустриализацию. Теперь Бавария экспортировала 10 видов товаров и ресурсов (лес, пиломатериалы, фрукты, уголь, железо, вино, мясо, зерно, стекло, текстиль), т.е. номенклатура выросла в 2 раза по сравнению с предыдущим периодом. Обращалось внимание, что необходимо срочно в достаточном количестве закупить товары, необходимые для обучения части рабочих в служащих: драгоценные металлы и роскошную мебель, а также поддерживать на необходимом уровне запасы таких товаров, как роскошная одежда и бумага. Справка рекомендовала в предстоящие 5-6 лет сосредоточиться на укреплении государства, развитии промышленности, – в общем, заниматься внутренними делами, и без особой нужды не влезать в европейские разборки. В то же время необходимо было бдительно следить за соседями, особенно Австрией и Пруссией. Прогнозировалось, что наученные горьким опытом Саксонии и Бадена, остальные члены ПАС скорее всего воздержаться от выхода из него. – Подарков больше не будет. Как обычно, завершал справку раздел о положении Баварии в мире. Его Величество с удовлетворением прочитали, что Бавария вернула себе 6-е место в Большой Восьмерке. Бавария опережала Нидерланды и Бразилию, но уступала СКВ, США, Пруссии, России и Франции. В более подробном виде это выглядело так: престиж 3-е (с 248 очками после СКВ и США), промышленное развитие – 10-е (58), военная мощь 16-е (11). Когда Максимилиан II уже заканчивал чтение справки, в кабинет вошел личный секретарь и доложил, что шеф SD Рабинович просит срочно его принять.  Нежность душ, разложенная в ряд Тейлора в пределах от нуля до бесконечности, сходится в бигармоническую функцию (В.Савченко) Грудью прикрыли от вражьего сглаза Стройки, помойки и фабрики мы. Ели буржуи вдали ананасы, рябчиков жрали - не дрогнули мы! (Т. Кибиров)  |
