| Vladimir Polkovnikov AAR-мастер  Нижний Новгород Старейшина Генерал-поручик (12) 4424 сообщения  |
Князь Всеслав сидел, склонившись над лоханью с водой, и пристально разглядывал свое отражение. Судя по изредка раздававшимся «о-хо-хо» и «э-хе-хе» увиденное не доставляло ему никакой радости. Подняв свое оплывшее лицо с гордо разместившимся посередине курносым изделием природы (и все это – на толстенной шее), князь сказал: - Нет, ну мог ли кто-нибудь подумать, что я, Всеслав Брячиславич, князь Полоцкий, и буду так похож на спившегося монаха-расстригу. Стоявшие здесь же в хоромине бояре и два старших княжича горестно и сочувственно завздыхали. Около минуты тишину нарушали только дружно-усердные «о-хо-хо» и «э-хе-хе». Наконец старший сын князя Рогволод пробормотал: - Ну, мы понимаем, отец, походы и длительное нездоровье... *** Два года (1065 и 1066) князь с дружиной носился (а порой и бражничал) по псковским и новгородским лесам, тщась овладеть торговыми городами. Наконец, ему посчастливилось разбить Мстислава Новгородского, взять и разграбить Новгород, разорить св. Софию. На обратном пути князь сильно занедужил и слег. Многие поговаривали, что это – наказание Божье за разграбление храма. Прошел слух о его смерти, и в Полоцке бояре провозгласили князем Рогволода (16 лет от роду). Последовало разграбление казны, обнищание двора со всеми вытекающими. Но князь оказался жив. И теперь бояре стояли перед князем, ожидая расплаты за «вытекающие». *** - Чего вздыхаете? – Всеслав повел еле видневшимися под шеей плечами. – Рады были меня схоронить? Р-а-ады… Мальчишку на стол посадили. Мерзззавцы, воры. Молчать! Всех бы перевешал, да других бояр нету (да и опции такой не предусмотрено). Поминки, поди, справили? Боярин Яким, хитрец и интриган, угодливо изогнулся: - Уж какие поминки были, княже. Ангелы на небесах возрадовались. Такие поминки и самому Изяславу Киевскому под стать. Князь так взметнулся: - С Изяславом сравнил! С этим… У-у-у, все они племя ингигердово, змеюки подколодные, все, и Святослав с Всеволодом туда же. Ненавижу! Киевский, говоришь? А разве их Киев по праву? Племени ярославова? Дулю им, а не право! Наш Киев, потомков Изяслава. Лествицу сочинили, иудино племя. Стол должен идти от отца к сыну, к старшему сыну. А разве Ярослав старше был Изяслава, деда моего? Чего молчите? Вас спрашиваю. - Старше-то старше, князь, но лествица, - начал было боярин Гавриил. - Ага, лествица! Ты тут умный, значит? Князя учишь. Хорошо, Гаврила, будешь печатником. Пиши указ. Стол от отца сыну, по старшей линии. Точка! Новоявленный канцлер пробормотал: - Но, князь, а как же подручники удельные, забунтуют. - Кто забунтует, Трифон из Орши? Пущай попробует. Довольный принятым решением князь явно отходил от гнева. Яким тихонько подмигнул боярам - знай, мол, наших – и сказал, еще дальше уводя разговор от «вытекающих»: - Мы, князь, после поминок по тебе, Рогволоду невесту сватали. У герцога из Дыведа. Письмо послали, а он отказал, да еще как грубо. - Ха-ха-ха, из Дыведа, так и написали ему «тебе, мол, графу Дыведа»? - Ну, да. - Ой, уморил, без ножа зарезал, - неудержно ржал Всеслав. – Они еще удивляются, что нагрубил. Ха-ха-ха. Правильно отказал вам, чуркам неграмотным. Всем известно (спасибо книжнику Химере), что в валийском нет звука «ы». Внимательно надо следить за новостями науки, поделом вам. Рогволод в углу обиженно шмыгнул. - Не грусти, сынку, найдем тебе жинку, да вот хоть у Трофима из Орши, я слыхал, у него невеста созрела, Харитония, справная девка. Печатник, шли грамоту Трофиму. - Будет сделано, князь, - радостно откликнулся Гавриил, чувствуя, что гроза миновала. Всеслав благостно вздохнул, закинул ногу на ногу и повернулся ко второму сыну, Роману (13 лет), набиравшемуся ума-разума при монастыре: - А тебя мы женить погодим, молод еще, да и, глядишь, епископом станешь. И чему же тебя учат эти дармоеды (Яким, напомни мне вечером урезать пожертвования на церковь) из монастыря? - Про святых Бориса и Глеба разговоры ведем, батюшка. - Надо же, про святых, - хмыкнул князь. – Зарезали сопливых мальчишек (поди Ярослав и зарезал), а теперь в святые возвели. Ох уж мне этот Изяслав. Погоди, ужо доберусь до него. А, кстати, что там у него? Печатник Гавриил, приступая к своим обязанностям со всем рвением, вытянул руки по швам и отрапортовал: - Воюет с печенегами да половцами, князь, требовал нашей помощи. - Требовал, говоришь? Напиши ему… Нет, дай я сам напишу, - князь взял кусок бересты и искусно вывел на нем  . Довольный собой он долго рассматривал дипломатическую депешу. – Хм, полочане пишут письмо киевскому князю. А что, нет ли у нас сейчас какой-нибудь войны?- Да как не быть, батюшка-князь. Куровляне из Корси совсем одолевают, купцов наших забижают, а тебя называли… Не могу повторить. - Что-о-о? Уж не земляным ли червяком? Да я им… Седлать коней, собирать ратников! Рогволод, будешь тысяцким, пойдешь с двинским и минским полками на Корсь, сам я поведу полочан. Гавриил попробовал было напомнить, что денег, мол, в казне нет, но вовремя сообразил, не дай Бог князь надумает изыскать гривны в боярских сундуках. А что подумал Яким, никто не узнал, потому что он был очень воспитанный. *** Князь шел с полоцким полком, путь его лежал через псковскую землю, к морю. Позади, хотелось бы сказать «колыхались», «трепетали», но на самом деле лениво свисали и болтались стяги. Пар клубился из ноздрей (все-таки январь). Ехавший рядом с Всеславом сотник, оглянувшись назад, пробормотал: - Вон и печатник скачет, дома ему не сидится. Гавриил подскакав к князю, подобострастно заметил: - Зело, князь, приятно оку взирать на доблестного витязя, гордо восседающего на коне. - На витязя, говоришь? – спросил князь, высмаркиваясь в два пальца. – Только витязя-то больше волнует натертая задница, который день в седле, так и зудит. С чем пожаловал? - Князь, Мстислав из Новгорода и Владимир, князь Владимирский прислали к тебе, прося дружбы твоей и союза. - Хорошие новости, Гаврила. И что же мы им ответим, по-твоему? - Фиг! Я помню, княже, это же племя ингигердино. - Знаешь, Гаврила, почему ты никогда не станешь князем, даже удельным? - Потому что я твой печатник, княже. - Нет, потому что ты – дурак. Ответь им в самых вежливых выражениях, Всеслав де согласен. И не делай круглых глаз, лупоглазее, чем ты есть все равно не станешь. Змей подколодных надо давить и жалить самим же змеенышам. Так-то. С Мстиславом нам сейчас враждовать не с руки, а Володька Мономах – просто личность занятная, у него в удельных родной отец ходит. Ха-ха, вот такой баг. - Это не все, княже. Мстислав просит помочь ему в войне с его врагом, Домажиром из Пскова. - О, как удачно. Мы сейчас всего в 20 верстах от Пскова. Что же ты, гнида казематная, раньше молчал? - Но за псковского князя вступится его союзник, князь Смоленский. - Нет, точно не бывать тебе князем. Это же хорошо. А Смоленскому на шею сзади Мономах усядется. Эй, сотник, поворачивай к Пскову. *** Дальше события развивались почти по сценарию Всеслава. Разбив слабую псковскую дружину, князь занялся осадой Пскова, тут к шапочному разбору подоспели «стратеги» из Новгорода, и осада пошла еще веселее, но по-прежнему под руководством Всеслава. Смоляне попытались осадить городки по Двине, но были наголову разбиты тысяцким Рогволодом и отступили как раз под владимирские мечи. В мае пал Псков, Русь замерла, в ожидании следующего шага полоцкого князя. *** Князь Всеслав пировал в палатах Домажира, с ним отмечали славную победу сотники и печатник Гавриил. После продолжительных возлияний вконец захмелевший канцлер, икая, спросил: - А что дальше с Псковом-то делать станем, князь, да с Домажиром? - С Домажиром? Забаним – и вся недолга. - Чего-чего сделаем? - В бан, говорю, отправим. - До какого числа, княже? - Пожизненно. Псковом я и сам править смогу неплохо. В момент протрезвевший Гавриил уставился на князя: - Но общественное мнение, твоя репутация, князь, пресиж княжества, наконец? - А подтереться мне общественным мнением, вот возьму Киев – и все вообще пофигу станет, я сам себе модератор. - А что же дальше-то будет? - А дальше-то? Дальше – на Смоленск! - И что, Смоленского князя тоже?.. - Ну это смотря с какой ноги завтра встану. И вообще, не твоего ума дело. Скажи лучше, что из дома пишут? - Дык все по старому, князь. Сын твой Рогволод внучка Платона растит… Всеслав хмыкнул: - Платона… А следующего, видать Аристотелем назовут. Эх, молодежь. Ни фига сами сына назвать не могут, вот мы в свое время… - Да, князь, еще сноха твоя, Харитония, которую ты за хозяйством присматривать оставил, пишет, что своими походами ты вогнал казну в такие долги, что и помыслить страшно. Сократил бы ты расходы на дружину. - Не ее бабского ума дело, дружину не забижу, она мне казну добудет. Гей, дружина, пей-веселись, а завтра – на Смоленск! И под крики «Слава князю!» доблестное войско пропировало до утра. [Исправлено: Vladimir Polkovnikov, 15.01.2005 11:41] [Ветка автоматически закрыта] |
