| Форумы » After Action Reports » 93931 @ » |
| Новая тема | Поиск | Регистрация / Login || Правила форума || Список пользователей |
| Конго: чёрная жемчужина. Часть 1 |
| Avar AAR-мастер Nizhny Novgorod Banneret (10) 2560 сообщений |
Среди поклонников Европы II существует мнение, что ряд государств в игре относятся к разряду «мальчиков для битья», поскольку достичь победы за них практически нереально в силу начальных условий, особенностей религии и культуры, удалённости от торговых центров, изоляции и т.д. Помню, что на форуме в прошлом году даже проходил опрос на тему: «За какое государство играть сложнее всего?». Таких государств было названо немного. Закончив AAR про Инков, я решил взять государство, которое упоминалось в таком перечне, и остановил свой выбор на Конго. Сегодня я выкладываю на Ваш суд свой AAR. Пока, к сожалению, с чужого компьютера. Скажу сразу – достичь первого места не удалось, ибо слишком серьёзное влияние при игре оказывают как начальные условия, так и случайные события. Однако сказать, что игра за Конго связана с какими-то сверхъестественными сложностями я не могу – она, скорее, наскучит тому, кто привык добиваться первого места путём военных столкновений и дипломатических соглашений. Итак Конго: чёрная жемчужина Сложность 5/5. Начальные условия: 4 провинции (ни одной морской), из них три – рабы, одна – фарфор. ТЦ Того (путь неизвестен). Всего изначально известно 8 провинций. Контактов с иными государствами нет. Союзов, династических браков, торговых соглашений и вассалов нет. Денег - 100 монет, рекрутов – 10, все технологии 0, стабильность +3, армия – 0, религия – язычество. Правитель – Нкуву (5/3/4). Установки внутренней политики: Власть знатных, децентрализация, меркантилизм, армия, крепостничество – max. Консерватизм/инновации, оборона/наступление – 50/50. Количество/качество – 70/30 В самом начале игры выставляем содержание армии и флота на 50%, отношение к язычеству, католичеству и мусульманству на max, к индуизму, буддизму и конфуцианству на min. Часть 1: От начала начал. Не каждому историку выпадает честь написать историю великого народа и славных его деяний, дабы потомки могли с гордостью и трепетом прикоснуться к деяниям предков и наполнить свои сердца потребной крепостью и силой для дальнейших свершений во славу Аллаха. Мне, Авару ибн-Яунде, милостью Аллаха придворному историку повелителей Конго и Экваториальной Африки, выпала сия честь – очистить историю нашего государства от скверны, коей покрыли её нечестивые европейцы, восстановить её во всём блеске и не отступать от правды при написании деяний. Так повелел наш султан, столп веры и тень Аллаха на берегах Заира. Истинная история государства Конго теряется в глубокой древности, подобно тому, как среди джунглей и болот тропической Африки скрываются животные, до сих пор не известные белому человеку. Историки в своих исследованиях обходят существование древнего высокоразвитого государства Африки либо упоминают о нём вскользь, как о некоей местной экзотике, не влияющей на мир. С чем это связано – то ли с привычкой считать события в Лондоне, Париже или Вене более важными, чем те, что происходили вне Европы, или простой пещерный расизм, отметающий саму возможность существования мощного африканского государства – Аллах ведает. Может быть, христианские историки в своей гордыне сочтут нашу историю «невероятной альтернативой, сказками чёрного человека и религиозного фанатика», но история Конго не менее древняя, нежели история многих европейских государств, и не менее славная, нежели история величайших империй мира. От времён, когда свет Корана озарил души правоверных и Великий пророк понёс слово Аллаха Всемогущего народам и до тех времён, когда великий султан Салах ад’Дин освободил Иерусалим от христианских королей за давностью лет не осталось свидетельств о Конго. Кроме того, влажный тропический климат, буйная растительность и неумолимый бег времени не способствовали сохранению великих произведений искусства, созданных народами монго, луба и конго, а также прочими племенами и народностями, населявшими территорию государства от начала времён. Предания о народах и государстве Конго со времён разграбления нечестивыми крестоносцами Великого Города и вплоть до смерти Великого хромого Тимура, напоминают, скорее, сказки и легенды, нежели исторические факты. О достоверной реконструкции истории можно говорить начиная с пятнадцатого века, когда у власти оказался Нкуву – полулегендарный вождь-основатель. Попробуем же, вооружась терпением, восстановить хронологию тех событий, которые стали вехами на пути Конго к могуществу и славе. 01.01.1419 Нкуву сделал первый шаг к построению государства. Он централизовал некоторые функции власти, что привело к незначительной дестабилизации. Историкам известно, что централизация власти в одних руках – это первый шаг на пути перехода от общин, племенных союзов и протогосударственных образований к построению единого государства. Правда, неизвестно, какие полномочия получил Нкуву, ибо кроме отрывочных сведений о «послании Нкуву вождям», до наших дней не сохранилось. Вероятно, Конго было самым мощным из протогосударственных образований того времени в долине реки Заир (Конго). Следующее десятилетие содержит крайне мало сведений о жизни государства. Известно, что в июне 1421 года были волнения среди купцов, недовольных отсутствием внешней торговли, что привело к потере в исследованиях торговли. Также некоторые сведения о купеческих волнениях и недовольстве датируются июнем 1427 года, когда потери в исследованиях торговли составили 200 пунктов. Отдельно следует упомянуть о небесном явлении, которое вызвало волнения в государстве, поскольку подданные усмотрели в нём «знак свыше». Исследователи склоняются к тому, что в начале августа 1423 года в африканском небе можно было наблюдать огромный метеор. Именно он и стал причиной некоторой дестабилизации внутренней жизни страны. 01/01/1429 известен в истории тем, что Нкуву провёл очередную реформу, позволившую ему централизовать власть и стать «главным жрецом» государства. Именно он теперь возглавлял праздничные церемонии жертвоприношений богам. Лишение некоторых прав местной знати и жречества дестабилизировало внутреннюю жизнь, однако через полгода умы успокоились, а подданные смирились с новым порядком вещей. Те племенные объединения, которые некоторые упёртые историки до сих пор считают государствами – Теке, Луба, Пенде, Яка, Лунда, Сонга, Тетела – фактически являлись частью государства Конго, ибо в наиболее ранней версии титула «Повелителя Конго» указано, что он является верховным жрецом богов перечисленных племенных образований. Очевидно, что сведения, дошедшие до наших дней, неполны и тенденциозны. К сожалению, они не дают ответа на вопрос, почему произошёл серьёзный политический кризис в марте 1434 года. Возможно, это было связано с сопротивлением местной знати и сепаратизмом, возможно с какими-то небесными явлениями, но стабильность государства упала наполовину. Центральная власть сосредоточилась на преодолении этого кризиса. Группа придворных историков из Магриба склоняется к тому, что кризис был спровоцирован борьбой за власть «в верхах» и на его подавление было затрачено больше времени, нежели предполагали ранее. По крайней мере, убийство знатного вельможи, дяди одного из пигмейских вождей, о котором упоминает «идол из Яунде» (идол местного божества, держащий в руках деревянную доску с письменами) и которое датируется серединой ноября 1436 года, они называют «казнью». Сам идол датируется концом 30-х годов 15-го века и сообщает, что «грозный Мумба-Юмба за свою гордыню, превышающую его рост, достался на обед Мкуу-мбемба». В легендах народов Конго "Мкуу-мбемба" является хищником, размером больше самых крупных бегемотов и обитающим в болотах экваториальных джунглей (нечто аналогичное драконам из средневековых европейских легенд); согласно косвенным данным, какие-то неизвестные науке животные до сих пор проживают в отдалённых местах джунглей, но следы их до сих пор не обнаружены. Достоверно известно, что 1437 год стал годом, когда государство Конго выходит из тьмы веков на мировую арену и его история становится более достоверной. Так, летом 1437 года ситуация в государстве полностью стабилизировалась, в начале августа был достигнут первый уровень военной технологии, а в ноябре того же года произошло качественное изменение инфраструктуры государства, поскольку был достигнут первый уровень инфраструктуры. Именно ноябрём 1437 датируется сообщение о назначении сборщиков налогов во всех провинциях государства. 01.01.1439 Нкуву в очередной раз проводит централизацию власти, что дестабилизирует внутреннюю жизнь. Теперь он стал «верховным главнокомандующим всех племён» и «повелителем джунглей». Нестабильность, вызванная таким решением, вылилась в конце июля того же года в недовольство купечества, которое привело к потерям в исследовании торговых технологий. Очевидно, они были недовольны тем, что не могли участвовать в международной торговле. 01.08.1439 В Конго был достигнут первый уровень морских технологий. Поскольку ни морских портов ни морских провинций в государстве не было, всё ограничилось путешествием Нкуву и его двора на больших пирогах вниз по течению в провинцию Пул. Последующее десятилетие отмечено ростом населения и борьбой центральной власти против различных течений внутренней жизни. В конце апреля 1441 года в провинции Конго произошёл резкий рост населения – по сведениям сборщика налогов на 2500 человек – что позволило не только увеличить базовый налог, но и количество рекрутов в столичной провинции. В самом конце октября 1443 года местное жречество собралось в центральном храме и потребовало у Нкуву, чтобы он следовал исключительно «советам Совета жрецов». Это первый из известных зафиксированных конфликтов между светской и духовной властями на территории Конго. «Главный жрец государства» проигнорировал мнение своих «коллег», что несколько дестабилизировало внутреннюю жизнь страны. В середине июня 1446 года очередной всплеск недовольства купечества вновь привёл к потерям в исследованиях торговых технологий. Чем он был вызван – то ли мраком невежества, то ли нетерпением – источники не сообщают. 01.01.1449 Нкуву сделал очередной шаг к построению централизованного государства, приняв некоторые дополнительные полномочия и атрибуты центральной власти. Подобные действия не только дестабилизировали внутреннюю жизнь, но и в очередной раз привели к недовольству купечества (в середине января того же года). Однако Нкуву в своей жажде власти был подобен носорогу, сметающему всё на своём пути. Очевидно, что прозвище «белый носорог», каким его наградили в Нижнем Заире, указывает не только на его парадное одеяние из белой ткани (элементы которого сохранялись до восемнадцатого века), но и на характер этого вождя. Кстати, именно в Нижнем Заире в архивах одного из поселений был найден подлинный документ, который историки датируют серединой ноября 1450 года, сообщающий об утверждении внутренних торговых уложений этой провинции. Документ представляет собой доску эбенового дерева, на котором на старых диалектах языков лингала и суахили записаны основные правила торговли. Летом 1451 года появляются первые сведения о европейцах. Традиционные европейские историки считают, что в 1482 португалец Диого Као стал первым европейцем, посетившим Конго, а до этого жители Конго не имели контактов с европейской цивилизацией. Однако в донесении от наместника в Пуле недвусмысленно сообщается, что европейцы оказались на границах Конго на 30 лет раньше. В донесении говорится о том, что неизвестные белые воины появились неизвестно откуда в пограничной области Камерун, убили всех мужчин и женщин, разорили деревни и осквернили святилища, после чего осенью скрылись неизвестно куда. Вероятнее всего, это были португальцы. Через год, в июле 1452 года, был достигнут первый уровень торговых технологий. Наконец-то стало возможно для Конго участие в международной торговле. В последующие пять лет не было значительных событий. Из тех отрывочных сведений, иногда напоминающих легенды, достойны упоминания указ о продаже должностей в провинции Пул, принёсший казне 100 золотых в середине июля 1455 года, и доклад о бесчинствах неизвестного отряда бледнолицых в Экваториальной Гвинее. Историки склоняются к тому, что в период с весеннего до осеннего равноденствия 1456 года некий португальский отряд подобно саранче опустошил всю Экваториальную Гвинею, истребив или обратив в рабство всех туземцев побережья. По крайней мере, ни в архивах Конго, ни в дошедших до нас европейских архивах, сведения о туземном населении этой провинции начиная с 1456 года не встречаются. Каких-то нападений на Конго со стороны португальцев не было (по крайней мере, сведений о них не сохранилось). 01.01.1457 Трон из красного дерева занял Нзинья Нкува – восьмой сын (по другим сведениям – старший внук) Нкуву. О причинах смерти Нкуву хроники ничего не сообщают; возможно, что смерть произошла от естественных причин в силу возраста. Согласно существовавшему в те времена ритуалу тело повелителя в праздничном облачении верховного вождя положили на ладью, украсили цветами, принесли в жертву восемь рабов, после чего отправили в последнее путешествие по реке. Ниже от Малебо-Пул (пространство шириной свыше 20 км, разделяющее Киншасу, столицу современного Заира, и Браззавиль, столицу Конго в настоящее время – прим. автора), откуда Нкуву отправился в своё последнее путешествие, находятся водопады Ливингстона (354-километровый отрезок, включающий целую серию порогов и 32 водопада, последним из которых, по имени "Котел дьявола", река вырывается из Кристальных гор и опускается до уровня моря) и именно там, в кипящих водах великой реки, нашёл своё последнее прибежище этот великий вождь. Новый повелитель Конго и по совместительству «верховный жрец», «верховный главнокомандующий» и прочая и прочая и прочая… продолжил политику своего предшественника. 18.01.1459 Нзинья Нкува сделал очередной шаг к усилению своей власти, централизовав управление местными делами в ущерб местной знати. Конечно, это несколько дестабилизировало внутреннюю жизнь, но ненадолго. Через одиннадцать месяцев купцов Конго охватила жажда торговли и казна пошла на затраты, послав их всех в торговый центр Того. Как они туда добрались – история умалчивает, но то, что они добрались – исторически доказанный факт. В те времена этот торговый центр имел незначительный оборот (примерно 83-84 золотых) и обслуживал купцов из близлежащих африканских государств. Последующее десятилетие не отмечено в истории Конго значительными событиями. Пигмеи плодились в джунглях, рыба и крокодилы наполняли болота и реки, ни землетрясений, ни наводнений, ни прочих метеоров не наблюдалось. Известно лишь, что осенью 1461 года появилась какая-то региональная ересь, которую в столице проигнорировали, да ещё в архивах двора было найдено небольшое сообщение (датируется апрелем 1464 года) о коррупции среди знати и которое, очевидно, было проигнорировано Нзинья Нкува, поскольку именно в 1464 году наблюдается инфляция в 1%. 28.01.1469 Нзинья Нкува унаследовал от своего предшественника жажду власти. Именно этим можно объяснить его решение об усилении централизации управления. Теперь чиновников на посты в провинции назначал он сам, а не вожди местных племён (которые всё более и более ассимилировались со столичной знатью и предпочитали жить в столице, а не на окраинах). 01.04.1469 был основан гарнизон в Яунде, что увеличило количество рекрутов в этой провинции. Через два года, в январе 1471 года, представители городов обратились к повелителю Конго с требованием восстановления старых прав городского управления. Нзинья Нкува отказал в удовлетворении прошения, что привело к резкому падению стабильности государства. Последующие два года усилия властей были сосредоточены на стабилизации обстановки. Вообще говоря, сведения о 70-х годах 15 века по истории Конго крайне скудны. Из достоверных следует отметить только реорганизацию армии в марте 1476 года, когда в исследование армейских технологий было добавлено 500 пунктов. При этом у государства не было постоянной армии, поскольку повелители пока не видели в ней необходимости. 29.01.1479 Нзинья Нкува принял решение даровать некоторые права богатым подданным в ущерб знати. Очевидно, что с этого момента государственная власть начинает искать опору не только в родо-племенной знати, но и в тех представителях богатой прослойки общества, кто достиг своего благосостояния в силу своих умений и знаний, а не по праву рождения. Это, конечно, немного дестабилизировало внутреннюю жизнь, однако совсем незначительно. Следующее десятилетие также бедно достоверными событиями. Увы, но к подлинным свидетельствам того периода можно отнести лишь «Торговое уложение» провинции Пул, подписанное повелителем Конго в день летнего солнцестояния 1483 года, да сообщение о реорганизации армии двумя годами позднее. Иные сведения при их рассмотрении оказываются либо вариантами сообщений о более ранних событиях либо устным народным творчеством, которое нельзя достоверно привязать к какому-либо конкретному времени и месту. Достоверно известно, что 01.02.1489 Нкува утвердил некоторые дополнительные права богатым подданным опять же в ущерб местной знати. Подобное решение некоторые исследователи радикального марксистского толка относят к переходу от феодализма к капитализму, однако необходимо помнить, что в тот период в Конго ещё не закончилось формирование рабовладельческого общества в обычном его понимании, поэтому данное решение следует рассматривать исключительно как борьбу разных политических концепций и течений возле трона. Несомненно, что нововведение нашло широкий отклик среди состоятельных граждан, ибо в записях главного казначея двора содержатся сведении о даре в 150 золотых, который преподнесли благодарные жители своему повелителю в самом конце ноября 1489 года. Однако знать была ещё сильна и имела реальное влияние на жизнь государства. В следующем десятилетии историки отмечают как минимум два коррупционных скандала (ноябрь 1492 и август 1497), когда казна пыталась решить проблему коррупции путём выплаты денег из казны (что оба раза приводило к волнениям подданных). Кроме того, июлем 1495 датировано сообщение о недовольстве купечества, приведшее к потерям в исследованиях торговых технологий сразу на 400 п. Главным препятствием на пути прогресса Нзинья Нкува счёл закрепощённость внутренней жизни подданных. Указом от 01.02.1499 всем подданным впервые были дарованы некоторые личные свободы, что можно рассматривать, как начало пути Конго к построению общества первичной демократии. В истории есть немало примеров, когда решение главы государства становились поворотным пунктом истории. И хотя даровано было немного, это решение повелителя Конго можно рассматривать как первый шаг на этом пути. Не всем подобное пришлось по нраву. В дворцовом архиве было найдено сообщение, датируемое серединой сентября 1501 года, в котором говорится о том, что знать потребовала у Нзинья Нкува вернуть старые права «как при отцах и дедах наших было». Челобитчики были обвинены в «покушении на основы и устои верховной власти» и преданы казни (их бросили львам из дворцового зверинца). Последующие пять лет (последних лет правления Нзинья Нкува) не были отмечены никакими значительными событиями в жизни государства. Можно упомянуть только об основании в декабре 1505 года гарнизона в Яунде. Кроме того, имеется косвенное подтверждение того, что купцы выполняли роль осведомителей об иностранных делах для правителя Конго. Сохранилось сообщение одного из придворных о том, что «…Лумумба же, купец из Нижнего Заира, был в Того и слыхал от тамошних купцов о том, что далеко на севере два государя заявили, что поделили мир пополам и самый главный жрец их по имени Папа согласился на это…»; очевидно, что речь идёт о Тордесильясском договоре. Пробыв на троне 49 лет, в июне 1506 года Нзинья Нкува предстал перед своими праотцами и, согласно традиции, окончил свой путь в ладье у водопадов. Дворцовые хроники сообщают, что «повелитель в последние годы одряхлел и стал плохо видеть», а умер во время путешествия к священному источнику, который находился недалеко от гор Рувензори, от шистозсамоза (по крайней мере, врачи определяют причину смерти по сохранившимся сведениям именно так). Перейдём теперь к правлению наследника Нзинья Нкува, чьё правление стало новой вехой на пути создания мощного и великого государства в Экваториальной Африке.[Ветка автоматически закрыта] Наша демократия - это свобода слова от дела, свобода дела от совести, свобода совести от угрызений. |
| Avar AAR-мастер Nizhny Novgorod Banneret (10) 2560 сообщений |
Итак, Нзинья Нкува окончил свой земной путь. Во главе государства встал Альфонс I, приходившийся Нзинья Нкува внуком. Событие это обычно датируют 02.06.1506. Некоторые историки считают, что он изначально был христианином, но это, скорее всего, заблуждение, ибо никаких упоминаний о христианах (за исключением сведений о резне в Камеруне и Экваториальной Гвинее, да косвенного сообщения о Тордесильясском договоре) в Конго не встречается. Не исключено, что это несколько европеизированное прочтение какого-то традиционного конголезского имени. О начальном периоде правления Альфонса I известно немного. Первые годы правления Альфонса прошли под знаком укрепления своей власти внутри двора и борьбе с потенциальными наследниками, которых обильно наплодил его дед. Некоторые склонились сразу и признали его власть, других пришлось склонять и иногда жестоко. Дворцовые архивы того времени содержат сведения о том, как «дядя повелителя поехал на охоту и его съел лев» или «сводный брат дражайшего повелителя потерялся в джунглях во время увеселительной поездки к пигмеям; его так и не нашли». Встречается даже такое экзотическое, как «храбрый Мумба Нгоро по прозвищу «Бегемот», дядя нашего любимого…(перечисление титулов)… был украден стаей лемуров из дворцового сада». Как маленькие обезьянки пробрались в дворцовый сад и смогли утащить здорового мужчину, и для каких целей он им понадобился – неизвестно. Возможно, их и не было вовсе. В общем, обычная политическая борьба придворных кланов. 01.02.1509 продолжая дело своего предшественника, Альфонс даровал личные свободы подданным. В чём заключались эти свободы до сих пор неизвестно. По косвенным данным можно предполагать, что были затронуты права землевладения и свобода перехода должников от одного хозяина к другому. Вообще говоря, никаких значительных сведений про этот период правления Альфонса не сохранилось, так как именно в первой четверти 16-го века бумага стала вытеснять из повседневного обихода эбеновые доски, но, в силу климата, многие документы впоследствии были безвозвратно утеряны. Можно предполагать, что Альфонс был занят укреплением своей власти и распространением её до самых окраин своей державы. Из сохранившихся сведений необходимо отметить усилия, предпринятые Альфонсом для урегулирования вражды двух знатных родов в январе 1513 года (обошлись казне в 75 золотых) да волну мракобесия, прокатившуюся по государству двумя годами позднее. Покончив с внутренними проблемами, 01.02.1519 Альфонс I издал ряд законов, которые в ещё большей степени позволяли ему централизовать власть и приблизить её к абсолюту. Подданные побурчали, повозмущались и через какое-то время успокоились. Однако очевидно, что сопротивление реформам Альфонса I среди знати и духовенства нарастало. Так, в документе, известном как «Меморандум Альфонса», от 29.04.1521 есть указания на то, что в провинциях некоторые указы из столицы не исполняются либо исполняются так, как выгодно исполнителям. Фактически, этот документ говорит о децентрализации управления из-за саботажа на местах как о реальном факте. Двумя годами позднее, в конце февраля 1523 года, духовенство также выразило своё недовольство правлением «великого жреца всех племён» и потребовала сменить курс на более консервативный, а также упорядочить пантеон богов, поскольку сами жрецы уже начинали путаться в этом многообразии местных божков и мелких культов, наводнивших столицу. Альфонс отказался менять курс, что вызвало открытое недовольство жрецов и падение стабильности. Через полтора года в Конго стало известно о некоем Мартине Лютере и его движении «Реформация». Новости, как всегда, принесли купцы. Каких-то подробностей они рассказать не могли, единственное, что уяснил для себя Альфонс – то, что у христиан бог один, а не целая куча. В свете последних споров с жрецами самых разнообразных культов (среди которых были и экзотические и кровавые), Альфонс увидел выход в замене многих культов одним, единым для всего государства и всех народов, его населяющих. Как известно «ищущий находит». 16.01.1525 стал днём, навсегда и бесповоротно изменившим историю Конго. Именно в этот день ко двору прибыла делегация мусульманских богословов, направлявшаяся из Марокко в Юго-западную Африку для обращения язычников в Магометову веру. Их корабли были отнесены бурей южнее и вместо устья Нигера они вошли в устье Конго. Испытав в пути лишения, они прибыли ко двору Альфонса и предложили ему принять мусульманство. Выслушав от учёных имамов рассказ о Магомете, об Аллахе, подержав в руках Коран и осознав, что один Аллах лучше кучи резных идолов, Альфонс решил поинтересоваться, что же предложат ему гости, если он и его подданные станут правоверными мусульманами. Богословы обещали обратить к Аллаху подданных в трёх провинциях государства без затрат со стороны королевской казны. В том числе, они обещали навести порядок в столице, где жрецов и культов расплодилось великое множество. Немного подумав, Альфонс согласился. Так братская семья мусульман-суннитов пополнилась единоверцами из экваториальной Африки. Подданные следовали за своим повелителем, который теперь именовался "«Султан Альфонс I, тень Пророка на земле». Подданные в столице принимали новую веру нормально, ибо кланяться пять раз в день на восток было схоже с культом Солнца (а что такое Мекка в Конго не знали). Помимо столицы, суннизм распространился в Пуле и Нижнем Заире; и только в отдалённом Яунде язычники сохранили свои заблуждения. Кроме того, султан Альфонс теперь, согласно Корану, мог иметь четырёх жён (чем он и не замедлил воспользоваться). Жёны были взяты из всех провинций (по одной из каждой провинции); как говорил султан «для укрепления связи с подданными». Придворные понимающе переглядывались и тоже начали «укреплять связь с народом». Принятие мусульманства потребовало пересмотреть отношения к иным религиям. К единоверцам султан был абсолютно лоялен, к протестантам и католикам Альфонс относился весьма спокойно, а к шиитам и схизматикам (православным) – крайне нетерпим, хотя ни шиитов ни православных в его владениях отродясь не бывало и он даже не знал где они находятся. Обращение в новую веру никогда не происходит безболезненно. В истории Конго также известно восстание еретиков в Яунде, начавшееся в конце ноября 1526 года, когда поклонники прежних культов отказались подчиняться центральной власти и осадили столицу провинции. Альфонс отреагировал немедленным созданием армии – первой настоящей армии государства. 03.04.1527 армия Альфонса под звуки там-тамов и пение муэдзинов выступила из Пула против еретиков. Через полтора месяца в жестоком десятидневном бою восставшие были рассеяны, пленных казнили. Для насаждения истинной веры в Яунде был направлен миссионер. Итак, опираясь на новое духовенство и на веру в Аллаха, Альфонс I продолжил свои преобразования. Интересно, что он успевал не только заниматься внутренними делами, но и проблемами своего окружения. Так, например, в конце июня 1528 года он оказал помощь в 50 золотых влиятельному семейству, связанному с ним узами родства. Решив следовать Корану, султан Альфонс 12.02.1529 подписал указ «О свободе торговли», который даровал купцам (в память о пророке, который тоже был купцом) некоторые свободы. Это несколько дестабилизировало ситуацию, ибо народ привык к жёсткому меркантилизму, однако вскоре брожение умов прекратилось. 09.09.1531 началось восстание еретиков в Яунде, ибо миссия по обращению язычников в истинную веру провалилась. Однако армия была наготове и через неделю бунт был подавлен. Уже через три дня после победы в Яунде отправился новый миссионер. Следующие четыре года правления султана Альфонса I не отмечены значительными событиями в истории. Достойна упоминания только петиция недовольного купечества, датируемая концом июля 1533 года, что несколько понизило исследование торговли. Под сенью Аллаха и крепкой рукой султана государство начало процветать и крепнуть. 06.01.1536 провалилась очередная попытка распространить свет Корана в Яунде. Еретики вновь восстали и вновь были рассеяны армией. В середине января в Яунде был направлен новый имам. 29.11.1537 выросла конкуренция на внешних рынках. Султан отказался вводить пошлины, что понизило меркантилизм и снизило исследования торговых технологий на 200 п. Однако выгоды от подобного решения были, поскольку возросли доходы от торговли. Через год, в начале февраля 1539 года произошло важное событие – Конго достигло второго уровня военных технологий. В тот же день в столице, Пуле и Нижнем Заире было начато усиление крепостей. В Яунде султан приказал крепости не строить «до обращения язычников к Аллаху». Теперь, согласно указу султана, все усилия надлежало сосредоточить на развитии инфраструктуры государства. Через две недели после этого события, покончив с хлопотами по укреплению обороны, султан Альфонс издал фирман «Об укреплении султанской власти», что ещё более сильно централизовало управление, вернув его к состоянию двадцатилетней давности. Недовольство народа выразилось не только в некотором падении стабильности, но и в том, что подданные в середине января 1540 года сочли политику султана неверной (что вновь дестабилизировало ситуацию и привело к некоторым потерям в исследованиях торговли и инфраструктуры). 01.05.1540 произошло знаменательное событие. Провинция Яунде всё-таки озарилась светом истинной веры. Аллах восторжествовал, язычники были посрамлены, а их идолы повержены в прах. Отныне всё государство подходило под политическую формулу, рождённую султаном на берегах Заира: "Один Аллах на небе, один султан в Конго, одна вера у подданных». В тот же день в Яунде было начато усиление крепости. Последующие два с лишним года не отмечены в истории государства какими-то важными событиями. Государство богатело, имамы укрепляли народ в вере, расчищались новые земли, плодились носороги и бегемоты… В общем, мир и благоденствие снизошло на Конго. 01.01.1543 покинул мир и предстал перед Аллахом его верный раб, повелитель центральной Африки, сделавший так много для истребления язычества. Султан Альфонс I, правивший 37 лет, выпустил из своих рук бразды правления. Его кончина была горем для подданных; его любили и перед ним трепетали… Впервые от основания Конго была нарушена погребальная церемония и Альфонса, как правоверного мусульманина, погребли на мусульманском кладбище, где его сын и преемник Педро I начал возводить мавзолей – фамильную усыпальницу султанов Конго… Султан Педро I был зрелым мужчиной, не выделявшимся яркими способностями, как его отец. Его правление было тихим и благополучным. Аллах благословил его труды и год 1544 был признан благодатным и урожайным. В середине ноября в казну поступило 100 золотых, инфляция упала до нуля, а народ вовсю предавался обжорству, славил Аллаха и благословлял правление султана. Однако предаваясь празднику в честь обильного урожая, султан получил жестокую диарею, сменившуюся не менее жестокой малярией, которая и свела султана в могилу. Его погребли рядом с отцом в недостроенном мавзолее; подданные и придворные оплакали этого тихого и спокойного султана. 01.01.1545 на трон вступил султан Диого I, сын Педро и внук Альфонса. Сей молодой султан, воспитанный с детства как мусульманин, был одним из самых просвещённых правоверных владык своего времени. Некоторые историки сравнивают его с Сулейманом Великолепным или правоверным халифом Омаром, другие же оценивают его правление несколько скромнее. 01.10.1546 был достигнут второй уровень инфраструктуры. По указу Диого I в столице была заложена академия искусств, призванная стать средоточением мусульманской культуры на территории Экваториальной Африки. Несмотря на свой спокойный и мягкий характер, молодой султан жёстко следовал тем традициям внутренней политики, которые заложил ещё его дед. Когда в июне 1547 года представители городов обратились с требованием восстановления старых прав, они получили отказ султана, а некоторые из челобитчиков даже пострадали, приняв удары кнутом на заднем дворе султанского дворца. Стабильность упала до нуля, однако султана это мало смутило. В октябре 1548 года в столице была открыта академия искусств, что не только украсило эту жемчужину Африки, но и позволило увеличить доходы султанской казны. 14.02.1549 своим фирманом Диого I утвердил некоторые принципы свободной торговли, что несколько дестабилизировало внутреннюю жизнь, так как сторонники жёсткого меркантилизма были недовольны. Ну, как известно, собака лает – караван идёт, так что вскоре умы подданных успокоились. Последующее десятилетие Конго было одним из самых мирных мест на земле. Что творилось за пределами известного мира в султанском дворце не ведали, но интересовались. Достоверно известно, что в октябре 1550 года Диого I узнал о Жане Кальвине и его реформации. Также известно, что двухтысячный отряд белых воинов под синим флагом высадился в Габоне в сентябре 1555 года и после стычки с туземцами остался там, ожидая чего-то (возможно подкреплений). Откуда они появились, почему не вырезали всех туземцев и чего ждут – при султанском дворе не знали, однако наместники Нижнего Заира регулярно докладывали, что «белые люди мрут шибко». В настоящее время достоверно известно, что это был экспедиционный отряд французской короны. Во внутренней жизни необходимо отметить решение о продаже должностей в столице, утверждённое фирманом султана от 15.04.1557 года. Эта мера добавила в казну 100 золотых. 15.02.1559 следуя заветам деда Диого I ещё более централизовал власть в Конго. Недовольных было много; и если сначала недовольные побурчали и успокоились, то через два года случился катаклизм: в начале февраля 1561 в провинции Конго взбунтовались крестьяне и их войско (более 10 000 человек) осадило столицу. Стабильность упала (на 2 пункта – прим. автора), требовались срочные и решительные меры по разгрому восставших. В Пуле спешно формировались войска; армия из Яунде прибыла в Пул в апреле. Полгода столица была в осаде бунтовщиков, осаждённые страдали от недостатка продовольствия; наконец, после тяжёлой битвы у стен столицы, 12.08.1561 бунтовщики были разгромлены и рассеяны. Некоторые утонули в реке во время бегства, другие скрылись в джунглях у пигмеев. К сожалению, это было последнее крупное событие в жизни султана Диого I. Согласно некоторым сведениям, султан заболел от волнений и начавшейся эпидемии, слёг и вскоре предстал перед Аллахом, которому верно и ревностно служил все годы. 02.09.1561 султаном стал Бернардо I, сын Диого. В связи с его юным возрастом (султану едва исполнилось 11 лет) регентом при нём стал брат Диого I Альварес. Под руководством этого деятельного придворного мудрецы Конго 01.10.1562 открыли второй уровень торговых технологий. Начиная с этого дня все исследования должны были быть сосредоточены на развитии военного искусства. 05.05.1563 стал одним из самых знаменательных дней в истории государства Конго. В этот день юноша из благородной семьи по имени Умукоро обратился к султану с просьбой направить его в неведомые земли, дабы расширить пределы Конго и донести свет веры до язычников. Бернардо I согласился, в Яунде был начат набор резервистов, а армия из провинции Конго под руководством Умукоро направилась в Яунде. Три отряда колонистов получили приказ ожидать распоряжений султана. 13.07.1563 под звуки там-тамов и пение мулл огромная армия Конго двинулась из Яунде на север, в сторону торгового центра Того. Главной задачей, которую получил славный Умукоро, был поиск и установление контактов с северным государством. В архивах дворца сохранилось донесение от середины ноября 1563 года, в котором Умукоро сообщает об открытии им провинции Дуала. Она была пустынна и не принадлежала ни одному государству. Умукоро сообщает, что отправил часть армии назад в Яунде, ибо такая большая армия несла потери от бескормицы и болезней. С оставшимися людьми первопроходец двинулся на север. 13.04.1564 на северо-западе Умукоро открыл провинцию Нигерия, принадлежащую христианской державе Испания. Столица этого государства была примерно отмечена далеко на севере, среди белого пятна карты. Жители провинции были сплошь чернокожие и, как один, язычники. Оставив часть отряда двигаться к самому северу, Умукоро направился в Яунде. Причины такого поступка известны: испанский губернатор отказался подписывать торговое соглашение и предоставить проход войск через свою территорию. По прибытии в Яунде первопроходец получил приказ направиться на юг и, пройдя через Габон, где продолжали прозябать и вымирать французы, открывать южные земли «во славу Аллаха и и султана Конго». Через три месяца, в июле 1564 года была открыта провинция Бенуэ, также принадлежащая испанскому королю Филиппу II. Согласно данным дворцового архива, Умукоро прибыл в Габон в первой декаде сентября того же года, разбил напавших на него туземцев и двинулся дальше на юг. 01.02.1565 войска экспедиционного корпуса были атакованы туземцами в провинции Кабинда. Несмотря на мужество Умукоро, после трёх недель боёв и стычек остатки его отряда начали отход в Габон. Получив сведения о поражении, султан Бернардо I решил временно отказаться от исследований и заняться расширением территории. На роль будущей жемчужины государства была выбрана Экваториальная Гвинея, расположенная в устье Заира и богатая слоновой костью. В начале июня Умукоро прибыл на место будущей колонии, а уже 05.08.1565 в провинции была основана колония с морским портом. В султанском дворце начали строить планы заморской торговли. Увы, история знает немало случаев, когда змея жалит пригревшего её, а лев терзает грудь, вскормившую его. Как часто государства терпели поражения и падали во прах от неурядиц в семье правителя, сколько раз рушились союзы и потрясались основы от неуёмного властолюбия, жадности и гордыни. Беда посетила султанскую семью. Бернардо I подрос и его стала тяготить опёка дяди. Но дядя не случайно опасался, что Бернардо выйдет из под опёки, ибо с его непростым характером, капризами и сластолюбием все достижения Конго могли пойти прахом. Что случилось между ними и был ли дядя причастен к смерти своего племянника – истории неизвестно; достоверно известно лишь то, что 05.04.1566 на престоле красного дерева оказался младший брат султана Энрике, принявший титул «Султан Энрике I, повелитель джунглей и побережья, столп веры и тень Аллаха и …(прочая и прочая и прочая)». Что случилось с Бернардо – лихорадка во время сезона дождей или коварное убийство – дворцовые архивы безмолвствуют. Достоверно известно, что дядя Альварес остался регентом при своём малолетнем племяннике. Некоторые историки в прошлом веке предполагали, что малолетний Энрике I был единственным сыном Бернардо I, однако данные предположения нам кажутся безосновательными по той причине, что в дворцовых архивах и главной столичной мечети не сохранилось никаких сообщений о рождении у Бернардо наследника. Кроме того, Энрике оказался на престоле в семилетнем возрасте, и, следовательно, Бернардо не мог быть его отцом. Одним из главных решений нового султана (а, скорее всего, его дяди) следует считать исследование африканского побережья на юг от Габона и Кабинды. В апреле того же года было начато формирование мощного 10-тысячного экспедиционного корпуса для исследования южных пределов. В июле 1566 войска выступили в поход. Увы, поход был неудачен. Войска понесли потери от малярии и тропической лихорадки в Габоне, а в конце сентября 1566 года туземцы Кабинды обратили храбрых конголезских солдат в бегство. Узнав о поражении, султан Энрике I приказал сформировать новый корпус. Год 1567 был для Конго непростым. Конечно, мир и благоденствие царили внутри государства, но предприятие по открытию новых земель, задуманное и осуществляемое именем султана, сталкивалось с серьёзными трудностями. Начнём с того, что новый корпус соединился со старым исследовательским корпусом Умукоро, но был разбит восставшими туземцами Габона. Остатки войск спешно вернулись в Нижний Заир. После некоторого отдыха Умукоро вновь повёл войска в Габон и на этот раз ему сопутствовала удача: в конце августа туземцы в Габоне были разбиты, а в середине октября, после двух недель боёв, были разбиты и племена в провинции Кабинда. Неведомые земли расстилались перед солдатами султана… Недолгим было правление султана Энрике I. Причины его смерти не очень ясны. В общих чертах известно, что это была болезнь (медики до сих пор спорят, что это было), что в мечетях шли молебны о даровании султану исцеления, что смерть султана наполнила скорбью с печалью сердца подданных и что погребён он был с подобающей ему честью. Поскольку наследников у Энрике I не было, власть принял дядя Альварес I. 01.01.1568 Султан Альварес I принял власть над Конго. Наша демократия - это свобода слова от дела, свобода дела от совести, свобода совести от угрызений. |
| Avar AAR-мастер Nizhny Novgorod Banneret (10) 2560 сообщений |
01.01.1568 Султан Альварес I принял власть над Конго. Он был опытным политиком, поднаторевшим в управлении за годы регентства. Твёрдой рукой взял он бразды правления, выпавшие из детских рук покойного султана. Когда 01.03.1568 знать потребовала у него восстановления старых прав, султан без жалости расправился с предателями. Власть знати уменьшилась, хотя массовые казни дестабилизировали внутреннюю жизнь. Покончив с внутренними проблемами, султан Альварес I сосредоточился на внешней политике и исследованиях новых территорий. Здесь, волею Аллаха, ему сопутствовал успех. По данным, сохранившимся в дворцовом архиве, можно восстановить ход событий. 12.07.1568 экспедиционный корпус Умукоро открыл Заир и разбил туземцев в сражении. 04.11.1568 Султан Альварес отправил посла ко двору Филиппа II с предложением альянса (вернее, с просьбой разрешить присоединиться к альянсу), однако получил от этого короля отказ. Основным аргументом «против» было то, что Испания являлась католической державой и постоянно воевала с мусульманами, к которым относилась весьма подозрительно. 25.11.1568 Умукоро достиг Луанды. 02.04.1569 экспедиция продвинулась ещё дальше на юг и вышла на Невольничий берег. 14.07.1569 в Намибии отряд Умукоро столкнулся с племенами враждебных туземцев и вырезал их подчистую. 22.10.1569 султан Альварес I издал фирман «О заграничной торговле», давшей ещё больше прав и свобод купцам, ведущим международную торговлю. Сторонники меркантилизма были недовольны, что немного дестабилизировало внутреннюю жизнь султаната. 24.10.1569 Умукоро достиг Овамбо. 01.03.1570 Умукоро прибыл в Намакваленд. В первой половине мая 1570 года повелением султана был основан гарнизон в Конго, а в конце августа в столицу пришло сообщение, что Умукоро продвинулся ещё дальше на юг и достиг Верхнего Кару. 07.12.1570 Экспедиция достигла крайней южной точки Африки, известной как Мыс Доброй надежды. Бескрайнее южное море расстилалось перед отрядом Умукоро. Через несколько дней отряд двинулся на восток, волею Аллаха и султана открывая новые земли. 1571 год был спокоен для Конго. Тишина и благоденствие царили в султанате. В течение года войсками храброго Умукоро были открыты провинции Бушмены, Кару и гористый Симор. Именно концом 1571 года датируется сообщение, что разведчики вышли к границам неизвестного ранее государства. 16.06.1572 Умукоро открыл провинцию Кафры и державу Зимбабве. Эти язычники были чернокожими, как и воины султана. На попытки Умукоро заключить с ними торговое соглашение или получить проход войск повелитель Зимбабве ответил отказом. Умукоро принял решение возвращаться назад и воины были счастливы последовать за своим командиром. Причины такого агрессивного неприятия повелителем Зимбабве вполне цивилизованных предложений султана Альвареса I до сих пор неизвестны. Конец 1572 и 1573 год интересны с точки зрения новых дипломатических достижений. Так, в начале декабря султан Альварес узнал о том, что Испанцы после многолетней войны заключили мир с неизвестной державой Нидерланды. В Конго узнали, где находится столица данного государства и направили туда посланника с предложением союза, благо отношения были нейтральными, однако получили отказ. Также был получен отказ на предложение обменяться картами. Однако летом 1573 года было подписано торговое соглашение, что позволило султану безбоязненно отправлять купцов в столицу Нидерландов, имевшую свой торговый центр. Следующие пять лет в истории государства слишком мало освещены в архивах. Достоверно известно о продаже должностей в столице (случилось в конце марта 1574 года, в казну поступило 100 золотых) и о смерти великого сына народа Конго и одного из самых достойных подданных султана – исследователя Умукоро (он довёл остатки своего отряда до родины, но сам был тяжело болен и в начале мая 1575 года скончался в Экваториальной Гвинее). Кроме того, в главной мечети государства был найден черновик письма ряда улемов и имамов к султану с требованием «искоренять нововведения, противные Аллаху, от которых за версту несёт шиизмом», и которое Альварес I отверг в середине весны 1576 года, пожертвовав стабильностью ради возможности проводить ту политику, которую он считал необходимой. Год 1579 замечателен в истории Конго двумя важными событиями. В конце октября султан, вдохновлённый свыше, дал дополнительные свободы торговле в ущерб сторонникам закрытой экономики. В некоторых документах встречаются косвенные указания на то, что это решение было частью долгосрочного плана султана, предусматривающего так постепенно изменить внутреннюю политику Конго, чтобы появилась возможность регулярной посылки колонистов для расширения пределов государства. А 06.11.1579 в столице был заложен университет, что позволило увеличить инновации и сделать вложения в исследование инфраструктуры сразу на 250 п. Правда, обошлось это казне в 200 золотых, но султан Альварес I был богат и смог с лёгкостью выделить сумму на такое строительство. Поэтому тем историкам, которые считают, что просвещение начало распространяться из Европы, следует по-новому взглянуть на деяния этого замечательного султана. В последующие три года было несколько событий, касающихся дел духовных. В октябре 1580 года в Конго пришло известие о Трентском соборе христиан. Через год, в начале ноября 1581 года Яунде посетила чума, которую, очевидно, завезли купцы. 1000 подданных приняли смерть во славу Аллаха; а боязнь распространения эпидемии несколько дестабилизировали внутреннюю жизнь государства, но всё обошлось. В следующем году в начале весны испанский король и его подданные стали контрреформаторами и вопросы внутренних разногласий христиан стали занимать их гораздо больше, нежели война с правоверными. Изучив политическую ситуацию в мире, султан Альварес I направил в Мадрид, ко двору Филиппа II, посла с предложением союза. Удивительно, но Филипп II согласился с предложением султана (причём в момент подписания союза отношения между христианской державой и африканским султанатам были, в силу религиозных причин, далеки от нейтральных – -100 по шкале дипломатических отношений) и, начиная с 22.08.1582 султан Альварес I стал верным союзником Филиппа II Испанского и неведомого Папы Римского, о котором было известно только то, что он главный христианский священник. Так, задолго до проектов "Единой Европы" один из величайших государей Конго продемонстрировал возможность сотрудничества разных государств независимо от того, чтут они Аллаха или одного из пророков Единого, предвестника Магомета - Иисуса Христа. В начале декабря того же года испанцы объявили войну Бенину, но союзников к участию не пригласили, не желая делиться добычей. Следующие четыре годы были мирными и спокойными. Из важных событий внутренней жизни необходимо отметить превосходного советника, которого султан Альварес назначил на должность в июне 1584 года. Увы… Недолго пришлось ему советовать. В конце 1586 года султан Альварес I занемог и вскоре предстал перед Аллахом. 01.01.1587 новым султаном Конго и хранителем веры стал Альварес II, сын предыдущего султана. Он был способным, как отец, а кроме того, отличался умением командовать и любил лично управлять войсками. Вскоре ему пришлось встать во главе армии. 06.01.1588 Испания вступила в войну против мощного союза христианских держав – Австрии, Саксонии, Бадена, Польши и Нидерландов – и призвала на помощь союзников. Султан Альварес II и папа римский исполнили свой союзнический долг. В начале февраля в Конго узнали, где располагаются столицы врага, но как туда добраться было неизвестно. Кроме того, Саксония и Баден ввели в своих землях запрет на торговлю купцов из Конго. 01.04.1588 был достигнут второй уровень морских технологий. В Нижнем Заире, Конго и Пуле завершалось формирование армии для войны. 01.05.1588 Австрия ввела запрет на торговлю. В тот же день 17-тысячная армия под командой султана Альвареса II выступила на юг для захвата нидерландской колонии Капштадт в районе Мыса Доброй надежды. Преодолевая тяжести похода, войска упорно продвигались на юг, горя желанием разбить врага, но тут случилось непредвиденное: Испания помирилась с Нидерландами, выплатив контрибуцию. Экспедиция потеряла всякий смысл, поэтому султан отдал приказ на возвращение домой. В начале декабря того же года произошло восстание крестьян в Яунде и дестабилизация внутренней жизни государства. И возвращение государя с армией из похода приобретало ещё более важное значение. Пополнив ряды армии в марте 1589 года, султан выступил против бунтовщиков и уже к середине мая очистил провинцию от повстанцев. Успокоив волнения, султан занялся обустройством внутренней жизни государства. Одним из важных документов той эпохи является «Фирман султана Альвареса II о свободе торговли», которым он продолжил политику своего предшественника и даровал торговым людям новые привилегии. Сторонники меркантилизма были посрамлены. Следующие десять лет правления султана Альвареса II были изрядно наполнены важными событиями. Например, в августе 1591 года по государству прокатилась волна мракобесия; целый год верные дети Аллаха были смущаемы шайтаном. В конце мая 1593 года по указу султана был заложен университет имени пророка Мухаммеда, что обошлось казне в 200 золотых, но позволило увеличить инновации и сделать вложения в исследование инфраструктуры. Со временем университет стал одним из самых титулованных учебных заведений в Африке. Всё своё время султан посвящал внутренним делам, разумно решив, что вмешательство в дела других государств может быть оправдано только в том случае, если ты знаешь, как туда добраться. Сохранились сведения, что в середине ноября 1595 года в провинции Пул было продано несколько должностей на сумму 100 золотых. Заботы и постоянные труды во славу Аллаха надломили здоровье султана и в июне 1598 года Альварес II помешался. В настоящее время доказано, что повелитель получил солнечный удар в день летнего солнцестояния, что помрачило его разум. Целый год лучшие лекари трудились над тем, чтобы вернуть рассудок султану и, слава Аллаху, им это удалось. Немного придя в себя, 02.12.1599 Альварес II прибрал к рукам ещё больше полномочий, централизовав под себя некоторые из функций, ещё остававшихся у местных эмиров. Это привело к падению стабильности, но султан просто не обратил на это внимания, ибо считал, что лучше него управлять не сможет никто. Наверное, он поправился не до конца, ибо ряд «светил от медицины» усматривают в его решении признаки паранойи; но ничто не указывает на подобное. Во внешнем мире происходили страшные вещи: Испания пережила чуму и вела затяжную войну с неведомыми Инками, в Польше вспыхнула гражданская война, Нидерланды третий год воевали с язычниками Зимбабве… И только Конго, эта чёрная жемчужина на ладони Аллаха, являла миру спокойствие и благоденствие. И хотя иногда эта благостную картину портили мракобесы (например, сведения об очередной волне мракобесия датируются концом ноября 1600 года), но это не сильно влияло на благополучие подданных. Сведений о последующих восьми годах правления султана Альвареса II крайне мало. Известно, что в ноябре 1602 года им были утверждены торговые уложения в провинции Пул, а в феврале 1607 – отвергнута петиция представителей городов с требованием «восстановить вольности и старые права» (что привело к серьёзному падению стабильности государства). Достоверно известно то, что 15.07.1608 испанский посол обратился к султану с просьбой «исполнить союзнический долг и выступить против нечестивой Фландрии…» и султан с радостью присоединился к войне. Война, в которой Конго не потеряло ни единого солдата, закончилась в середине апреля следующего года присоединением Фландрии к владениям испанской короны. 16.09.1609 началось колониальное восстание в Экваториальной Гвинее. Причины его неизвестны. Армия была разбита и отступила в Пул. 01.01.1610 султан Альварес II, находясь под впечатлением от трактата мудрейшего Абдуллы аль-Хаким ибн-Багдади «Персик повелителя», приказал даровать своим подданным ряд личных свобод. Впервые женщины Конго получили некоторые важные права, ранее всецело принадлежавшие их отцам и мужьям. Конечно, столь серьёзная реформа немного смутила умы подданных, но к осени вновь мир и стабильность снизошли на Конго. Тем более, что ещё в начале марта восставшие в Гвинее были разбиты и уже не смущали своими делами сердца правоверных. Положительное значение реформы Альвареса II явно прослеживается в том, что летом 1612 года в столице произошёл серьёзный демографический взрыв. Султан оказал поддержку и отправила два отряда колонистов на поселение в Экваториальную Гвинею. После этого полтора года прошли в мире и спокойствии. Из внешних событий достойно упоминания торговое соглашение, заключённое между Конго и европейским Клёве в середине июля 1613 года. Клёве в тот момент усилилось за счёт дипломатического присоединения Саксонии и окрестностей, поэтому заключение соглашения многие исследователи международных отношений считают попыткой Альвареса II наладить отношения с значимыми государствами Европы. Увы… Лето сменяет зима, а плохие времена – хорошие. В середине марта 1614 года, в разгар сезона дождей, в Конго пришла чума. До нас дошли сведения, что народ был взволнован, ибо не понимал, за что Аллах наслал болезнь. По некоторым данным, только в Нижнем Заире умерло 1000 человек. Очевидно, масштабы эпидемии были гораздо больше, ибо султан Альварес II, повелитель Конго, столп веры и прочая и прочая и прочая скончался от чумы в начале августа того же года. Ему наследовал сын, известный в истории как султан Бернардо II. Об этом султане известно крайне мало, ибо через год его сменил на престоле его брат, султан Альварес III. По некоторым данным Бернардо также умер от чумы. Султан Альварес III не унаследовал качеств своего отца, был подозрителен и жесток с ближними, корыстолюбив и скуп на награду; имел неприятный голос и был невзрачен ликом. Предположительно, его личные качества стали причиной неожиданного восстания в Пуле, случившемся в середине февраля 1616 года. К концу весны бунт был подавлен. Несмотря на это, его правление было наполнено важными событиями: в середине октября 1617 года была проведена реорганизация флота, что позволило немного продвинуться в исследованиях морского дела; в феврале 1618 по указу султана была заложена академия искусств в провинции Пул, а в начале января 1620 года султан ещё больше ограничил знать, дав привилегии богатым сословиям. Несмотря на всё это, Альварес III не пользовался любовью придворных и народа. Последней каплей терпения стал арест инакомыслящего философа, случившийся в Конго 01.03.1622. Кто инспирировал указ, по которому этого учёного мужа, пользовавшегося уважением и любовью в столице, сначала бросили в тюрьму, а вскоре удушили – историкам неизвестно. Важно то, что в тот момент консерваторы взяли вверх. Именно это происшествие стало последней каплей, переполнившей чашу терпения. 05.05.1622 султан Альварес III был отравлен. По некоторым данным, были убиты и его малолетние дети, а также несколько приближённых слуг. В результате переворота при поддержке столичной знати на престол вступил брат Альвареса, султан Педро II. Султан Педро II лишён качеств, необходимых для повелителя. Он слабо разбирался во всех государственных вопросах и предпочитал гарем всем иным делам. Некоторые косвенные сведения дают основание предполагать, что султан был немного слаб на голову. Правил он менее двух лет и из всего его правления можно выделить только небесное знамение – метеор Педро II – которое так напугало подданных в конце января 1624 года. Впоследствии, когда в апреле 1624 года Педро II скончался во время увеселений в гареме, некоторые астрологи стали напрямую связывать метеор со смертью султана. Далее в истории Конго наступает период, известный как «Правление безумных султанов». Этот непростой период, во время которого на троне оказывались либо полные посредственности, либо совсем слабые повелители, можно было бы счесть самым ужасным для Конго, если бы не воля Аллаха, оградившего государство от бед и напастей. Продолжим же наше повествование. Итак, 14.04.1624 на трон Конго взошёл султан Гарсиа I, старший сын султана Педро II и его копия как по талантам, так и по желаниям. В истории государства он не оставил никакого следа, за исключением сведений в летописи о его восхождении на трон и отчёта главного казначея о расходах на погребение султана двумя годами позже. Некоторые исследователи считают, что пристрой к гарему для поселения новых наложниц начали возводить именно в эпоху его правления, но достоверность этого факта сомнительна. В начале июня 1626 года султана Гарсиа I на троне сменил его брат, султан Амброзио. Этот повелитель правоверных был чуть-чуть разностороннее брата и кроме гарема увлекался катанием на лодках и посещением центрального столичного базара. Нельзя сказать, что эти увлечения приличествуют высокому сану повелителя, но, слава Пророку, его визири смогли принести некоторую пользу государству. Например, известно, что уже через три недели после принятия султаном знаков высшей власти купцов охватила жажда торговли. Отдельно необходимо отметить 1630 год, ибо в самом начале января Амброзио подписал фирман о свободной торговле (что ещё более понизило меркантилизм и протекционизм), а 21.05.1630 была проведена реорганизация флота, что немного продвинуло вперёд исследование морских технологий. Пробыв на троне менее пяти лет, 02.03.1631 Амброзио предстал перед Аллахом. В Нижнем Заире был найден документ, проливающий свет на причины смерти султана. Султан утонул: во время катания на лодке по реке началась сильная гроза. Сильные раскаты грома и ливень вызвали панику среди гребцов, лодка перевернулась и султана не смогли спасти. Его сменил брат Альварес 4-й, также весьма и весьма слабый повелитель, практически копия своего отца, султана Педро II. За пять лет своего правления султан Альварес не сделал ничего, достойного упоминания. Разве что основание гарнизона в Нижнем Заире, случившееся в самом начале января 1633 года, можно отнести к его деяниям. Удовольствия, которым предавался |